Диббук. Мертвая ведьма

Глава 11

Вечером Степа вспомнил о сделанных фото и решил отправить Фандееву и Очкарику. Открыл галерею , отправил пару снимков и обмер – в кадр попала мама. То, что он увидел на снимке внушало невообразимый ужас.

Она стояла у оградки кладбища и глядела прямо в камеру (даже странно, что Степа не увидел ее, когда фотографировал.) Синий костюм, который они со Степкой купили буквально перед поездкой в Кобылки, сидел на ней из ряда вон плохо. Все потому, что за время пребывания в деревне мама сильно похудела – килограмм на десять, не меньше. Лицо искажала гримаса невыносимой боли, тонкие руки-плети безвольно висели вдоль тела, а за ее спиной стояло нечто… нечто инфернальное, принадлежащее Степкиным ночным кошмарам – то, что было похоже на горгулью – и обнимало маму черными когтистыми лапами.

Степка вскочил с кровати и принялся лихорадочно одеваться, а спустя пару минут уже барабанил в Анину калитку.

– Ты чего так поздно? – Высунулась с окна растрепанная Аня.

– Выйди. Поговорить надо. – Сказал Степка.

– Ну заходи.

Дом, в котором жила Аня, выглядел очень современно – Аня пояснила, что к этому приложили руки родители.

– Мама у меня дизайнер, – сказала она, заметив удивленный взгляд. – А у папы строительная фирма. – Проходи, – она отворила дверь, пропуская Степку в светлую детскую. – Что у тебя стряслось?

Степан был бледен, его губы приобрели синеватый оттенок, словно он просидел в холодной воде как минимум час.

– Я был на кладбище. Был у ведьминой могилы. – Сказал Степа.

– Что?

– Мне нужно тебе кое-что рассказать…

Аня упала в кресло и закрыла лицо ладонями. Степка уселся напротив, с шумом втянул в легкие воздух и заговорил. Он рассказывал о ночных кошмарах и лунатизме, раскаивался в том, что был таким близоруким и вовремя не забил тревогу, ведь он знал, чувствовал!

– Ты не понимаешь. Все не так просто. – Сказала Аня, Выслушав его сбивчивый рассказ, – Гаргулья, говоришь?

Она передернула плечами и, кажется, на что-то решилась. Вскочила со стула, бросилась к шкафу, распахнула его и достала черную обувную коробку. Дрожащими пальцами сняла крышку и Степка увидел кипу альбомов для рисования. На каждом была написана дата. Девочка отложила в сторону несколько альбомов и взяла в руки тот, на обложке которого был нарисован чёрный мерседес. Быстро пролистала несколько страниц – некоторые рисунки степа и разглядеть-то не успел, и наконец ткнула пальцем в существо, глядевшее с рисунка злобными желтыми глазами.

Степка переводил взгляд с одного рисунка на другой, который был нарисован на второй странице и не мог понять, что пугает его больше – горгулья, сжимающая в своих мерзких когтистых лапах корову или нечто, похожее на черную безхвостую крысу на задних лапах с торчащими изо рта клыками – именно таким Степка представлял себе падальщика…

В уши словно залили воды – Аня говорила и говорила, а Степка не мог разобрать ни слова….

– Так что, согласен? – Спросила она и Степан почувствовал себя абсолютным болваном.

Аня покачала головой и повторила уже помедленнее.

– Здесь неподалеку, в Черешневом живёт ясновидящая. Знает многое. Поедем вместе, без меня она с тобой говорить не станет. Маме скажи, что с ребятами на озеро порыбачить собираешься, если все так, как я думаю она должна тебя отпустить, главное не говори, что со мной и о Черешневом молчи.

Степка только кивал.Вот-вот , казалось, она рассмеется ему в лицо и толкнет кулаком в плечо, попался? Сколько бы он отдал за то, чтобы все это оказалось глупым розыгрышем…

Сглотнув ком в горле, он сказал:

– Мама завтра в город поедет.

Аня подняла вверх большой палец.

– Бабушке я скажу, что мы на речку собрались. На велике ездить умеешь?

Степан фыркнул. За кого она его принимает?

– Вот и отлично. Завтра в девять будь готов.

До рассвета Степка не сомкнул глаз, а в без десяти девять утра, как штык, ожидал Аню в условленном месте – у полуобвалившегося здания, гордо именуемого «клубом».

***

Ехали по проселочной дороге, мимо речки, на которую Аню отпустила бабушка. На пологом песчаном берегу грели животы местные мальчишки. Заприметив девочку, они махнули рукой.

– Эй, Анка, давай к нам! – Позвал длинновязый.

– В другой раз, Стас! – Крикнула ему Аня, поворачивая на узкую, петляющую лесную тропку.

Уже через несколько метров лес сомкнулся вокруг. Степка даже пения птиц не слышал – бешено крутя педали старенького «Орленка», он едва поспевал за Аней , урвавшей на горном байке далеко вперед. Начался мелкий дождь, но здесь, под кронами высоких сосен его почти не ощущалось – деревья укрыли их под куполом ветвей. Добрались быстро – вскоре в просветах деревьев показались крыши домов.

Ясновидящая жила в двухэтажном коттедже с мансардной крышей. Аня спрыгнула с велосипеда и покатила его по выложенной плиткой дорожке к воротам. «Осторожно, злая собака» прочел Степан предупреждающую табличку, Аня нажала на кнопку звонка. Спустя несколько минут на балконе появилась девушка в расшитом цветами платье. Увидев Аню, она приветливо махнула рукой, навела пульт на ворота и створка отъехала в сторону. Навстречу девочке бросился крупный пес, приветливо завилял хвостом.

– Дик, нельзя, – скомандовала девушка, когда пес подбежал к Степке. Она уже спустилась вниз и ожидала их на крыльце, усевшись в плетеное кресло, и не сводила с мальчика пристального взгляда.

Ребята подошли, поздоровались, Аня открыла было рот, но девушка перебила ее.

– Знаю я зачем вы пришли, - заговорила она, - но не знаю не поздно ли. Идите в дом, ничего не трогайте, я сейчас.

***

В центре комнаты стоял большой круглый стол с красной скатертью, вокруг четыре резных стула, в углу – книжный шкаф с колдовскими книгами. Под потолком сушились пучки трав.

– И не скажешь, что ведьма, – прошептал Степка, разглядывая иконы на стенах.