Дипломная работа по похищениям. Замуж за колдуна

5. Эти руки не для скуки

Я гостила в замке у Дариана вот уже сутки, но никого, кроме своего непосредственного похитителя так и не видела. Как объяснил сам Злодеюка, его матушка, она же хозяйка жилплощади, она же Повелительница лесов и топей, в данный момент находилась на подведомственной ей территории, решая какие-то безмерно важные вопросы, а слуг здесь не было в принципе, с их обязанностями вполне справлялись магические предметы и заклинания. Сначала я не поверила, ну вот не получалось у меня представить, как можно целый замок содержать без слуг. Но, стоило увидеть, как весело и задорно летают по замковым коридорам под классический ритм вальса швабры, тряпки и щетки, вопрос отпал сам собой.
Зато, сразу стало интересно, какая именно магия способна на создания таких кулинарных шедевров, как пробуемые мной сегодня. В нашем замке, к примеру, под кухонные помещения выделялось порядком пяти десятков комнат, сколько там трудилось человек, и представить сложно, но никогда еще за всю мою принцессочную жизнь мне не подавали таких изумительных блинчиков. А стоит только вспомнить нежнейшую рыбку, запеченную с сыром и шампиньонами, так риск захлебнуться собственной слюной сразу становится запредельным. 

И вот теперь, лежа на широкой кровати в выделенной мне комнате, я ворочалась и никак не могла уснуть, мучимая одним вопросом: что творится на этой магической кухни? 

Справедливости ради, замечу, что этого вопроса у меня и не возникло бы, не забудь Злодеюка покормить бедную принцессу, прежде чем отправить высыпаться перед тяжелым днем. Ну, вот как, скажите, пожалуйста, можно высыпаться и набираться сил на голодный желудок? Еще и десерт зажал, Гад темномагический. Эх, а какие на этой волшебной кухни, должно быть, получаются пироженки… Или мороженки? А может, сразу целый торт?
Перед глазами всплывали, сменяя друг друга, всевозможные сладости: яркие радужные леденцы, нежные и воздушные эклеры, пончики в глазури, посыпанные тертым шоколадом и орешками, шарики мороженого разных вкусов с кусочками свежих фруктов, хрустящее печенье, зефир, кексы, разноцветный мармелад…

Очарованная этими дивными образами я сползла с кровати, отворила дверь и, ведомая самыми прекрасными на свете ароматами, смело шагнула в полумрак коридора, разбавляемого тусклым светом маленьких, зависших прямо в воздухе по всему периметру, мерцающих шариков. 

Примерный маршрут в «святая святых» я знала только со слов Злодеюки, поэтому шла чисто интуитивно, понадеявшись на везение. 

Таааак… здесь направо, тут тоже направо, теперь, для разнообразия пару раз повернем налево, на перекрестке пойдем прямо и… в смысле, тупик? Хорошо, попробуем наоборот: снова прямо, два раза налево и столько же  направо и… опять тупик? Ладно, вернемся в начало пути: налево, налево, направо, направо… или все-таки налево? Точно, прямо, а потом налево и дважды направо… тупик. 

Чем дольше я блуждала по коридорам, каждый из которых был точной копией предыдущего, тем меньше и меньше мне это нравилось. Сладости уже не казались достойной платой за мои затянувшиеся блуждания, теперь хотелось чего-нибудь посущественней. Например, заточить копченный бараний окорок, пока Злодеюка спит и точно не может лишиться рассудка, от того, насколько же«неправильная» ему попалась принцесса. 

Поняв, что мои попытки выбраться из лабиринта замковых коридоров, в который сама же себя и загнала, тщетны, я раздосадовано шлепнула ладонью по лбу. И без того тусклый свет маленьких сфер моментально погас. Все пространство, окружающее меня, погрузилось в абсолютную, непроглядную темноту. Я напряглась. Не то чтобы очень, но вполне ощутимо. По крайней мере, к каждому постороннему шороху или даже намеку на оный, стала прислушиваться тщательней. Совсем рядом, справа от меня кто-то протяжно и странно запищал, почти в эту же секунду моей щеки коснулись мимолетной щекоткой. Я вздрогнула, с силой приложившись рукой по щеке. Свет вернулся, став ярче, чем прежде. На ладони покоился с миром жестоко убиенный комар.
  
Осененная догадкой, я снова хлопнула, на этот раз, правда, не по лицу, а всего лишь ладонью о ладонь. Свет стал тусклее. Хлопнула еще, пропал вовсе. От очередного хлопка загорелся на максимальном уровне яркости. С освещением разобрались, уже неплохо. Не особо понимая, что делать дальше, прислонилась спиной к одной из стен коридора, вопреки ожиданиям та оказалась теплой. 

- Надо было сначала найти ту самую гостиную, а уже оттуда… - договорить я не успела, картинка перед глазами начала двоиться и расплываться, а теплая стеночка, на которую я опиралась, просто взяла и пропала. 

- Ой – взвизгнула скорее по привычке, поскольку слишком часто за последние сутки куда-то падала.

Падение получилось мягким, моя принцессочная пятая точка восседала на том самом пушистом белом коврике, с которым я почти сроднилась.  

Толком не понимая, как из мрачных коридоров моментально попала сюда, я встала, огляделась и неуверенно произнесла в пустоту:

- А можно лучше на кухню?     

Ответом была насмешливая тишина. В сложившейся ситуации больше всего радовало то, что путь отсюда до своих временных покоев я помнила неплохо и вполне могла сейчас развернуться и спокойно отправиться спать до самого утра. Могла, но не стала.

Вместо этого, пользуясь тем, что нахожусь одна, решила осмотреться и себя любимую заодно еще раз осмотреть, то есть, подошла к зеркалу. Этот предмет интерьера на далее, чем сегодня днем, во всех красках наблюдал за нашими со Злодеюкой спорами и пререканиями, по поводу выбора платья. Мне даже казалось, что у зеркала есть чувство юмора и оно, периодически, издает еле различимое «хи-хи».

Полюбовавшись немного своим неземным ликом, переключилась на разглядывание старинной позолоченной рамы. Осторожно, кончиками пальцев провела по резным вензелечкам, в нерешительности подбираясь к замеченным ранее непонятным символам. Сама не знаю почему, но они буквально манили дотронуться, заклинали к себе прикоснуться.

Вот не зря матушка во времена моего детства, стоило мне засунуть пальцы куда-нибудь, откуда их потом просто так было не достать, повторяла: «Эти руки не для скуки». Стоило только осуществить задуманное, как зеркальная гладь подернулась и вместо своего отражения и интерьера комнаты, в которой нахожусь, я увидела Его.

Невероятной красоты замок буквально ослеплял своей белизной. Он был настолько необычным, одновременно простым и помпезным, завораживал своей легкостью и воздушностью, в то же время, восхищая неприступностью. Острые шпили тонких изящных башенок уверенно стремились в небеса, вспарывая собой возникающие на пути преграды в виде тучек. Но странным было не это. Все это сооружение было словно окружено белоснежными перистыми облаками от самого своего основания и, словно бы парило в небе. Не сводя с небесного замка завороженного взгляда, я убрала руку с рун на зеркальной раме и потянулась потрогать одно из этих облачков, словно надеясь вживую ощутить его мягкость. Как только пальцы исчезли с символа, изображение тут же пропало.

Не согласная с таким положением дел, я снова коснулась оправы но, вместо желаемого прекрасного видения, мне предстала большая темно-бурая лужа, разглядывать которую особо не хотелось. Я потыкала на непонятные значки в разных местах зеркальной рамы, даже подергала один странно шевелящийся листочек из состава композиции, но изображение оставалось прежним.

Разочаровавшись, уже хотела отправиться спать, как боковым зрением заметила какое-то шевеление.  Резко развернувшись на месте, я запнулась о собственную ногу и полетела спиной прямиком на массивное зеркало. Зажмурилась, в ожидании удара, и потому-то не сразу сообразила, что мгновения полета непозволительно затянулись.