Дикая кровь

4

Лэйна с наслаждением вытянула уставшие после танцев ноги и откинулась на спинку скамьи. Трава приятно холодила ступни, вечерний ветерок освежал лицо — чем не счастье, особенно после душного и шумного зала с гостями, большую часть из которых хотелось бы видеть в гробу.

“Надо быть сдержаннее”, — в который раз уже посоветовала сама себе Лэйна и скривилась, припомнив свою стычку с Форксом. И с матерью, которая была не особо рада ее танцам без туфель. И с — о Боги! — мелким дружком Седрика, Эрлингом Блэкмуром.

Лэйна только чудом не придушила паршивца, принявшегося рассуждать о том, чья семья чистокровнее, древнее и сильнее. Какая там чистокровность — что Блэкмуры, что Вальтери не гнушались путаться с оборотнями, альвами, когда те еще не спрятались в своих лесах, Лэйна даже слышала о романчике одной из девиц Блэкмуров с кентавром. А благодаря стародавней связи одного из предков с женщиной-сидхе, Вальтери до сих пор все поголовно рождались черноволосыми, зеленоглазыми и обязательно темными магами. Собственно, все, в ком текла сила, никак не могли называть себя чистокровными тенбрийцами — за нее нужно было платить либо сомнительными связями хотя бы раз в столетие, либо близкородственными браками, чтобы не разбавлять кровь, либо ритуалами, зачастую подразумевавшими жертвоприношения. Разумеется человеческие: животных, если они не шли  в пищу, маги убивать не любили. Природа, экология и все такое. То ли дело люди — их не жалко и плодятся они быстро.

Малолетнему засранцу, вообще-то, было рановато таскаться по подобным мероприятиям — ему едва стукнуло шестнадцать. Но где правила, а где Блэкмуры? В умении задирать нос эти напыщенные индюки  запросто могли переплюнуть кого угодно. И ведь имели на то полное право — Блэкмуры были едва ли не единственными из ближнего окружения Красной Королевы, кому удалось сохранить свое состояние. С положением в обществе, увы, было не так радужно, но умения подмазываться к нужным людям хватало, чтобы жить не в пример лучше Вальтери, Вебстеров и прочих бывших лордов и леди, когда-то считавшихся цветом Тенбрийской империи.

В общем, нехорошо получилось.

На деле же, будь Эрлинг постарше, Лэйна первой сделала бы ему предложение и позвала в храм. Если уж путаться с кем-то ради денег, то с тем, с кем можешь найти общий язык. В своей нелюбви к республиканским выскочкам они с Блэкмурами были единодушны. Ходили слухи, что кто-то из Форксов незадолго до восстания отравил бабку Эрлинга (в то время — вторую по силе ведьму Ковена). Виновного нашли, после чего тот считался пропавшим без вести. Блэкмуры развели руками и на десять лет ушли в тень, засев в своих крепостях. А перед тем как вернулись, неизвестная болезнь выкосила половину женщин Форксов, Беннетов и еще нескольких других семей, уже успевших занять все мало-мальски значимые должности в Тенбрийской республике. Блэкмуров подозревали, да только предъявить ничего не смогли. Все магическое сообщество тогда накрепко усвоило: дорогу им лучше не переходить и всячески любезничать, чтобы не оказаться в могиле раньше времени. Собственно, Вальтери тоже предпочитали обходить десятой дорогой, но любезничали не в пример меньше — обаяния Блэкмуров почти все родичи Лэйны были лишены.

— Эй, Эрл, — позвала она снова вовсю треплющего языком Эрлинга. Тот неохотно и эдак вальяжно повернулся, не забыв скривить морду — он терпеть не мог, когда его имя сокращали.

— Эрл — моя сова, — ожидаемо огрызнулся он.

— Я ей соболезную. Ладно, — Лэйна примирительно кивнула на бутылку вина за скамьей. Почти пустую, стараниями ее, Ирмы и Люциана (который был отправлен за добавкой), но Эрлу и Седрику пока хватит и этого. Альфред, усевшийся прямо на траву и черкавший что-то в своем блокноте, неодобрительно покачал головой, но промолчал. — Давай мириться, мелочь.

— С чего вдруг такая благосклонность, миледи? — протянул Эрлинг, особенно ядовито выделяя последнее слово. Но от вина не отказался, паршивец.

— Не хочу, чтобы мой труп потом не нашли. И самой по осени могилу лень рыть. Либо грязища, либо заморозки — всяко неудобно лопатой махать.

— Я помогу, — вернувшийся как раз в этот момент Люциан (сразу с тремя бутылками, умница) уселся рядом и подмигнул. — Леди должна беречь свои руки.

— Не припомню, чтобы у кого-то занимала, — парировала Лэйна, чуть отодвинувшись и давая ему место. — И неужели ради одного болтливого индюка стоит торопиться аж из самого Аэнрока?

Люциан окинул Эрла оценивающим взглядом, сощурился, будто примеривался к чему-то и выдал задумчиво:

— Не стоит, — а потом вдруг улыбнулся загадочно: — Но спешить из другой страны не придется. Отец решил перебраться сюда и перевести меня в местную академию.

— Это он зря, — влез Эрлинг, красноречиво скривившись. — Если он думал, что ты попадешь на нормальный курс, то разочарую — ничего лучше факультета общей магии тебе не светит.

Люциан нахмурился. Оно и понятно —  факультет общей магии можно было смело охарактеризовать как “ниже падать некуда”. Учили там всякой ерунде вроде бытовой магии, немного зельеварению, основным боевым заклинаниям (таким, которые осилил бы и первокурсник) и прочей мелочи. С подобными знаниями в Тенбрийской республике, где почти все было основано на магии, можно было устроиться разве что канцелярской крысой в мелкую контору по маранию бумаги.