Диагноз: Бывшие. Исцели меня, Рыжая!

Глава 2

Юлия Никольская

Что это вообще за издевательство такое? Почему именно тогда, когда моя жизнь начинает походить хоть на какое-то подобие нормальности, обязательно объявляется какой-то урод, чтобы в одно мгновение разрушить все мои планы? И этот «урод» — не кто иной, как Артём Романов! Будь он проклят.

Иногда мне кажется, будто у меня на лбу написано: «Измените мне, пожалуйста». Сначала этот кошмар с Артёмом, который развлекался за моей спиной, а потом и муж туда же. Видимо, мироздание издевается надо мной, не иначе.

Квартиру эту я купила на жалкие крохи, которые бывший муж, хитрый ублюдок, благосклонно мне оставил. Все основные активы он, конечно, предусмотрительно записал на свою мамочку. И вот теперь, вместо того чтобы спокойно жить в собственном доме, я стою голая, закутанная в полотенце, посреди коридора, и спорю с человеком, которого меньше всего ожидала увидеть в своей жизни. Это вообще нормально?!

Романов… Он изменился. В нём больше нет той наивной мягкости, которая когда-то сводила меня с ума. Теперь передо мной стоял циничный, наглый, самоуверенный мужик, от взгляда которого пробирало дрожь. Его серые глаза, когда-то светившиеся теплом, теперь казались холодными, словно сталь, и с откровенно насмешливой искрой, которая жутко меня бесила.

Он был по-прежнему подтянут и невероятно привлекателен, но теперь в нём чувствовалась опасность. Такая опасность, которая одновременно притягивала и вызывала желание убить его на месте.

Боль от его предательства всё ещё жила внутри… Стоило ему появиться на моём пороге, как эта рана снова разверзлась, напомнив о самом унизительном и болезненном моменте моей жизни. Будто все эти годы, замужество и развод прошли впустую, и я снова стояла перед ним, та же уязвимая и обманутая девчонка.

— Ты вообще слышишь меня? — резко бросила я, хлопнув рукой по стене. — Вали отсюда немедленно!

Артём, конечно же, меня проигнорировал и, нагло усмехаясь, двинулся осматривать мою квартиру, словно хозяин этого места.

— Никольская, что ты сотворила с моей квартирой? — его голос был одновременно раздражённым и насмешливым.

— Это что за трэш в стиле наркоманского артхауса?

Я почувствовала, как во мне вскипает ярость.

— Твоей квартирой? Ты вообще охренел? — крикнула я, пытаясь удержать полотенце на месте и одновременно не броситься на него с кулаками. — Это моя квартира, и я могу делать с ней всё, что захочу!

Он театрально закатил глаза:

— Да уж, вкусы у тебя стали совсем извращёнными. Что это за кошмар на потолке?

— Это авторская композиция, придурок! — зашипела я сквозь зубы.

— Пафос никто не отменял, да? — Артём снисходительно ухмыльнулся. — Но зачем уродовать моё жильё?

— Хватит говорить «моё»! — заорала я, чувствуя, что ещё немного, и окончательно выйду из себя. — Убирайся отсюда сейчас же!

Но этот гад, проигнорировав мои слова, двинулся дальше по коридору, открывая дверь в мою мастерскую.

— Господи… — простонал он, словно увидел расчленёнку.

— Ты превратила мою спальню в психушку для художников?

— Это мастерская! — отчаянно крикнула я, пытаясь вытолкнуть его обратно.

— Здесь пахнет как на химзаводе, — презрительно фыркнул он.

— Ты серьёзно тут живёшь?

— Представь себе, прекрасно живу! — яростно огрызнулась я.

— А теперь свали, или я вызываю полицию!

Он резко повернулся ко мне, приблизился, и его взгляд впился в меня, вызывающий и холодный.

— Дорогая моя, у меня есть документы на эту квартиру и кто бы тебе ее не продал, сделка липовая. Готова к долгим и скучным разбирательствам?

Слёзы бессилия и злости уже стояли у меня в глазах, но я не собиралась сдавать позиции.

— Убирайся отсюда, мне плевать куда! Хоть на улицу, хоть к друзьям, только свали! Обращайся в суд! У меня все законно!

Он саркастично усмехнулся, окинул взглядом мой творческий хаос и направился к выходу.

— Ладно. Сегодня уйду, Никольская, — бросил он, уже на пороге. — Только потому, что устал и сил нет. Но завтра я вернусь, и мы решим, кто здесь останется жить, а кто будет ночевать на улице.

Он громко хлопнул дверью, стены содрогнулись, а я осталась стоять посреди коридора, чувствуя себя абсолютно раздавленной и беспомощной. Одно было ясно точно: утром я первым делом поменяю эти проклятые замки. Пусть попробует вернуться — пожалеет, что родился на свет.

Ведь это чушь, что он владелец это квартиры, правда?

Правда же?!