Дикий. Куплю твою невинность

Подарок имениннице

Что я только ни пыталась делать – и отпилить чугунную решетку пилочкой для ногтей, и подкупить горничную. Один раз даже хотела соблазнить амбала, а потом треснуть по голове чем-то тяжелым и удрать.

Треф лишь молча приносил мне еду и зловеще улыбался. Но раньше Дикого трогать не смел – надо соблюдать субординацию.

- Осталось три дня

- Осталось два дня

- Всего один день.

Это единственное, что он мне говорил. Меня очень сильно пугало неведение. Что с Диким?! Почему отсчет идет, но сам он ко мне не приходит?!

И вот настала ночь моего Дня Рождения. Я не спала. Вспоминала, как мы праздновали его раньше. Папа приносил магазинный торт с циферками. Шарики, растяжка из букв. Все простенько, но так душевно!

Меня одолевало торжественно-кровавое предчувствие. Я знала, что за мной скоро придут.

- Это вам. Постучите в дверь, когда будете готовы.

Горничная быстро положила на кровать свёрток и удалилась. Внутри – шикарное красное платье. Такое носят не девочки, а уже женщины. Знающие свою привлекательность.

Делать нечего. Одеваюсь. Оно открывает плечи, шею и зону декольте. Но при этом длинное, до пола. Бальное. Стучу в дверь.

- Позвольте, Мисс, сопроводить вас в гостиную.

Незнакомый мужчина в черном фраке и белых перчатках подавал мне руку. В этот момент я поняла, что клетка захлопнулась. И надо просто покориться своей судьбе.

Мы молча спускались в зал. Который горел, как мне показалось, тысячью свечей. И был заставлен корзинами с цветами. В каждой белые розы перекликались с красными. Очень символично.

- Какая прекрасная ночь, правда?

Дикий тоже был при параде. Обворожительный и одетый с иголочки. В руках огромный букет красных роз. Улыбается и пожирает меня взглядом.

- С совершеннолетием, куколка.

Стараюсь отбросить нашу предысторию. Пусть не было никакого похищения и принуждения. Мы с ним встречаемся. И он романтично меня поздравляет.

- Спасибо.

Бандит жестом показывает на стол. Круглый, накрытый только для нас. Изысканный торт с четырьмя этажами. Элитный, я бы даже сказала. И другие блюда.

Сажусь на стул.

- Сначала я хотел бы преподнести тебе твой подарок. Это кулон. Из пули, которую ты из меня вытащила.

Он торжественно открывает передо мной футляр и хвалится ювелирной работой. Потом аккуратно и ласково убирает волосы со спины на плечо. Кожа покрывается мурашками.

Дикий застегивает украшение, и мне кажется, что это холодный ошейник сомкнулся на моей шее.

- Ты знаешь, почему ты здесь, не так ли?

Аромат свечей смешивается с его одеколоном, создавая вокруг него опьяняющую ауру.

Пытаюсь найти в себе смелость отвести взгляд от его пристального взгляда, но терплю неудачу. Глаза прикованы к его глазам, ища хоть какой-то намек на доброту или милосердие в буре его доминирования.

- У меня для тебя сюрприз. Но не просто сюрприз, Полина. Это будет вечер, который ты никогда не забудешь.

Он отступает, давая мне время перевести дух, и указывает на обеденный стол, накрытый тонким фарфором и хрустальными бокалами.

- Давайте сначала насладимся едой, ладно? А потом я наслажусь тобой.

Сердце мое колотится, пытаюсь осмыслить эти слова. Я чувствую смесь страха и предвкушения и не знаю, что принесет мне эта ночь. Аромат еды насыщенный и соблазнительный, но я едва способна оценить его, желудок свело узлом.

Стараюсь удержать дрожащие руки неподвижными, когда тянусь за бокалом. «Спасибо», — бормочу, и голос еле слышен. Делаю глоток, надеясь успокоить нервы, но теплая жидкость мало что делает, чтобы смягчить ледяную хватку страха, которая держит меня в своих объятиях.

Дикий пристально смотрит на меня, его глаза следят за линией моей шеи, пока я потягиваю напиток. Он садится напротив, его движения плавны, как шелк. Он наливает себе бокал и поднимает его в тосте. «За твое первое вкушение мира. За место, где переплетаются сила и удовольствие».

Он делает глоток, не отрывая от меня взгляда. Свет свечи отбрасывает тени на его острые черты лица, делая его еще более грозным. Он наклоняется вперед.

- Я хочу, чтобы ты знала, что я позабочусь о тебе, но ты должна полностью подчиниться мне. Поняла?

Его слова — бархатное обещание, обернутое в сталь, не оставляющее места для переговоров. Бандит тянется через стол, его рука покоится на моей руке. Тепло его прикосновения вызывает во мне дрожь, и я не могу не поддаться влиянию силы, которую он излучает.

Я киваю, молчаливо соглашаясь. Я не знаю, что таит в себе ночь, но не могу сдержать того, как мое тело реагирует на его близость, как его прикосновения зажигают мои нервы. Делаю еще один глоток, жидкость согревает изнутри, давая небольшое подобие контроля в этой ужасающей, волнующей ситуации.

Взгляд Дикого удерживает меня, пока он медленно встает. Его стул царапает пол так, что, кажется, эхом разносится по комнате. Он обходит стол, его шаги размеренны и неторопливы, пока не встает прямо рядом со мной.

-Не бойся, пташка.

Мужчина протягивает руку и осторожно берет бокал из моей руки, ставя его с тихим щелчком. Его рука задерживается, его пальцы касаются моих пальцев, прежде чем он отстраняется.

- Давай начнем праздновать твой День Рождения, — бормочет он, его голос соблазнительно мурлычет, от чего у меня по спине пробегает дрожь.

Он садится рядом со мной, его бедро прижимается к моему. Тепло от его тела почти невыносимо, и я чувствую, как напряжение в воздухе сгущается. Он берет кусок хлеба, макает его в оливковое масло и подносит к моим губам.

-Открой, — командует он, его голос — нежный рокот.

Я подчиняюсь, раздвигая губы, пока Дикий кормит меня хлебом. Теплый, соленый вкус наполняет рот, и я медленно жую. Звук собственных глотков эхом отдается в моих ушах.

Я чувствую себя в ловушке, бабочкой, приколотой к доске, но также остро осознаю трепетание в своем животе, и это не совсем страх. Смотрю на него, ищу в его глазах любой знак того, что должно произойти. Но все, что вижу, это глубокий, непреклонный голод.