Дикая

1.

Крепче затягиваю волосы в тугой хвост. Сегодня моя первая смена в новой тюрьме.

Исправительная колония строго режима это уже вторая колония, в которой я работаю надзирателем. Необычная работа конечно для девушки, но я забыла это слово четыре года назад. Прекратила быть просто девушкой.

Стала надзирателем, и моя главная задача оградить мир от грязи в виде ублюдков, которые не могут вести себя как люди, которые давно превратились в скот.

Три недели моя первая вахта на новом месте.

Наш автобус останавливает во дворе тюрьмы. Позади несколько изнурительным километров от ближайшего населенного пункта и высоких заборов. Со мной так сказать женский «батальон»: семь новых медсестер, трое работников столовой и сменный глав врач.

Нас встречают и проводят в здание, в котором содержатся: воры, убийцы, маньяки, насильники.

- Для новеньких, - начинает предварительный инструктаж в синей униформе тучный мужчина. Вид у него уставший. Под глазами мешки, голос хриплый. – Наша колония разделена на четыре блока, покидать свои блоки строго запрещается. Ваша вахта начинается с сегодняшнего дня. Соблюдайте правила. Вот уже четыре недели в колонии ни одного крупного замеса, наша главная задача, чтобы мирное сосуществование оставалось на том же уровне.

Дверь за дверью проходим без всяких проблем. Каждый на своем посту, все выглядит спокойно. Таких деньков можно было сосчитать по пальцам, в прошлой колонии. Поэтому я всегда начеку.

- Сейчас я передам вас патрульным, которые проводят вас до ваших блоков. Сразу переодевайтесь и на свои посты, более подробный инструктаж проведут на месте.

«Общий блок» - надпись на стене.

Двери ползут в сторону, мы оказываемся в общем блоке. Утро, еще нет семи, стоит гробовая тишина. Решетки закрыты, свет тусклый заключенные еще спят. Мы вступаем в блок идем почти строем. Девушки крутят головами. Молоденькие медсестры. Не понимаю зачем их вообще отправляют на практику в такие места. Грязнее места не найти.

Все-таки наш строй привлекает внимание.

- Новые сучки, - разрезает тишину, чей-то мерзкий крик. Слышу скрипы кроватей, зэки подходят к решеткам. Смотрят, кто-то выкрикивает мерзости, пытаются дотянуться до нас руками.

Смотрю перед собой с гордо поднятой головой и иду вперед за надзирателем. На мне удобная одежда: синяя плотная кофта, военные хлопковые синие брюки по фигуре, заправленные в ботинки черного цвета, по типу берц. На лице ни грамма макияжа. Незачем! Кожа у меня гладкая чистая и в тональном креме я не нуждаюсь, а красится даже для себя смысла не вижу. А вот остальные что приехали со мной явно еще не понимают куда попали. Макияж, джинсы, блузки это все привлекает внимание зэков, которые годами не видят женского тела. Мужское влечение обостренно в сотни раз.

Коридор длинный это нормально для колонии. Мне не страшно. Страх давно пропал. Нет! Он умер в тот же день, который останется со мной навсегда, как напоминание зачем я здесь.

- Дикая, - внезапно слышу сбоку и мой взгляд все-таки падает в сторону.

Глаза полные страха мужчины по ту сторону решетки. Наши взгляды пересекаются. Зэк стоит в оцепенении смотрит на меня, и будто пятится назад.

Узнал.

Оскаливаюсь в довольной улыбке и прохожу дальше.

За нами закрывается дверь общего блока, и мы оказываемся в большом очередном коридоре, но уже без камер.

Нас встречают несколько патрульных.

- Мед персонал за мной, - диктует высокий парень в белом халате. Медсестры следуют за ним.

Поваров тоже забирают и уводят.

Я остаюсь с тем тучным мужчиной. Чего мы ждем не понимаю.

- Сейчас придет Саня, отведет тебя, - сообщает он. А потом без капли стеснения начинает рассматривать меня. Взгляд скользит с головы до ног. – Ну и нахера тебе это работа?

Ни капли не удивляюсь этому вопросу и манере разговора. Не в первый раз его слышу. Мат для моего уха давно стал привычным.

- Агния Большакова, - слышится позади голос высокого брюнета. Он в форме, с автоматом на перевесе. Темные, коротко стриженные волосы, на руках короткие черные перчатки без пальцев. Он приближается к нам. Замечаю в руках небольшую папку с моим делом. – По кличке «Д-и-к-а-я», - растягивая последнее слово.

Тучный мужик тут же переводит на меня глаза.

- Дикая? Ты дикая? – удивление проскальзывает в каждом его слове.

Похоже моя репутация добралась быстрее меня.

- Я Агния Разинская, - поправляю. – А не Большакова.

- Нам тут проблемы не нужны, - тут же встревает тучный, заводясь. – Мы слышали, как ты с катушек слетела, - и начинает подвисать надо мной. Хочет продавить. Ему явно не по душе что я тут. А мне все равно.

- Глеб прекращай, - встает между нами брюнет. Отодвигая «тучного» от меня. – У тебя вахта заканчивается завтра.

- Надеюсь она завершится спокойно, - недовольно произносит «тучный», переводя взгляд на меня. А потом разворачивается и удаляется.

- Удивлена? – протягивает брюнет, поворачиваясь ко мне.

- Ни капли, - спокойно отвечаю.

- Значит тебя сослали к нам, - делает умозаключения брюнет. И тоже начинает разглядывать меня. Да чтоб его. Терпеть не могу этого. – Я кстати Саня, буду твоим напарником. Сейчас я провожу тебя в блок сотрудников. У тебя будет своя комната.

Своя комната — это прекрасно. Обычно у сотрудников общая комната, как в казарме. В прошлой колонии меня это ни капли не смущало. Мужчины не приставали, в душ никогда не заходили. Держали дистанцию. Практически все были в браке. И учитывая мой вспыльчивый характер никто не лез.

- Наша смена начинается в семь вечера, есть время отдохнуть. Форма уже в твоей комнате. Оружие получаем перед сменой.

- Мне оно не нужно.

Брюнет поднимает взгляд на меня. Потом открывает очередную дверь, пропуская меня вперед.

- Здесь сидят такие ублюдки, которые реагируют только на оружие. И учитывая, что ты… - он делает паузу. – Что ты… - подбирает слова.