Дикарка 2 (не) любимый Истребитель драконов

Глава 5

Сегодня коридоры в главном корпусе были особенно мрачными, густая тьма собиралась по углам, впитывая последние лучи слабого осеннего солнца, пряча складки на покрывающих пол коврах. Это не Академия бытовых искусств, а настоящее некромантское логово какое-то! Я споткнулся и раздраженно дернул пальцами, зажигая крошечный файербол. Все же нужно будет поговорить с этим демоновым гномом и заменить ослабевшие магические кристаллы в лампах.

Я шел и пытался продумать разговор с кузеном Филиппом. Его положение было отчаянным, иначе он бы не действовал так грубо и не рисковал бы лезть в мой кабинет, зная, что я могу легко его поймать. Не думал же он, что я настолько ослаб от проклятья, что не сумею защитить свое? Или мог?

Я открыл знакомую дверь с золотящимися на табличке буквами и сразу же увидел кузена. Он напоминал беспомощную полудохлую муху. Светящиеся нити магии плотно опутывали его мощную фигуру, оставляя снаружи только бледное измученное лицо. По замотанному телу проходили странные судороги. Филипп сопротивлялся, поэтому заклинание от воров сжимало его, выкачивая магию.

— Прекращай дергаться, — спокойно сказал я. — Как только замрешь, станет легче.

— Выпусти меня, ублюдок! — попытался рыкнуть он, но получился только полузадушенный хрип.

Я усмехнулся, скинул деревянные обломки с кресла секретарши и сел. Удобное. А госпожа Луидан знала толк в комфорте. Нужно будет не забыть сказать гномам, чтобы кресло оставили после ремонта. Я откинулся на спинку, пристально рассматривая кузена, и все так же спокойно сказал:

— Филипп, дорогой! Ты что-то путаешь! Мои родители состояли в браке, и я законный наследник Фанхорнов. Опять ты запутался в словах.

Новая судорога прошла по телу кузена, он выгнулся от боли и прошипел:

— Ты понимаешь, что я королевский служащий при исполнении? Тебя казнят за то, что ты удерживаешь меня и пытаешь.

Я нахмурился.

— Хватит! — коротко бросил я. — У меня нет ни времени, ни желания играть в твои игры. Скажу прямо, я знаю о том, что ты замешан в краже печати. Если тебе нужна моя помощь, изволь отвечать на вопросы откровенно, иначе я тебя, как посылку, отправлю лорду Неноусу телепортом. Думаю, если он привлечет менталиста, то и виновного в краже печати тут же найдет. Завтра к утру тебя уже четвертуют.

Филипп взвыл и бешено задергался. Отросшие драконьи когти вспороли магический кокон. Он никогда в своей жизни не превращался в дракона полностью, слишком мало в нем было драгоценной крови, но посверкать вытянутыми зрачками любил, впечатляя собеседников. А сейчас, не играя и не бравируя, бросил все ресурсы на освобождение от моего заклятья. Даже неприкосновенную жизненную энергию задействовал, вызывая память крови, поэтому глаза у него остались человеческими, а на руках появились когти, с помощью которых он пытался вырваться.

Но Филипп не был полноценным драконом, поэтому резерв очень быстро опустел, когти исчезли, порезанный ошметками кокон восстановился, а кузен безвольно повис, удерживаемый в вертикальном положении только магией. Но сознания не потерял. Молодец, боец!

— Как ты… смог… так…? — едва слышно прошептал он, но я услышал.

— Проклятье ослабло, — сказал я, поднимаясь. Подошел к кузену и снял заклятие, придерживая его за плечо. Кокон исчез, а кузен навалился на меня и стал падать. Я осторожно усадил его на пол, прислоняя к закрытой двери, и присел на корточки, чтобы наши лица оказались на одном уровне. — А ты приехал, надеясь, что будешь хозяйничать здесь, как у себя дома? Думал, что я почти сошел с ума от боли?

Филипп попытался сесть прямо, потер лицо.

— Я рад, что не сошел. Я просил Калвина сварить такое зелье, чтобы ослабить заклятье, похоже, у него получилось.

— Ты? — Я усмехнулся и поднялся. — Эту должность и доступ к местному зельевару организовал лорд Неноус.

Кузен хмыкнул.

— Так спроси у него сам, кто все сделал.

— У кого? — я сжал кулаки, верить ему хотелось, но слишком больно и опасно было бы разочароваться.

В детстве мы с кузеном дружили, он был всего на пять лет старше, и с удовольствием участвовал в моих проказах. Пока я был в силе и командовал армией, он держался рядом, был моей правой рукой. А вот когда я стал сдавать, он был среди тех, кто с удовольствием отправил меня в утиль. Верить ему после этого?

— У любого. Хоть у Калвина, он мой сокурсник, хоть у лорда Неноуса.

Кузен глядел на меня с вызовом, ожидая моего решения, а я сделал пасс рукой, погружая его в сон. Пусть отдохнет, пока я расспрошу своего штатного зельевара. Если ответ мне не понравится, отправлю кузена к лорду Неноусу, не приводя в сознание. Разочаровываться в людях все еще было неприятно.

Я достал из кармана пузырек с обезболивающим зельем, привычка держать его под рукой прочно вросла в меня. Эта запасливость не раз спасала меня от безумия боли.

Калвин почти никогда не выходил из своих подземелий, а мне было безумно больно спускаться по бесконечным крутым лестницам в его логово, поэтому виделись мы не часто. Но сегодня нога у меня не болела, и повод для визита был важным.

Я спустился на первый этаж и пошел в сторону технических помещений. Прошел кухонную зону, помещения для уборщиц и помощников по хозяйству, со смешком оценил табличку на кабинете кастеляна. Она была раза в два большей моей и подсвечивалась изнутри редкими магическими кристаллами: «Достопочтенный гном Парфурий, кастелян». А ниже шла табличка поменьше, на которой сверху было написано «Часы работы» и девственная пустота. Когда работал неуловимый гном было непонятно. То ли круглые сутки, то ли никогда. Может мне тоже такую табличку многозначительную повесить? Я усмехнулся и свернул к лестнице в подземную часть академии.

Академия делилась на две части: надземную, где проходили занятия и находилась большая часть учебных и хозяйственных помещений, и подземную, которая была в несколько раз больше. В стародавние времена нижняя часть, состоящая из разветвленной системы тоннелей и пещер, использовалась активнее. Потому что там жили наги, полулюди полузмеи. Но время шло, нагов боялись, с ними вели войны, и, в конце концов, почти истребили. Слишком они были не похожи на остальных и слишком замкнуты в своем мире.