Девятая невеста

Глава 1

Любовь живет в душе, не в сердце.
От сердца ей нужна лишь кровь.
И никуда от чувств не деться,
Ведь кровь — вино. Вино — любовь.
Дурман, надежда и улыбка:
Твоя, моя, иль чья еще?
Не пой ты, пташка, громко шибко.
Любовь в тиши, в румянце щек.

Отрывок из поэмы «Дан и Анетта».

Глава 1

Я смахнула выбившийся из прически локон и в который раз воззвала к богине, но так и не определилась, что именно хотела попросить: чтобы этот путь скорее закончился или продолжился вечность.

Мы ехали уже добрых полдня, и ухабистая дорога с каждой кочкой лишь добавляла мрачности моему и так кислому лицу. А кислым оно было, потому что меня отправили в поместье будущего мужа, чье имя пугало всех девушек королевства. На его счету было уже восемь пропавших невест! За год, между прочим. Что с ними стало — одной богине известно. Ведь стоило им попасть за стены замка, как их больше никто не видел. И теперь — вот досада! — следующая на очереди я. Девятая.

Новость о свадьбе пришла вчерашним утром в черно-белом конверте с гербом королевской семьи — золотым ястребом. Папенька даже не зачитал письмо вслух, просто протянул мне листок без слов, без эмоций. Будто предчувствовал, что именно так все и будет. А я, как сейчас помню, опустилась на диванчик в гостиной, пробегая взглядом по ровным и красивым строчкам, и пожалела, что не выскочила замуж за недалекого графа Даста, который очень настойчиво просил моей руки. Все о любви мечтала. Надеялась встретить своего единственного и неповторимого. И вот вам, пожалуйста: меня потребовали — не просто попросили руки, а именно потребовали в замок для бракосочетания с принцем.

— Госпожа, с вами все хорошо? — разбил мое уныние голос служанки.

Я тяжело вздохнула.

— Да, — и, стиснув зубы, чтобы не клацали на кочках, процедила: — Так хорошо, что бежать хочется. Без оглядки.

— Ну что вы, госпожа! — попыталась утешить меня Марька, чей голос подскочил вверх, когда нас вновь швырнуло на кочке. — Уверена, все будет хорошо.

Ага. Хорошо. Конечно. Сама, вон, отвела взор, не желая встречаться со мной взглядом. Тут не то что служанке, но и дракону понятно, что ничего хорошего не будет. Мое замужество напоминало больше жертвоприношение, чем что-то радостное. А что? Вдруг, этот принц, как в страшных сказках, питается плотью и душами невинных невест? Или узнает их поближе, теряет к ним интерес и потом избавляется, пока его не связали узами брака.

— Обещаю, я буду всегда рядом и защищать вас! — добавила Марька, а я открыла рот, чтобы съязвить, но ощутила, как от ее наивных слов по душе растеклось тепло, и передумала.

Я снова уныло вздохнула, с тоской вспоминая, как Марька пришла в наш дом три года назад. Тогда мне хватило одного взгляда, чтобы понять — судьба подкинула мне настоящий подарок. Все потому, что природа наградила нас удивительно похожей внешностью. Темными волосами, бледной кожей, худощавой фигурой. Даже в лице служанки я узнавала знакомые черты и не брезговала пользоваться этой схожестью: часто выдавала Марьку за благородную леди, а сама сбегала от назойливых гостей. Например, от графа Даста, чье внимание не давало продохнуть. Или тайно навещала праздники простолюдинов, которые были моим вторым развлечением после книг.

Не сказать, что я не любила пышные балы аристократов, где все пропахло интригами и снобизмом. Просто семьи, подобные моей, мало интересовали зажиточных особ. От брака со мной не поиметь ни денег, ни земель, ни высокого титула. Посему пользы от моей белой рученьки, кроме самой рученьки, ни-ка-кой. И в светских кругах все мое веселье проходило не за танцами с кавалерами, а за столом с закусками или на диванчике в углу. Вот папенька и симпатизировал графу Дасту, который оказывал мне всяческие знаки внимания.

Как папенька часто говорил: пусть граф не блещет умом, зато он не извращенец и не садист. Но сердцу ведь не прикажешь. Поэтому граф стабильно становился жертвой наших с Марькой подмен, а папенька сильно и часто на нас за это злился. Однажды даже чуть не выгнал Марьку из нашего дома! Но я отвоевала ее голодовкой и заверениями, что больше не стану эксплуатировать прислугу в подобных «несуразных» целях.

С тех пор я, правда, перестала устраивать подмены, но сегодня все изменилось. Папенька сам приказал Марьке нарядиться в мое платье, а меня заставил надеть что-то попроще, чтобы сойти за служанку.

И пусть он не назвал причин такого решения, после слов служанки о том, что она будет меня защищать — все встало на свои места. Ведь даже до меня доходил слушок, что из-за слабого здоровья короля и странностей с невестами аристократы стали нервными, а разбойники — особенно активными.

Похоже, батенька рассчитывал, что в случае нападения нас перепутают и вместо меня схватят Марьку. На выкуп-то у нас денег нет… По этой же причине он дозволил ей поехать со мной в поместье «Жениха Смерти», хотя там и без нее слуг достаточно. Причем высококлассных.

— У тебя волосы растрепались, — коснулась я выбившегося из пучка служанки локона и случайно дернула его, когда нас вновь тряхнуло на дороге.

Марька охнула и быстренько поправила прическу, после чего опять уставилась в окно, а я в очередной раз вздохнула и задалась вопросом: почему принц так внезапно обратил внимание на меня — дочку бедного графа из захолустья? Побоялся растущих слухов и выбрал невесту, чье исчезновение не принесет бурной молвы?