Дикая магия и сердце дракона

Эпилог

В залах высокогорного замка Драконьего Пика все было заполнено лихорадочным биением сотен сердец. Воздух здесь, на Гряде Межмирья, был таким прозрачным и тонким, что каждый звук приобретал кристальную четкость. Сегодня замок напоминал потревоженный улей, но в этом хаосе было только искрящееся, осязаемое предвкушение чуда.

Слуги в парадных ливреях цвета темного изумруда и золота сновали по коридорам, едва не сбивая друг друга с ног. Горничные несли охапки белоснежных лилий и пахучего можжевельника. Старший мажордом, седовласый мужчина, чья выправка могла бы посрамить любого гвардейца, стоял в саду под аркой из цветов, тщетно пытаясь воззвать к спокойствию.

— Милорд Арден, умоляю вас, стойте смирно! — его голос дрожал от волнения. — Шов на плече... если вы еще раз так резко двинетесь, я не ручаюсь за прочность нитей!

Но Арден его не слышал. Он нервно смотрел в сторону выхода из замка. Он был воплощением неукротимой силы, закованной в изысканные одежды. Его камзол из бархата цвета ночного неба был расшит золотыми нитями, которые складывались в едва заметный узор драконьей чешуи. Высокий воротник подчеркивал его волевой подбородок и острую линию челюсти, а широкие плечи казались еще массивнее под тяжестью золотых эполет.

Арден выглядел возмутительно, пугающе красивым. Его белоснежные волосы были аккуратно зачесаны назад, открывая высокий лоб, но несколько прядей упрямо выбились, придавая ему вид мятежного принца. В его янтарных глазах, сегодня плескалось целое море эмоций: тревога, смешанная с неистовым восторгом, и нетерпение, которое заставляло его пальцы непроизвольно сжиматься в кулаки.

— Как я могу быть спокоен? — прорычал он, и в его голосе прорезались те самые вибрирующие нотки, от которых у врагов раньше холодела кровь. — Я прошел сквозь ад, я уничтожил Конклав, но сейчас у меня такое чувство, что если она не выйдет, то я сам рванусь на ее поиски.

— Внимание! — Слуга у дверей выкрикнул, и оркестр начал играть торжественную мелодию.

Двери распахнулись, и Арден округлив глаза выдохнув сделал шаг вперед.

В этот момент время словно замерло, погружая всех присутствующих в транс.

Двери медленно распахнулись, открывая всем присутствующим вид на одну из виновниц торжества.

Я медленно вышла в огромный проем, чувствую как взгляды всех присутствующих следили за каждым моим движением. Кто то охнул, и я услышала, как зазвучали первые аплодисменты, через время заполнившие все пространство восхищенными возгласами и хлопками.

Мое платье было шедевром, созданным из магической нити и лунного света. Белоснежная ткань облегала грудь и талию, расшитая тысячами крошечных жемчужин, которые мерцали при каждом моем вздохе, словно капли росы на рассвете. Юбка, состоящая из бесчисленных слоев тончайшего фатина, расходилась пышным облаком, шлейф которого тянулся по ковру на несколько метров, напоминая застывшую пену на гребне волны. Мои плечи были открыты, и лишь тонкие нити бриллиантов спускались по ключицам, подчеркивая бледность и нежность кожи.

Мои рыжие волосы, обычно дикие и непокорные, сегодня были усмирены и уложены в сложную, величественную корону из локонов. В них были вплетены живые ветви белого жасмина и драгоценные камни, что подарил мне Арден. Тончайшая фата, невесомая, как паутинка, закрывала мое лицо, придавая облику загадочность.

Рядом со мной крутилась маленькая Лира, моя протеже. Девочка в нежно-зеленом платьице сжимала корзинку и раскидывала передо мной дорожку из лепестков.

Я видела сотни лиц, новые знакомые, старый друзья, все, кого мы хотели видеть рядом в этот день. Тут был и Деарн, чей вид смягчился доброй улыбкой; тут были и другие ведьмы, мои сестры, которые наконец-то могли стоять в полный рост, не пряча лиц. Но мой взгляд был направлен только вперед.

Арден стоял у алтаря, и когда я поймала его взгляд, я почувствовала, как по моему телу прошла дрожь. Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас передавало столько чувств и эмоций, что у меня перехватило дыхание. Он смотрел на меня так, словно я была единственным светом в этом мире, его искуплением и его будущим. Его губы дрогнули в улыбке, а в янтарных глазах блеснула непрошенная влага.

Я шла к нему, и каждый мой шаг был гимном нашей победе. Музыка арф и виолончелей сливалась с шумом ветра в горах.

Священник, облаченный в тяжелую ризу цвета грозового неба, терпеливо ждал, пока шлейф белоснежного платья не замер у подножия каменного алтаря. Когда моя ладонь окончательно утонула в горячей руке Ардена, старик поднял руки к высокому горному небу, призывая саму природу стать свидетелем этого союза.

— Сегодня мы собрались здесь по зову двух сердец, — начал он, и его голос, глубокий и размеренный, казалось, вибрировал в унисон с гулом ветра. — Перед лицом стихий, перед духами гор и памятью предков, я начинаю обряд венчания.

Он взял длинную шелковую ленту, расшитую рунами жизни и верности, и начал медленно оборачивать ее вокруг наших соединенных рук. С каждым витком ткань вспыхивала мягким золотистым светом, связывая узы невидимой, но нерушимой клятвой.

— Арден Эмберфлейм из рода Драконов, берешь ли ты эту женщину в спутницы своей вечности? Клянешься ли хранить ее свет, когда мир погрузится во тьму, и делить с ней каждое биение своего сердца? Согласен ли ты стать ее мужем? — спросил священник, глядя в янтарные глаза воина.

— Клянусь, — твердо ответил Арден. Его пальцы едва заметно сжали мою руку, передавая ей всё свое тепло.

— Рин Эмберфлейм, берешь ли ты этого мужчину своим защитником души? Клянешься ли согревать его своей любовью, пока реки не потекут вспять? Согласна ли ты стать его женой?

— Клянусь, — прошептала я, и голос, чистый и ясный, разнесся над толпой гостей, заставляя даже Хельгу украдкой смахнуть слезу.

Священник затянул последний узел на ленте и коснулся наших лбов костяным посохом. — То, что связано небом, не разлучит человек. То, что спаяно пламенем и землей, пребудет в вечности. Отныне и до скончания времен — вы едины.