Диагноз: Бывшие. Исцели меня, Рыжая!

Глава 10

Артем Романов.

Господи, какой же это кайф играть с ней, как кошка с мышкой!

Да, Юлька изменилась… Нет, я не простил ее за выходку в прошлом, но сейчас… Сейчас у меня были развязаны руки. Главврач дал мне выходной, отлежаться после прилета, а я посвятил его… Атакой на мою новую соседку. Как же круто она реагировала! Лучше и не придумаешь!

Чего только стоит гора ее нижнего белья, которую я обнаружил в стиральной машине… Пунцовая Юля так быстро перебирала ножками, пряча от меня красные стринги и кружева, что я даже не пытался сдерживать смех!

Не давай мне девушка ответную реакцию, я может быть бы и успокоился, но она давала! Весь день! Никуда не поехала, не закрылась в комнате, а продолжала курсировать по квартире разжигая во мне азарт!

Но, правда, меня беспокоило, что я так на ней залип… Вечер подкрался незаметно, а я так и не смог полностью избавиться от навязчивых мыслей, которые не давали мне покоя с самого утра. Сколько бы я ни убеждал себя, что Юля просто ещё одна женщина в моей жизни, что она прошлое, тело предательски откликалось на её присутствие. Каждая её колкость, каждое раздражённое замечание заставляло меня улыбаться внутри. Она бесила, выводила из себя и одновременно притягивала так, что от одного взгляда на её упрямый подбородок и вспыхивающие щёки становилось жарко.

Я поймал себя на абсолютно сумасшедшей мысли, что моя квартира внезапно обрела совершенно иной смысл. Теперь она ассоциировалась не только со мной, но и с ней. И что самое ужасное — это чертовски нравилось.

Юля стояла на кухне, увлечённо что-то смешивая в миске и явно пытаясь доказать, что она вообще не замечает моего присутствия. Я же молча наблюдал за ней, стоя в дверном проёме, и чувствовал, как внутри поднимается какая-то непонятная нежность, смешанная с едкой иронией. Что эта девчонка делает со мной?

— Что там, Никольская? Ты вообще собираешься меня сегодня кормить, или будешь демонстративно голодом морить, показывая своё несогласие с моим существованием рядом?

Она вздрогнула и бросила на меня раздражённый взгляд, нервно прищурившись.

— Еще чего! — фыркнула упрямица. — Я тебе не нанималась в кухарки! Если хочешь есть — возьми и приготовь сам. Или тебе, звезде медицины, ручки пачкать выше твоего достоинства?

Её голос был дерзким и вызывающим, и я невольно ощутил укол азарта.

— Ох, Юлька, доиграешься ведь, — с ухмылкой протянул я, медленно направляясь к ней.

— Утром йогурт отбирала, а сейчас угрожаешь ужина лишить... Может, тебе просто хочется немного внимания?

Она быстро отвела взгляд, щёки её снова начали заливаться ярким румянцем. Я подошёл к ней вплотную, заглядывая в миску, где она отчаянно пыталась замесить какое-то тесто, и слегка усмехнулся.

— И что это будет, осмелюсь спросить?

— Пирог, — пробурчала она, стараясь не встречаться со мной взглядом.

— И если ты будешь так раздражать меня, то я добавлю сюда соли в три раза больше, чем надо.

— Ты уверена, что это остановит меня? — я осторожно положил ладони на её плечи, чувствуя, как она слегка вздрогнула от моего прикосновения.

— Я ведь могу просто сменить объект своего внимания на тебя и забыть о пироге.

Она резко повернулась ко мне, глядя с вызовом и одновременно с таким едва скрываемым трепетом, что я чуть не забыл, зачем вообще пришёл на кухню.

— И что, думаешь, я испугаюсь? — дерзко спросила она, приподнимая подбородок и с вызовом глядя мне в глаза.

— Ты вообще слишком до фига на себя берешь, Романов!

Её взгляд буквально бросал вызов, и я понял, что больше не в силах сопротивляться собственному желанию. Моё дыхание сбилось, сердце забилось быстрее, и я, больше не раздумывая, шагнул ближе, зажимая её между собой и кухонным столом.

— Юль, будь осторожнее, — тихо прошептал я, склоняясь ближе к её губам и чувствуя, как внутри меня всё буквально загорается.

— Ты же знаешь, что долго терпеть я не умею.

Она прищурилась, явно собираясь огрызнуться, но я уже не дал ей шанса. Вообще не понимаю, что мной двигало, но мои губы накрыли её поцелуем — жадным, требовательным, почти грубым, от которого даже у меня самого закружилась голова. Её руки судорожно схватились за мою футболку, и она тут же ответила мне, забывая обо всех колкостях и дерзости.

Юля пахла моими снами, моими тайными желаниями, которые я старался скрыть даже от себя. В её объятиях я терял остатки разума и чувствовал, как меня затягивает в водоворот эмоций, из которого я не хотел выбираться.

— Артём, это... — прошептала она, едва оторвавшись от меня, тяжело дыша и глядя на меня таким взглядом, что я чуть не лишился рассудка окончательно.

— Это именно то, чего мы оба хотим, — прошептал я ей на ухо, покрывая шею лёгкими поцелуями и чувствуя, как она невольно выгибается навстречу моим прикосновениям. — Прекрати уже сопротивляться. Мы же оба знаем, что никуда от этого не денемся.

— Так нельзя, — тихо проговорила она, закрывая глаза и откидывая голову назад, подставляя шею под мои ласки.

— Можно все, чего хотят двое, — прошептал я, осторожно подхватывая её на руки и направляясь в спальню.

— Но разве это мешает нам наслаждаться друг другом? Разберемся с квартирой и уже так не выйдет…

Вот, дурак…

Хрупкое тело в моих руках мгновенно затвердело и усиленно забилось, как птичка в клетке.

— А ну отпусти меня, извращенец!

— Да что не так-то? — рявкнул я, отпуская девушку из своих объятий. — Ты же этого хочешь! Что нам мешает?!

— Пошел ты! — рявкнула Юля, швырнув миску с тестом в раковину и задрав нос, удалилась из кухни.

И казалось бы, я понимал, что сделал не так, но кто же знал что она так отреагирует?!