Дикая магия и сердце дракона

Глава 30

Лира ушла на рассвете, коротко бросив, что должна отправить весточку «своим». Я видела в окно, как она шептала что-то маленькой серой птице, и та, сорвавшись с подоконника, растворилась в утреннем тумане.

Этот день стал для меня тихой гаванью. Лира, чья энергия была неиссякаема, не смотря на возраст, взяла на себя хлопоты по дому, то и дело принося мне то травяной чай, то тёплый плед. Но самым приятным для меня оказалось другое. Тут под защитой ведьминых чар и Лиры, надобность в маскировке отпала.

Когда я вошла в гостиную, Арден стоял у окна. Иллюзия, которую он носил как вторую кожу, осыпалась невидимой пылью. Я замерла в дверях, не в силах отвести взгляд. Без магического морока он выглядел таким... настоящим. Более резким, более глубоким. Его черты лица, лишенные наведенной обычности, теперь дышали первозданной статью. Тонкие линии у глаз, волевой подбородок и этот взгляд, в котором свинец смешивался с золотом.

Я любовалась им так, словно видела впервые. В груди разливалось странное, тягучее тепло, от которого кончики пальцев начинали подрагивать. Это не было просто восхищением красотой. Это было чувство узнавания — будто моя душа, та самая, что пряталась все это время, наконец-то увидела кого-то равного себе.

Арден обернулся, заметив моё присутствие. Его губы тронула едва заметная улыбка, и моё сердце пропустило удар. В этом доме, пропахшем яблоками и травами, он больше не был скрывающимся воином или таинственным спутником. Он был моим Арденом.

— Тебе стоит больше отдыхать, Рин, — сказал он, и его голос, теперь лишённый магических искажений, отозвался во мне низкой бархатной вибрацией.

Я застыла, как внутри всё замирает от восторга. Мне хотелось коснуться его лица, проверить, не исчезнет ли эта совершенная четкость линий под моими пальцами. В этот момент я поняла: какой бы силой ни обладали чародеи и что бы ни ждало меня впереди у ведьм, я готова встретить это — лишь бы этот мужчина продолжал смотреть на меня так, будто я и есть его единственный мир.

Я подошла ближе, чувствуя, как внутри всё замирает от предвкушения. Расстояние между нами сократилось до того критического предела, когда воздух начинает искрить. Мне хотелось коснуться его, убедиться, что эта точеная лепка скул и мягкий изгиб губ — не очередной морок моей измученной души.

Арден не отстранился. Напротив, он сделал полшага навстречу, сокращая пространство так, что я почувствовала исходящий от него жар. Его рука — большая, теплая и надежная — медленно поднялась. Я затаила дыхание, когда его пальцы коснулись моей шеи, едва ощутимо скользнув вверх к подбородку.

Он мягко обхватил моё лицо, заставляя поднять голову. Большой палец неспешно, почти тягуче, провёл по моей нижней губе, и этот жест отозвался во всём теле слабой, томительной дрожью. В его взгляде, который раньше казался мне стальным, теперь плескалось тёмное золото.

— Ты так смотришь на меня сейчас... — прошептал он, и его голос стал ещё ниже, пробирая до самого позвоночника, — будто я — единственное чудо в этом мире. Хотя на самом деле, это ты чудо. Самое прекрасное, что я видел.

Его ладонь переместилась на мою талию, властно и в то же время бережно притягивая меня вплотную. Я коснулась ладонями его груди, ощущая под тонкой тканью рубашки ровные, мощные удары его сердца. В этом ритме была такая уверенность и сила, что мой собственный страх перед зеркалом и будущим просто растворился, вытесненный этим внезапным, всепоглощающим присутствием мужчины.

Арден склонился ниже, почти касаясь моим лбом своего. Его дыхание обжигало кожу.

— Что бы ни случилось, — выдохнул он мне прямо в губы, — я буду рядом. Ты будешь принадлежать только себе, и своим желаниям, Рина. И, если позволишь... мне.

Я почувствовала, как по коже пробежали мурашки, а внизу живота завязался тугой узел. В этот момент, в тишине солнечной гостиной, мне хотелось только одного — чтобы этот миг, наполненный запахом его тела, длился вечно.

Арден склонился еще ниже, и мир вокруг перестал существовать. Я видела только его глаза, превратившиеся в два озера расплавленного золота, и чувствовала, как его пальцы на моей талии собственнически сжались. Он потянулся к моим губам, и я уже невольно подалась навстречу, прикрыв глаза в ожидании того самого, первого и долгожданного...

Бам!

Дверь в гостиную распахнулась с таким грохотом, будто в дом влетел по меньшей мере разъяренный вепрь. Мы с Арденом отпрянули друг от друга так резко, что я едва не споткнулась о край ковра.

В комнату вихрем влетела Нара. Она так торопилась, что ее маленькие лапки забавно скользили по натертому паркету, а хвост нервно подергивался от возбуждения.

«Рин! Рин! СКорее!» — ее голос ворвался в мой разум, звонкий и вибрирующий от восторга. «Она здесь! Настоящая, пахнет грозой и старыми книгами! Она уже у входа!»

Нара запрыгнула на кресло, едва не сбив вазу с цветами, и уставилась на нас своими огромными блестящими глазами. Заметив, в какой близости мы стояли с Арденом и как тяжело он сейчас дышит, она на мгновение замерла, хитро прищурившись.

«Ой... кажется, я не вовремя?» — мелькнула в голове ее лукавая мысль. «Но поверь, Рин, нежности подождут! Там самая настоящая ведьма!»

Арден шумно выдохнул, проводя рукой по волосам и пытаясь вернуть лицу невозмутимое выражение, хотя его уши все еще пылали пунцовым цветом. Я же, прижав ладони к горящим щекам, посмотрела на него и смущенно сказала:

— Ведьма прибыла. И кажется нам пора идти встречать ее.

Он коротко кивнул, и провел по лицу рукой, будто снимая наваждение. Нара первая кинулась к выходу. Я сделала глубокий вдох, стараясь унять бешеный стук сердца. Жар от близости Ардена всё ещё горел на мей коже, но холодный ветер, ворвавшийся в прихожую вместе с голосами снаружи, быстро привёл меня в чувство.