Дикая магия и сердце дракона

Глава 22

Нара вспорхнула ко мне на плечо, едва я нагнулась над Арденом. Маленькие коготки впились в ткань, хвост нервно подрагивал.

— Не тяни эту энергию! — она гаркнула мне прямо в ухо. — Наложи печать на его ядро, чтобы оно перестало влиять на дракона. Он скоро вспыхнет, если так дальше пойдёт!

— Я пытаюсь, — ответила я и положила ладони на грудь Ардена, туда, где ощущала тот самый тёмный, вязкий сгусток.

Он был неправильным. Слишком глубоким, словно живая тень, которая цеплялась за его сердце.

Сосредоточившись, я медленно начала очищать ауру — так, как учила бабушка. Лёгкие круговые движения пальцев, вытягивающие лишнее, и тихий шёпот, чтобы поток послушался. Под моими руками тьма дрогнула, будто недовольно отступая.

Сила внутри Ардена была нестабильной. Словно одна часть его сущности рвалась наружу, а другая — из последних сил возвращала её обратно. Я вспомнила его слова, что моя ведьмовская магия может сдерживать то, что на него наложено.

Я глубоко вдохнула, подавив дрожь. Если я и могла что-то сделать — то делать это нужно прямо сейчас, и быстро.

— Ладно… попробуем по-твоему, — прошептала я и положила обе руки точно поверх его солнечного сплетения.

Собрав магию в центре груди, направила в него мягкий, но упорный поток. Нара тихо заурчала:

"Вот так… только не дави. Ты должна действовать так мягко, как только сможешь, чтобы не затронуть ничего кроме этого."

Я замедлила дыхание, подстраиваясь под ритм Ардена. Его силы отзывались болезненно, как натянутая струна. Но постепенно, постепенно… поток стал ровнее. Его дыхание — глубже.

И наконец он вздрогнул и распахнул глаза.

Жар ещё не ушёл, но сознание вернулось. Арден тяжело вдохнул — воздух будто резал ему грудь изнутри.

— Рин… — голос был тише, чем обычно, но удивительно твердым. — Ты… как ты это сделала?

— Наугад, — честно сказала я. — Но это помогло.

Он опустил взгляд, перенёс свою ладонь на мою — ту, что всё ещё лежала у него на груди. Кожа под пальцами была горячей, словно под ней что-то билось, рвалось.

— Ты сдержала внешний контур, — выдохнул он. — И моя сущность вернулась обратно… в клетку. — Он попытался улыбнуться, но в уголке рта дрогнуло от боли. — Если драконья часть пробьёт эти оковы, всё расплеснётся наружу. Не буквально, — губы тронула кривая усмешка, — но выглядело бы эффектно.

— Не смешно, — я зарычала тише, чем хотела.

Я вдохнула, собираясь с мыслями.

— Знаешь… хоть я и не самый опытный чародей… может, стоит попробовать снять твою печать?

Он распахнул глаза.

— Ты шутишь?

— Нет, — я встретила его взгляд прямо, без колебаний. — Я не хочу смотреть, как ты мучаешься в человеческой форме. Я вижу, как тебе не по себе… особенно ночью, когда ты… — Я жестом показала, как его тело будто пытается выбраться из слишком тесной оболочки.

Арден задумался. Долгое, тревожное молчание. А потом:

— Хуже, чем сейчас, вряд ли станет. И я смогу тебя направлять. И остановить. Давай попробуем.

Мы несколько часов сидели над моими тетрадями. Арден делал пометки твёрдым, уверенным почерком, иногда коротко комментируя: «Это неправильно», «Вот здесь опасно», «А вот так — да, сработает».

Нара устроилась рядом, хвостом постукивая по столу. Каждые пару минут она вставляла свои замечания — с видом, будто сама когда-то преподавала на кафедре «Разрыв драконьих печатей».

Чародеи, создавая кокон, запечатывали ядро сущности. Чтобы снять печать, нужно было расплести конструкцию, уводя её энергию в мир мягкими, управляемыми струями. Иначе поток сорвётся — и тогда последствия уже никто не удержит.

Очень быстро стало ясно, что проводить ритуал на подвешенном гамаке может только отчаянно глупый самоубийца. Я сбегала к матросам, выпросила одеяла, сняла гамаки и расстелила всё на полу — мягко, ровно, как импровизированное святилище.

Арден снял рубашку и лёг. Свет от ламп мягко скользнул по его коже, и я в очередной раз подумала: внутри него живёт не просто сила, а целый шторм.

Я достала травы, поставила рядом отвар — на случай, если ситуация выйдет из-под контроля. Арден коснулся моей руки, направляя её к центру своей груди.

— Действуй, ведьмочка. И не бойся за меня. Если мне станет плохо — всё равно не останавливайся. Извлечение чужой магии… зрелище ещё то.

Я сделала глубокий вдох, закрыла глаза и начала.

Магия встретила меня мягко. Плавно. Почти ласково. Это и насторожило.

Арден тяжело выдохнул, закрывая глаза. Его грудь поднималась всё выше — он держался, чтобы меня не напугать. Я решила: когда всё закончится, я ему за это скажу спасибо. Если мы оба останемся живы.

Я сняла первый защитный слой. Он растворился под пальцами, словно паутина под ветром.

И в ту же секунду всё сорвалось.

Не тёмная медленная струя, ожидаемая и знакомая.

Нет.

Массивный, хищный поток рванул мне навстречу, как давно удерживаемая волна, решившая смести всё на пути.

Он прорвался сквозь пальцы, заполняя грудь Ардена чернильным разливом. Кожа на его плечах резко вспыхнула жаром.

— Рин! — голос сорвался на рык. — Закрой… брешь! Сейчас же!

Он выгнулся, будто изнутри его распирали когти. По коже пробежали темные прожилки — отголосок того, чем он был в сущности.

Я попыталась остановить поток, но энергия просачивалась между пальцами, липкая, тяжёлая, слишком живая.

Паника хлынула. Пальцы дрожали.

Но я убрала одну руку, начала прорисовывать пасы — быстрые, резкие. Магия сшивалась в воздухе новой защитой. Неровной. Грубой. Как лоскут, наложенный на тончайшую ткань.

Этого было мало.

Уже выпущенная энергия распространилась по его телу, пульсируя под кожей. Я собрала магию в ладонях, всё, что могла ощущать внутри себя, и потянула в одну точку, словно старалась собрать разбросанные угли в центр костра.