Дикое пламя

Глава 13

Ингвард вернулся в замок, когда солнце уже стояло в зените, бросая короткие тени на заснеженные склоны. Раньше он никогда не позволял себе так надолго задерживаться в драконьем облике - это было опасно. Там, высоко в небе, среди ледяных ветров и бескрайних просторов, слишком легко было забыть о человеческом облике, о долге, о проклятии. Слишком заманчиво расправить крылья навсегда, став лишь тенью, скользящей по зеркальной поверхности фьордов.

С мощным взмахом крыльев дракон опустился на заснеженную площадку перед восточной башней. Его белоснежная чешуя переливалась в солнечных лучах, словно сотни алмазов, рассыпанных по мощному телу. Стражники у ворот, заслышав свист крыльев, мгновенно вытянулись в струнку, их доспехи звякнули в унисон. Они знали, что никто не смеет поднять взгляд на повелителя, когда он возвращается в таком облике.

На этот раз трансформация прошла почти незаметно - вместо привычного огненного вихря лишь легкая серебристая дымка окутала огромное тело. Сквозь нее проступали очертания, меняясь, уменьшаясь, пока на площадке не остался высокий мужчина в простой кожаной одежде, с плеч которого еще струились остатки магического тумана.

— Посольство уже прибыло? - голос Ингварда прозвучал хрипловато, будто в нем еще оставалось что-то от драконьего рыка.

Его глаза, холодные как лед фьордов, изучали стражников, заставляя их непроизвольно напрягаться.

— Да, мой государь, - поспешно ответил старший из воинов, делая шаг вперед.

— Как давно?

— Около получаса назад, мой государь.

Ингвард слегка нахмурился, его пальцы непроизвольно сжались, будто вспоминая когти.

— Кто? - спросил он резко, и в этом одном слове чувствовалось нетерпение.

Стражник растерялся:

— Что вы имеете в виду, мой государь?

— Кто встречал посольство? - уточнил Ингвард, и в его голосе появились металлические нотки.

— Ярл Эгиль, - поспешно ответил воин, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

Конунг кивнул, будто подтверждая не столько слова стражника, сколько собственные мысли. Без лишних слов он направился к тяжелым дубовым дверям, его шаги были бесшумны, как у хищника. Стражники переглянулись, когда повелитель возвращался в таком настроении, в замке лучше было держаться подальше от его пути.

Ингвард шагал по длинному коридору, где свет факелов дрожал на стенах, словно испуганный его появлением. Каменные плиты под ногами, веками отполированные шагами поколений, теперь будто холодели от каждого его шага. В воздухе витал запах дыма и воска, смешанный с едва уловимым ароматом северных трав — мяты и чабреца, рассыпанных по полу для свежести. После его замечания Каиса расстаралась, заставив прислугу работать без перерыва.

Из открытой двери кухни донесся смех служанок, но, увидев проходящего конунга, они мгновенно замолчали. Только одна, самая юная, осмелилась бросить украдкой взгляд, и тут же опустила глаза, пораженная ледяной синевой его взгляда.

Где-то в глубине замка раздались торопливые шаги — кто-то явно спешил навстречу. Ингвард замедлил ход, не поворачивая головы, но каждый мускул его тела напрягся, готовый в любой момент превратить эту расслабленную позу в смертоносный выпад.

— Государь! — из-за поворота появился запыхавшийся ярл Эгиль, его борода, обычно такая ухоженная, сейчас была всклокоченная, а на лбу блестели капли пота. — Вы вернулись... я не знал...

— Очевидно, — сухо прервал его Ингвард, продолжая идти, заставляя ярла семенить рядом. — Что сказали послы?

Эгиль нервно облизал губы:
— Они... они просят аудиенции. Настаивают. Говорят, что-то о пропавшей девушке...

Ингвард резко остановился, и ярл едва не налетел на него. Повернувшись, конунг взглянул на подчиненного так, что у того перехватило дыхание.

— Какая девушка? — его голос звучал тихо, но в этой тишине слышался далекий гул приближающейся бури.

Ярл побледнел:
— Они... они говорят о какой-то мисс О'Ши. Утверждают, что она пропала во время... — он глотнул воздуха, — во время выполнения задания у наших границ.

В коридоре повисла тишина, такая густая, что казалось, даже факелы перестали потрескивать. Где-то далеко завыл ветер в бойницах, словно предупреждая о чем-то.

— Интересно, — наконец произнес Ингвард, и в уголках его губ появилось что-то, отдаленно напоминающее улыбку, но куда более опасное. — Очень интересно. Приготовь зал для аудиенции. Через час.

Он развернулся и пошел прочь, оставив ярла стоять в растерянности посреди коридора. Тень конунга удлинялась на стенах, принимая на мгновение очертания чего-то огромного, крылатого... но, возможно, это была просто игра света от дрожащих факелов.

Ингвард шагал по восточной галерее, где сквозь витражные стекла лился призрачный синеватый свет. Его пальцы нервно постукивали по рукояти кинжала за поясом, издавая едва слышный металлический звон.

Внезапно он остановился у высокого окна-арки. Отсюда открывался вид на главные ворота, где уже выстроилась процессия чужеземных послов. Их яркие плащи — алые, золотые, изумрудные, резко контрастировали с белоснежным покровом замкового двора, словно капли крови на чистом пергаменте.

— Государь... — за его спиной раздался робкий голос. Маленькая служанка с дрожащими руками держала поднос с кубком вина и куском черного хлеба — традиционное подношение перед важными переговорами.

Ингвард машинально взял кубок, но вместо того, чтобы выпить, лишь провел пальцем по краю, наблюдая, как рубиновая жидкость колеблется, отражая блики света.

— Где она? — спросил он неожиданно.

Служанка испуганно заморгала:
— К...кто, государь?

— Не притворяйся глупее, чем есть, — его голос оставался ровным, но в глазах вспыхнул опасный огонь, что заставлял трепетать даже самых храбрых воинов. — Девушка. Гостья. Где она сейчас?

— В...в западном крыле, государь. В библиотеке, кажется... с тем жрецом...

Ингвард резко поставил кубок обратно на поднос, расплескав вино. Алые капли упали на каменный пол, напоминая свежие раны.