Диагноз : " Демиург"

Глава 2

Камера синхронизации не была похожа на медицинский кабинет. Скорее на студию погруженной реальности высшего класса. Мягкое кресло-кокон для пациента, такое же — для оператора. Полумрак. Сотни микроскопических проекторов, готовые выстроить любой ландшафт. И тишина — настолько глубокая, что в ней начинал звенеть собственный кровоток.

Он уже ждал.

Дэвид Стерн не выглядел монстром. Высокий, поджарый, с телом, которое даже через простую серую униформу клиники выдавало годы физических тренировок. Но взгляд… Взгляд был пустым. Не мертвым, а отсутствующим. Как будто большая часть его сознания была где-то далеко, а здесь сидела лишь оболочка на автопилоте.

— Майор Стерн, — начала я, садясь в кресло напротив. — Я доктор Волкова. Спасибо, что согласились на эту сессию.

Он медленно перевел на меня тот самый пустой взгляд.
— Не майор. Майор остался там. Можете звать меня Дэвид. Или Харон. Какая разница.
Голос ровный, без интонаций. Как голосовой интерфейс средней руки.

— Хорошо, Дэвид. Сегодня мы попробуем мягкую синхронизацию. Я войду в ваш интерфейс воспоминаний на ознакомительном уровне. Без погружения в травматические эпизоды. Цель — оценить стабильность нейрослоев.

Он усмехнулся. Звук был сухим, как треск сломанной ветки.
— Оценить стабильность. У вас тут любят красивые слова для простых вещей. Ладно, доктор. Залезайте. Смотрите, на что потратили ваши налоги.

Я снова сделала глубокий вдох. Профессиональная дистанция. Он пациент. Он страдает.
— Активирую синхронизацию. Начинаем с трех… двух… одного…

Не было ни звука, ни вспышки света. Просто мир сдвинулся.

Мой обычный сенсорный поток — ощущение кресла, запах озона, биение собственного сердца — отступил на второй план, став едва слышным фоном. На передний выплыли чужие данные. Не образы даже, а их призраки. Всполохи цвета без формы. Обрывки звуков — далекие взрывы, шипение связи, чей-то сдавленный крик. Эмоциональный шум — сконцентрированная, выдержанная как сталь ярость, приглушенный, но неистовый страх, и над всем этим — тяжелая, как свинец, усталость.

Мой навык, «Эмпатическая синхронизация», работал. Я была внутри его периферийного пси-контура. Безопасная зона.

— Держусь на периферии, — сказала я вслух, мой голос прозвучал и в реальности, и в общем аудиопотоке. — Вижу фоновые паттерны. Уровень тревожности высок, но структура… Дэвид?

Данные вдруг задергались. Фоновый шум нарастал, сгущался. Безобидные цветовые всполохи начали складываться в узнаваемые, острые формы: осколки виртуального стекла, тени, бегущие по выжженной земле, абрис человеческой фигуры, падающей в замедленной съемке.

— Дэвид, это не ознакомительный уровень. Вы уводите меня глубже. Пожалуйста, верните контроль.

Его голос в ответ прозвучал совсем рядом, как будто он наклонился ко мне ухом.
— Контроль? Вы хотите контролировать это, доктор? Давайте я просто покажу вам, что такое «нестабильность нейрослоев».

Мир рухнул.