Дикая кошка

.1.

- Пустите, гады! – закричала я, изо всех сил стараясь вырваться, но держали меня крепко. Даже рукой пошевелить не получалось.

Двадцать наемников! Двадцать!

Сайир вообще совесть потерял? Или он настолько боится меня, что за мной охотятся толпами. А самое паршивое, я не успела сообщить ребятам, что меня опять схватили и сейчас несут по лестнице наверх. Или вниз? И неизвестно еще, что этот псих захочет на этот раз.
Я повертела головой в попытке убрать повязку с глаз и хотя бы посмотреть, где мы. А то чувствую себя животным, которого ведут на убой и ничего невозможно изменить. Но так ничего не смогла рассмотреть. Даже зауважала того, который ее завязывал. Качественно. Вот только вот, моя память хорошая, и как только выберусь, его первым прибью. Сама. Потом за остальных возьмусь.

Наконец, меня вежливо кинули на холодный пол, кажется каменный, отчего я невольно застонала и с трудом сделала вдох. Падение немного сместило плотную ткань с глаз и я хоть одним, но смогла полюбоваться довольно ухмыляющимся здоровяком. Значит, не случайно я так мягко приземлилась.
Ну, все, ты свой приговор подписал!

Как только дверь громко захлопнули, я подождала, пока не стихнут звуки шагов и с кряхтением встала.  Хотя, встала, это громко сказано. Села, прислонившись спиной к шероховатой поверхности. Хорошо хоть болеть долго не будет. Протянув связанные руки вверх, я стянула повязку и осмотрелась.
М-да, картина оказалась не радужной. Так как похитители оставили меня в подвале, с небольшими окошками, которые собственно и освещали сие мрачное помещение. Громко выругавшись, я потянулась к заколке с лезвием. Эти олухи меня веревкой привязали. Они что, серьезно думали удержать дикую кошку, таким вот примитивным способом?

Меня зовут – Александра, и я изгой. И все дело в том, что от родителей, уж не знаю от которого, я унаследовала странные кошачьи глаза. Все бы ничего, но взрослые почему-то их боятся. И каждый раз при виде меня осеняют себя знаком веры. В первое время меня это страшно бесило. Было время, когда я обижалась, но потом привыкла, и сейчас смотрю на всех этих религиозных фанатиков снисходительно. Мне уже не было никакого дела до их страхов.

 Вся моя жизнь прошла в этом приюте, который носит имя нашей святой Родительницы. И если вы думаете, что здесь царит любовь и покой, а дети постоянно распевают песни о вечной любви, то сильно ошибаетесь. Во-первых, до нас, сирот, никому нет дела. Воспитатели если и впихивают в наши головы какие-то знания, то только для галочки. А усвоил ли кто-то материал, никого не волнует. Как никто не следит за дисциплиной.
Во время подачи еды злобная тетка сыпала в тарелку какой-то бурды и, будто насмехаясь, еще и приятного аппетита желала. Никто не смел поперек слова сказать. Не хватало еще без еды остаться. С нее станется.
Но, самое страшное происходит, когда надзирательница выходит из зала. Стоит двери закрыться, как старшие тут же отбирают еду у младших. Нередко мне тоже приходилось ходить голодной, до тех пор, пока не научилась, есть быстро. В детстве, даже это коричневое нечто казалось вкусней всяких деликатесов, и мы сражались за каждую ее каплю. А еду давали нам мало. А за просьбы добавки жестоко наказывали.

Мне было семь, когда встретила своих друзей. Таких же странных как я сама. У Олдвина кожа была зеленной и за это его называли жабой. У Кеарза глаза холодные как у змеи и кличку он получил соответствующую. Ну, а Дейрик наша защита, так как ему уже девять было и он, был сильнее нас. А я получила прозвище – дикая кошка. Это все из-за моего нрава и нежелания сдаться. И моих кошачьих глаз, которые на этой богами забытой планете олицетворяли религиозное зло. Повезло с местом рождения, а главное, никто не знал, к какой расе я отношусь. Да и наводить справки не спешили. Кому какое дело до обычной сироты со страшными, на их взгляд, глазами.

Познакомились мы в карцере. Это комната без окон с чучелами мертвых животных на стенах.  И которая освещалась парой тусклых светильников, которые делали обстановку более жуткой. Туда закрывали самых непослушных детей, чтобы сломить их волю. Вот только для меня это было не наказанием, а возможностью спокойно поспать. 
И вот, в один из вечеров, когда я укладывалась в углу на тряпках, дверь с грохотом открылась и наша воспитательница втолкнула трех парнишек предположительно моего возраста. Обычно, когда кто-то приходил, я начинала скулить, мол, мне страшно. Но в этот раз не успела. Правда, на это никто внимания не обратил. А вот мальчишки реально испугались, вон как прижались друг к дружке.

Несколько минут я понаблюдала за ними. Потом, выйдя из своего укрытия, успокоила их и помогла устроиться. Заодно и рассказала как вести себя утром, чтобы все думали, что их воля сломлена. С тех пор мы стали часто ночевать там, а чучела животных превратились в лучшие подушки. Ну а зимой мы прижимались друг к дружке и, согревшись, таким образом, спокойно засыпали. Слишком поздно руководство поняло, чем стала для нас комната ужасов.

А через год после нашего знакомства и становления друзьями, в приюте появилась хрупкая девчушка со смешными косичками. Она только прибыла из дома малютки и в волосах у нее даже разноцветные ленты имеются. Наверное, кто-то пошутить решил. Ведь в этом царстве серого и унылого это как команда «фас». 
Девочка неуверенно вошла в столовую и замерла, поймав на себе сотню голодных взглядов. Я тоже смотрела на нее, но не с алчностью, ведь эта ленточка меня не накормит и вряд ли на нее можно будет что-то купить. Повисла тяжелая тишина, даже ложками стучать перестали. Все изучали новенькую и, наверняка, уже планировали поживиться на ее наивности.

А когда послышался скрип раздвигаемого стула, не задумываясь, вскочила с места и встала перед малышкой. Правда сама тоже невелика была, но я об этом не задумывалась. Главное ее защитить. Парни тут же встали рядом и угрожающе посмотрели на остальных, всем своим видом давая понять, что кто-то сегодня недосчитается зубов или потеряет часть волос. Это уже кому как повезет.
- Дикая кошка нашла игрушку? – язвительно спросил самый рослый и сильный мальчик в столовой. Его все боялись, ведь ему уже 10 лет и он скоро уйдет отсюда. Точнее его переведут в заведение для взрослых.
- Не твое дело, Сайир, - прошипела я, не теряя бдительности, ведь здесь не только я имею друзей.
- Давно ты не попадала в карцер, кошечка, - протянул он и я, не выдержав, бросилась на него, ничего не разбирая и стараясь достать ногтями его лица. Ногти у меня были острые, но руководство решило, что они угроза окружающим  и состригли их. И постоянно повторяли эту процедуру, не позволяя моему главному оружию стать по-настоящему опасным.
Как всегда, в самый разгар драки явилась госпожа Арнис и разняла нас. У меня из носа текла обильная струйка крови, болела нога и кожа головы. Похоже, этот гад опять меня за волосы тянул и, кажется, часть у себя оставил, вон как довольно лыбится и…  Я пронзительно закричала и снова бросилась на него. Мои черные волосы, это моя гордость и никто не смеет насмехаться над ними. И все дело в том, что я их любила и свои голубые глаза с вытянутым зрачком.  Меня все устраивало, хотя, нередко нас состригали налысо, чтобы очистить от вшей, которые здесь редкостью не являлись.