Девятая жизнь Освальда

Глава 23

Маркиз поспешил увести племянника с огневых позиций и буквально за руку потащил в бальный зал, где его сразу увлекла в танец тетушка, а потом поочередно обе кузины.

После третьего танца я уже едва держался на ногах и умоляюще посмотрел на дядюшку.

– Все, все, мой мальчик. Император покинул зал, теперь нам можно незаметно уйти.

– Я не хочу убегать, как заяц.

– Лучше сбежать, как заяц, чем быть заколотым, как баран. Герцог не погнушается в суматохе собственноручно проткнуть вас кинжалом, – сердито возразил маркиз, подталкивая меня к потайной двери, задрапированной занавесом в боковой нише. Прекрасно зная все ходы и выходы во дворце, он провел нас по нескольким коридорам и вывел в маленький дворик, где уже поджидала черная карета без опознавательных знаков.

Втолкнув меня в карету Кантер коротко бросил кучеру одно слово:

– Домой.

И мысленно похвалил себя за сообразительность, когда решил подстраховаться вторым экипажем на тот случай, если император будет недоволен внешним видом барона и сразу потребует, чтобы тот удалился. Но даже в самых пессимистичных прогнозах он не мог предположить, что дело может зайти так далеко, чтобы придется бежать для спасения жизни.

– Простите меня, ваше сиятельство, – тихо произнес я. – Надо было просто тупо молчать на все поддевки этих зарвавшихся герцогов. А я не смог. Дурацкая натура. Всегда кусаю тех, кто чересчур наглеет и лезет ко мне.

В ответ Кантер лишь тихо хмыкнул и кивнул головой.

Петляя по каким-то темным переулкам кучер быстро домчал нас до замка маркиза, и уже оказавшись в стенах нашей любимой библиотеки, дядюшка плеснул в бокал коньяк и сказал мне:

– Да, разумней всего было молчать, и вообще, не высовываться, чтобы не выделяться из толпы, но я горжусь вами, Освальд. Вы сегодня так осадили Картиса, как никто не осмеливался до этого сделать.

– Кроме вас, ваше сиятельство, – тихо напомнил я маркизу о его более, чем смелом поступке двадцать лет назад.

– Я тогда наказывал гадкого мальчишку за дорогого мне ребенка, – расстроенно возразил маркиз.

– Сегодня я тоже мстил гадкому человеку за дорогого мне ребенка. И несказанно рад, что сумел это сделать от его имени, и в его облике.

– Спасибо, Освальд.

– Даниэль, дядюшка, – негромко поправил я маркиза. – Я буду им до тех пор, пока полностью не разделаюсь с Картисом.

И это обещание я давал не Кантеру, а себе. Не успокоюсь, пока не накажу подонка по-настоящему.

Долго сидеть в одиночестве нам не пришлось. Уже через полчаса наше общество разделили маркиза, кузины и мои братцы. Герцоги благородно не оставили родственниц мачехи одних перед любопытной толпой. Король и королева Ласкании были вынуждены сопровождать императора и никак не смогли бы защитить их.

Но Джеймс и Томас сами поняли, как надо действовать, причем очень быстро, пока Картис не втянул их в разборки. Тот вместе с Зордаком и Ловерманом метался по залу в поисках барона, чтобы свести с ним счеты. Поэтому увидев, как маркиз поспешно выводит Даниэля, Джеймс и Томас сразу подошли к маркизе и ее дочерям. Надо отдать должное принцам Георгу и Ричарду. Они сразу бросились помогать. Вчетвером они окружили женщин, не давая никому близко подходить к ним.

Но быстро покинуть бал им бы точно не удалось, если бы не вмешался главный судьи Аскандии, который благоволил к Бранвейну после первого дня смотра. Маркиза хорошо знала этого честного и благородного человека, и смело приняла его помощь. Судья вывел их через тайной ход и предоставил свою карету, в то время, как подручные Картиса из числа его подданных буквально заглядывали в каждый экипаж в поисках барона.

Стремительно ворвавшись в библиотеку мои родственники набросились на меня, но не с обвинениями и упреками, а с объятиями и поцелуями.

– Данни, я восхищаюсь вашей смелостью, – воскликнула тетушка, обнимая и целуя меня.

– Даниэль, мы обожаем вас. Вы самый лучший, – подхватили целовальную эстафету кузины, а герцоги сдержанно похлопали по плечам.

– Никогда я так не гордился тем, что вы мой брат, Даниэль, – размеренно, как и подобает наследнику престола, произнес Джеймс.

– Данни, когда вы хлестнули перчаткой Картиса, я готов был крикнуть «браво», – Томас проявил больше эмоций и даже приобнял меня. – А еще меня радует, что вы совсем избавились от …

Он неловко замолчал, но я услужливо подсказал:

– От картавости? От дурости?

И видя, как краснеет всем лицом рыжий Томас и виновато смотрят на меня кузиночки, я искренне расхохотался:

– Дядюшка заверяет, что во мне наконец проснулась магия. Но, а я считаю, что это удар по голове так удачно поставил мозги на место и ловко подвесил язык.

– Ура! Ура! – закричали кузиночки, и схватившись за руки начали водить вокруг меня хоровод, в который тут же вклинились братцы и тетушка. А дядюшка потягивал коньяк и смотрел на нас всех печальными глазами.

Причину его грусти я узнал через полчаса, когда герцоги откланялись и покинули замок, а тетушка и кузины отправились спать. Я тоже прямо падал от усталости, но все же задержался на пять минут, чтобы услышать, к сожалению, неприятную новость.