Девятая жизнь Освальда

Глава 16

На второе плечо легла рука маркиза, и я оказался зажатым между двумя мужчинами и креслом. Их нахмуренные лица не обещали ничего хорошего.

– Мы хотим услышать правду, и только правду, – четкий голос Кантера обдавал таким холодом, что у меня мурашки побежали по спине. Сейчас он абсолютно выпадал из образа добродушного дядюшки. Рядом со мной стоял грозный дознаватель.

– Карл, вы захватили артефакт истины? – спросил он у короля и тот молча повернул в его сторону ладонь. На указательном пальце свергнул багряным огнем массивный перстень.

– Тогда начинаем допрос. Надеюсь, до третьей степени устрашения дело не дойдет. Жаль пачкать этот прекрасный ковер кровью, – зловещим голосом произнес маркиз, и я понял, что сейчас со мной никто не шутит. Навешать очередной лапши не получится. Впрочем, как и сбежать, или прикинуться мертвым. Значит придется колоться, а там будь, что будет. В самом деле не могу же я бесконечно пудрить мозги людям. Уж этим двоим так точно не получится.

И глубоко вздохнув, а затем шумно выдохнув, я начал рассказывать мою историю, очень надеясь, что в конце ее меня не прибьют.

– Опустите руки, господа. Я расскажу все и без всяких угроз. Вопрос лишь в том, поверите вы правде, или объявите меня сумасшедшим?

Король и маркиз переглянулись. Человек, объявивший себя Даниэлем, сейчас лишь отдаленно походил на него. Четкая речь и уверенный взгляд изменили черты его лица почти до неузнаваемости Мужчины перестали давить на незнакомца физически и убрали с его плеч руки. Но усилили энергетический натиск. Король встал перед ним лицом к лицу, а маркиз зашел сзади, за спинку кресла, в котором тот остался сидеть.

– Меня зовут Освальд, я из иного мира, и с другой планеты.

Я говорил в стиле знакомства на собрании анонимных алкоголиков, сразу раскрывая все свои секреты. Но самый главный оставил напоследок, и с трудом протолкнув ком в горле, почти прохрипел:

– А еще я…кот.

После этих слов я ожидал чего угодно – насмешек, сомнений в моей вменяемости, вызов слуг в библиотеку со смирительной рубашкой и даже битье по мордасам за такую хрень. Но мои слушатели стояли с каменными лицами, словно слышали подобные заявления каждый день и не находили в них ничего особенного.

– Вы можете считать меня сумасшедшим и сдать в дурдом, но я восемь жизней провел в шкуре кота, а на девятой оказался в теле человека.

– Расскажите, как это произошло, Освальд, – мягко произнес маркиз в благодушной манере «дядюшки».

Понятно, считает меня придурком. В моем мире обычно говорят – никогда не спорь с психом и соглашайся с ним во всем. В этом мире такие же правила, поэтому «дядюшка» и делает вид, что верит мне.

– Меня бросили в бассейн с большой высоты, сэр. Я начал тонуть и орать во все горло, пока меня не накрыла темнота. А потом появился свет, я пришел в чувство и опять чуть не умер, осознав, что стал человеком. Меня вытащили из воды Чарльз и Молли. Они же и сказали, что меня зовут Даниэль Освальд Дорванд, и я барон Бранвейн. А еще я картавый простак.

– А также подсказали вам, кто есть, кто, когда вы заявили, что потеряли память, – иронично протянул король.

– А чтобы я сказал им? Что я кот с другой планеты? Они и так долго приходили в себя из-за того, что барон вдруг перестал картавить, да к тому же еще слегка поумнел. А настоящую правду уже вряд ли переварили бы. Вы ведь тоже не верите мне, господа.

– Ну, почему же. Мы с маркизом уже убедились, что вы не только не Даниэль, но еще и иномирянин.

– И на чем я прокололся, сэр? Неправильно картавил?

– Нет, картавили вы наоборот, очень правдоподобно, – засмеялся король, – что и ввело нас поначалу в заблуждение. Но ваше поведение на сегодняшнем отборе убрало пелену с наших глаз.

– А заключительным штрихом стали ваши трусы, – столь же весело засмеялся маркиз, выходя из-за моего кресла, и усаживаясь рядом.

Король, продолжая смеяться, тоже занял кресло. Вероятно, они решили, что я спокойный псих и можно расслабиться. Правда, теперь уже я начал слегка сомневаться в их здравомыслии.

– А причем здесь трусы, господа?

– Когда мы с его величеством учились в Академии магии у нас была специальная дисциплина – борьба с другими мирами. И наш преподаватель говорил: «Запомните, иномирянина всегда выдают бытовые привычки и одежда. У него могут быть безупречные манеры и изысканная речь, но такая маленькая деталь в одежде, как, например, эти трусы сразу выдадут его с головой».

– Это Чарльз меня сдал? – хмыкнул я, понимая, что больше некому.

– Вы же сами посоветовали нам Коупмана в качестве шпиона, – поддел меня король. – Но скажу в его защиту, что он сделал это по наивности. Уж слишком переживает за свои обязанности камердинера.

– Сэр, но, если вы убедились, что я говорю правду, то может отправите меня обратно на Землю, а Даниэля вернете сюда? – заискивающе попросил я Карла Первого. – Я просил его поменяться обратно, но он категорически отказывается это сделать.

– Вы как-то общались с ним? Где он, что с ним? – неподдельно разволновался король, хватая меня за руку.

Вторую ладонь сжал маркиз, и я опять оказался в плену их рук. Но вполне понимая беспокойство мужчин, я не стал акцентировать на этом внимание и рассказал все, как на духу.