Дикий отбор для пышки

1.1

Последнее, что я помню – это пончик, который встал мне поперёк горла.

Не самый удачный пончик, если честно. Но именно им я решила себя наградить за первый закончившийся рабочий день. Купила по пути домой, в новой недавно открывшейся пекарне на углу улицы. И вот…

Он меня и погубил.

Ни вздохнуть, ни выдохнуть.

Глупо, правда? Двадцать пять лет, кулинарный техникум за плечами, блог на сто тысяч подписчиков, и…

Такой бесславный финал – кафель, стремительно приближающийся к моему лицу.

В глазах потемнело.

А потом тишина…

Я была уверена, что после такого позорного ухода меня ждёт либо вообще ничего, либо, в лучшем случае, тоннель, белый свет и укоризненный взгляд бабушки, которая всегда говорила, что я слишком тороплюсь, когда ем. И вообще, слишком много ем.

Не угадала.

Меня ждал лес…

Я открыла глаза и поняла, что лежу щекой на чём-то холодном и мокром. Не на кафеле кухни, не на больничной койке – на мху. Самом настоящем, живом, продавливающемся под пальцами мхе. Надо мной чёрной стеной смыкались кроны деревьев, таких высоких, что верхушек я не видела вовсе, только редкие звёзды между ними. Воздух стоял густой, тёплый и влажный. Пахло какими-то цветами до приторности, прелой листвой.

Где-то наверху перекрикивались птицы. Только не вороны, что любят орать под окном по утрам. Что-то горловое, тягучее, чему в приличном подмосковном лесу делать совершенно нечего.

— Так, — сказала я вслух, и собственный голос показался мне тонким и чужим. — Так-так-так. Спокойно, Вася. Дыши.

Дышать, кстати, выходило. Уже неплохо.

Я села и осмотрела себя. На мне была моя пижама. Розовая, с пончиками.

— Это сон, — сообщила я лесу с напускной уверенностью. — Очень реалистичный и очень дурацкий сон. Сейчас я себя ущипну и очнусь на полу кухни.

Ущипнула.

Больно.

Не проснулась.

Ну прекрасно. Просто прекрасно.

Я поднялась медленно, сначала на четвереньки, потом в полный рост, упираясь ладонями в холодную землю. Под правую руку подвернулось что-то мягкое, склизкое, и оно с тихим хлюпаньем лопнуло под моими пальцами. Гриб. Огромный, бледный, размером с тарелку, я раздавила его всмятку, и по коже растеклась холодная слизь.

— Фу-у. Очаровательно, — я брезгливо вытерла ладонь о пижаму, всё равно её уже было не спасти: мокрая насквозь, в зелёных разводах, облепленная листьями и грязью.

Ступни быстро онемели от холода, а вокруг, насколько хватало глаз, тянулась сплошная чёрная чащоба, в которой что-то шуршало, цокало, попискивало и переговаривалось на тысячу незнакомых голосов.



Отредактировано: 17.06.2026





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять