Дикая магия и сердце дракона

Глава 33

Матильда привела меня к своему жилищу — приземистому холму, который буквально трещал по швам от обилия втиснутых в него вещей. Внутри пахло старой бумагой, сушеными грибами и чем-то острым, напоминающим запах грозы. Повсюду — от пола до самого потолка — тянулись полки с книгами, свитками и склянками, в которых что-то светилось, булькало и изредка недовольно попискивало.

Ардена с нами не было. Хельга, лукаво подмигнув, увела его «помогать поселению», резонно заметив, что в Звёздной Колыбели всегда найдётся работа для пары сильных рук и драконьей выносливости. Я проводила его взглядом, чувствуя легкий укол ревности и беспокойства, но Нара, гордо восседавшая на моем плече, быстро привела меня в чувство, легонько мазнув хвостом по щеке.

— Садись, — буркнула старушка, сгоняя со старого табурета пушистую стопку живых чернил, которые тут же переползли на пол. — И ты, блохастая, тоже найди себе угол. Нечего мне пыль с полок сшибать.

Нара возмущенно фыркнула, но предпочла не спорить и грациозно перепрыгнула на стопку старых ковров. Матильда зажгла лампу, и её огромные очки блеснули.

— Ну, Ринавель, — она начала выуживать из воздуха парящий чайник. — Вижу, ты уже наслушалась сказок от своего дракона. Про мир людей, мир существ, ядра и артефакты... Для ящерицы он на редкость сообразителен. Но вот беда — он рассказал тебе всё, кроме самого главного. Он не рассказал тебе про нас.

Она с грохотом поставила передо мной кружку с отваром, который пах одновременно лесом и старой библиотекой.

— Ты ведь до сих пор думаешь, что ты «испорченный человек»? Или чародейка с бракованным даром? Глупости! Чушь! — Матильда ткнула сухим пальцем в мою сторону. — Ошибки людей, и твоей матери, которая не знала о магии.

Старушка прошлась по комнате, и её перья в воздухе застрочили в блокнотах с удвоенной силой.

— Слушай и запоминай. У существ вроде твоего Ардена есть ядро — их внутреннее солнце. У людей магии нет вовсе, они — паразиты, сосущие силу извне через ритуалы и краденые ядра. Но ведьмы... мы стоим аккурат посередине. У нас нет ядра, которое можно вырезать и запереть в амулет. Убей ведьму — и ты получишь просто остывшее тело. Но мы и не люди. В нас нет пустоты, которую нужно заполнять через костыли-артефакты.

Я подалась вперёд, затаив дыхание. Нара на коврах замерла, навострив ушки.

— Внутри каждой из нас живёт Дар, — Матильда приложила руку к груди, прямо над сердцем. — Это не батарейка и не кристалл. Это — проводник. Мы не храним магию, Ринавель, мы её пропускаем сквозь себя. Мы берем чистую силу из самого сердца мира и направляем её своей волей. От сердца к сердцу. Мы не крадем её, мы с ней в союзе.

Она остановилась и пристально посмотрела мне в глаза через свои огромные линзы.

— Чародеи ненавидят нас за это. Мы для них — ходячая насмешка над их законами. Им нужны палочки, жертвы, запечатанные ядра драконов и сложные круги, чтобы сотворить хоть какое-то подобие чуда. Нам нужно только желание и право рождения. Нас невозможно обесточить, не уничтожив саму жизнь.

— Значит... я не проклята? — прошептала я, чувствуя, как внутри что-то, долгое время бывшее сжатым в болезненный комок, начинает медленно расправляться.

— Проклята? — Матильда фыркнула так громко, что перья в воздухе подпрыгнули. — Ты просто не понимаешь свою природу! Ты пыталась запереть в себе великую реку, надеясь, что она поместится в глиняный горшок. Лира рассказала мне, о ритуале твоей матери. В зеркале ты заперла ту свою часть, что непосредственно контактировала с миром. Твоя мать прятала твой Дар, но он начал искать лазейки, просачиваясь сквозь отражения, потому что ведьмовская кровь не терпит темниц.

Я посмотрела на свои руки. Они всё ещё казались обычными, но теперь я чувствовала за каждым движением пальцев невидимый поток.

— Ты — внучка Элары, — тише добавила Матильда, и в её ворчливом голосе вдруг прорезалась гордость. — Твоя бабушка была великим проводником. Если ты научишься не бороться с этой силой, а дышать ею... Чародеи Ложи поймут, что совершили самую большую ошибку в своей жизни, решив поохотиться на тебя.

Нара негромко мурлыкнула, соглашаясь с каждым словом. Я почувствовала, как по щеке катится слеза — не от горя, а от великого облегчения. Я была полноправной частью этого мира.

— Так, вытирай нос! — Матильда снова стала привычно ворчливой. — Нам нужно научить тебя управлять этим потоком. Дел невпроворот, а она сидит, радуется... Ужас, просто ужас! — Она наигранно всплеснула руками, — первым делом, конечно, нужно будет примирить тебя, с запертой частью. Это будет не просто, сразу говорю. Но с помощью других ведьм все должно получиться. Лира должна со дня на день отправить сюда зеркало, придет позже, как раз как смогу тебе дать хоть какие то знания.

— Но в прошлый раз, оно чуть не убило меня...

— Это потому что никакая техника безопасности не была учтена! — Она серьезно взглянула на меня, поверх очков, — я знаю побольше твоего, и как справиться уж пойму, поверь. А теперь доставай свой гримуар.

— Мой... что? — Я вопросительно посмотрела на нее.

— Бо-о-оже, девочка, так у тебя и гримуара нет. — Матильда задумчиво приложила руку ко лбу. — Точно знаю, у твоей бабки был фамильный гримуар. Ох уж Лира, прохвостка, наверняка хотела себе его оставить. Что же, видимо с зеркалом, настоятельно попрошу, отправить еще и гримуар.

***

Дни превратились в изнурительный цикл из коротких перерывов на сон и бесконечных попыток приручить ту запертую, дикую часть моей силы, что так долго томилась во тьме. Матильда оказалась безжалостным учителем: она заставляла меня раз за разом входить в состояние транса, пока пальцы не начинали дрожать от перенапряжения, а воздух в комнате не становился тяжелым и наэлектризованным. Несколько раз в день тишину дома нарушали визиты других ведьм. Они приносили плетеные корзины с теплым хлебом, ароматным рагу и пучками сушеных трав, но еда была лишь предлогом. Каждая гостья норовила заглянуть мне в глаза, задать вкрадчивый вопрос о моем прошлом или дать «полезный» совет, от которого магия внутри меня начинала глухо рычать.