Девушка, выбранная огнем

Глава 38

Я тяжело вздохнула. Придирка за придиркой — хоть я и понимала, что претензии обоснованы, это всё равно вызывало во мне уныние.

— Я её увидела, поняла, что надо забрать. Это всё, — произнесла я, опуская глаза. Аларик закатил глаза, а Клаус посмотрел на меня с лёгким осуждением. Ти же продолжала рассматривать пространство, явно отстранённая от происходящего.

— Quando domum ire? — раздался её тихий голос. Аларик повернулся к девочке и тяжело вздохнул.

— Haec domus tua nunc est, sed si operatur, te ad familiam tuam reddemus, — ответил он, слегка споткнувшись на последнем слове. Я переводила взгляд с Аларика на Ти, но ничего не понимала.

— Non habeo cui, — прошептала она и отвернулась. В выражении лица Клауса мелькнула тень тоски, а я всё так же не понимала, о чём речь.

— Что она сказала? — спросила я, с тревогой наблюдая за изменениями в их лицах.

— Ей нужно развеяться. Не хочешь прогуляться? В городе проходит фестиваль, сегодня первый день. Выступления как раз должны начаться. Ты не видела вчера приготовления? — Клаус наклонился ко мне ближе, его дыхание обжигало кожу, и по телу пробежала толпа мурашек.

— Нет, не видела. Поздно было. Что за фестиваль? — спросила я, глядя в его мерцающие глаза.

На лице Клауса заиграла лукавая улыбка.

— Сегодня 12 ноября, — произнёс он с каким-то особым удовольствием.

Я нахмурилась.

— И что?

— Это день, когда я взошёл на престол. Каждый год отмечается, — с нескрываемым удовольствием сообщил он.

— Правда? Никогда не замечала… — я задумалась. Ведь действительно, я не помню, чтобы такое происходило. Да и, если честно, до нашего знакомства я мало что знала о Клаусе как о правителе. Впрочем, и сейчас знала не так уж много.

— Раньше фестивали не проводились, по крайней мере с таким размахом. Но в этом году мои родители решили меня навестить, и все волнуются, — Клаус усмехнулся, но вскоре его улыбка померкла. Он отвёл взгляд, словно что-то обдумывал. — Наверное, догадываются, что за беспорядки в государстве получу не только я, но и те, кто слишком осмелел. А таких немало, ты же понимаешь.

— Когда они приезжают? — осторожно спросила я.

— Должны были сегодня, но по определённым причинам не смогли. Прибудут через месяц, — встрял в наш разговор Аларик. Он смотрел на нас с лёгким неодобрением. — Я объяснил Тиаттэ несколько базовых слов. Она нас не будет понимать, но сможет указывать на что-то.

Я перевела взгляд на девочку. Она шептала что-то себе под нос, с упорством повторяя одни и те же слова. Заметив мой взгляд, Ти слегка улыбнулась.

— Хочю… l ' animale, — она начала показывать что-то руками, словно пыталась объяснить свою мысль.

Я посмотрела на мужчин с немым вопросом.

— Calidum, — добавила она.

Клаус, наклонившись ко мне ближе, задумчиво произнёс:

— Она хочет, чтобы ты позвала свою магию. — Он смотрел на девочку с сомнением, словно не был до конца уверен в своём переводе.

— А я тебе говорил: учи, а ты нет. Я тебе помогу, вот к чему это привело, — тихо сказал Аларик, хватаясь за плечо императора. — Ладно, ребятки, гуляйте, дам тебе сегодня выходной, Dum, — сказал он и вышел из комнаты.

— Что он сказал?

— Попрощался... Вроде. Прав, определённо прав... Ладно, пойдёмте гулять. Nos... Pluo... Ambulo... Ambulare... Festum... Dulce... Нет, это, кажется, другое... Так, подожди... — мужчина задумался, и по его лицу было видно, как тяжело даётся ему этот язык. Он нахмурился, будто пытаясь выудить из памяти правильные слова. — Gaudeo... Iocum erit...

— Харошьо, — девочка кивнула, спрыгивая со стульчика и глядя на нас уже более благосклонно. В её взгляде появилась искра доверия, осторожная, но заметная.

Я протянула девочке руку. Она несколько секунд изучала её взглядом, потом медленно, словно взвешивая последствия, протянула свою в ответ. Её пальчики были тонкими, чуть прохладными, лёгкими, как перья птицы. Внутри у меня что-то дрогнуло — неуверенность, робкая надежда? Чтобы закрепить этот крошечный, но важный шаг навстречу, я призвала Плюм. Маленькое создание тут же поползло к новой знакомой, издавая мягкие, успокаивающие звуки.

Ти сначала насторожилась, но затем её губы тронула улыбка. Она осторожно, с трепетом коснулась зверушки, словно боясь причинить вред. Гладила нежно, почти благоговейно. В этот момент мне показалось, что она совсем другая — не дикая, не испуганная, а просто маленькая девочка, которой не хватало заботы и тепла.

— Помнишь, что я тебе говорил? — негромко произнёс мужчина. В его голосе звучала лёгкая строгость, но больше — беспокойство. — Не показывай её так часто. У тебя и правда могут появиться большие проблемы. Гонений, как раньше, конечно, не будет... — он тяжело вздохнул, глядя на меня внимательно, — но всё-таки проблемы будут.

— Хорошо, — кивнула я, подтверждая свои слова. Где-то в глубине души я понимала, что он прав, но в этот момент мне казалось важнее удержать хрупкую связь с Ти, чем опасаться последствий.

— Куда мы пойдём? — спросила я, оглядывая её. — Нам бы её ещё одеть... Смотри, какое на ней лёгкое платье, и покормить. Мы как встали, так ты сразу же пришёл.