Ди-7. Невесты Властелина

Глава 8. Недошедшие в гости джентльмены во главе с препочетнейшим лейбархистаром, восхитительный победитель и долгий поцелуй

Вовремя послать — это тактика, послать туда, куда надо — стратегия, а если ещё и вовремя — талант. (Кристина Белозерцева «Пауза»)

Ринуаль-Эстель де Гресс

Мы с Литой еще раз осмотрели бравых воинов, стоящих вокруг нерушимой стеной и, не сговариваясь, решили поменьше обращать внимание на всякие неудобные мелочи. Например, на эту:

– Не велено, – отстранив кругленького, ярко разнаряженного человечка, подал голос стражник, стоящий рядом с пустым креслом около Литы и, для пущей верности, заслонил собой и весь проход, и кресла, и нас. Мы с Литой переглянулись: только этого циркового пупсика тут и не хватало. Как вообще он сюда просочился?

Гектор, чуть наклонившись к нам через Мирославу и Лоранду, вежливо поинтересовался:

– Вы желаете его видеть?

– Нет, – ответила Лита.

Я для убедительности тоже энергично кивнула, соглашаясь с подругой.

– Помоги ему уйти, Райд, – передал он стражнику.

Тот, недолго думая, схватил колобка за шиворот и потянул к выходу. Толстячек сопротивлялся и громко верещал:

– Как вы смеете! У меня полномочия! Я лейбархистар, препочетнейший Главвус! Сам Мессир благосклонно выслушал мою просьбу и выполнил! Нужным человеком величал, а вы! Я буду жаловаться! Я вас всех разжалу…

Дальше стало как-то совсем неразборчиво. Может, стражнику поплохело от его визга и он ему рот чем зажал? Лично я, наверное, так бы и сделала.

– Хорошо, что Александр позаботился о нашей охране, – пробурчала я, глядя в сторону уже почти невидимого и плохо слышимого препочетнейшего и нужного какому-то там Мессиру дядьке.

– Как вы могли не пожелать видеть знаменитейшего отборщика Императорского Цирка? – смеясь, спросила Лоранда. – Говорят, он так рьяно искал вас, что потерял и страх, и пару лишних килограмм.

А Мирослава так удивленно смотрела на нас, будто мы сморозили знатную глупость.

Мы с Литой переглянулись, представив последствия от вторжения к нам в ложу этого сверх навязчивого толстячка. Это ж похуже всех тех трех дурно пахнущих дородных увальней!

– Спасибо, Гектор, – с явным облегчением поблагодарила начальника охраны и моя подружка, точно оценив пользу от его верных и своевременных действий.

Кажется, нам с почетным эскортом крупно повезло: не каждый бы решился, не церемонясь выкинуть этого… сверх важного и со связями на самом верху их местечковой иерархии.

К нам и дальше время от времени пытались пройти какие-то джентльмены, но, как и препочетнейший, никто не дошел. Правда, сверхкультурный Гектор, прежде чем кого-то послать, на всякий случай вежливо испрашивал нашего на то позволения. На удивление милый и воспитанный молодой человек оказался.

Между тем, участников турнира с каждым раундом становилось все меньше и меньше. Мой рыцарь, появляясь ненадолго, теперь больше заставлял переживать не меня, а своих соперников.

Без оружия, как и предсказывал Атьяр, его победы даже на мой дилетантский взгляд казались гораздо более убедительными, но тоже очень быстрыми. Наверно из-за этого финальный поединок его противник задумал растянуть и вместо драться, под улюлюканье трибун, решил для начала подальше отбежать. А увидев, что никто гоняться за ним по всей арене не собирается, повинуясь одному скупому жесту своего оппонента подполз и сдался. Впрочем, ни у кого не вызывало сомнения, что в реальном состязании он бы Дракону проиграл еще быстрей. Но столько разнообразных криков и таких оваций я не слышала никогда.

Эмоции множества людей, орущих каждый что-то свое, вызывало незнакомое мне ранее ощущение эйфории. Подойдя к краю арены мне, честное слово, стало приятно быть дамой сердца такого победителя. Когда я вязала ленту, его попросили снять шлем, но он на это только кивнул, вроде как соглашаясь, а потом легко усадил меня на лошадь, запрыгнул сам, тесно прижав к себе, сразу же заставив коня двинуться тихим шагом.

И только после этого не спеша, прямо как в моем сне, наконец, поднял забрало. Я глупо улыбалась. Сначала потому, что опять его не узнала, готовясь увидеть какое-то чудовище, а этот облик с красивыми глубокими глазами, высокими скулами и жесткой линией губ показался просто восхитительно-идеальным. А потом оттого, что не смогла раньше догадаться, кто это тут так успешно «воевал». Особенно после высказываний Атьяра. Так нет же, даже мысли не возникло об участии в аборигенском турнире их властного принца. Как он только сам до этого додумался? Недаром Атьяр удивлялся. И это что, ради одного поцелуя? Зачем? Мог бы найти более легкий и спокойный способ. Хотя, наверное, ему и здесь победить было нетрудно, но копье, летящее в голову…

Все эти мысли мелькали и таяли во время долгого поцелуя. И чем дольше он длился, тем посторонних мыслей становилось меньше. Сила и нежность, непередаваемо сплетаясь, вытесняли все остальное. Если он таким образом решил отомстить мне за жабу, я их буду отправлять ему каждый день пачками. А по вечерам пусть мстит. Только без всяких турниров и других экстремальных затей. Мне не понравилось за него волноваться и переживать. Нужно будет намекнуть об этом при случае.