Директор космической библиотеки

5

Хорошо, что большую часть полета я проспала, иначе чувство стыда и вины потащило бы на поиски мужчины. Тогда бы я натворила ещё больших глупостей. Теперь же, отдохнувшая и со свежими мыслями, я поняла, что существует только один выход из ситуации — извиниться, и надеяться, что Иван Рихтер всё поймет и простит.

В коридоре высадки я его не нашла. Немного постояла у дверей на космостанции, но поток пассажиров иссяк, а он так и не появился. Либо летел дальше, либо вышел раньше.

Я прошла в отсек дезинфекции, прошла процедуру, сдала летный комбинезон. Переоделась в белую шифоновую блузку, с изящным бантом из ленты на горле. Юбку карандаш темно-синего цвета, туфли на удобном каблуке. Собрала волосы наверх и закрепила заколками. Оглядела себя в зеркале отсека. Вполне приличный наряд для собеседования.

По узкому и извилистому коридору, обшитому постерами с различными книгами, фильмами и сериалами, я пришла к центральной стойке. Сделана она была в форме стопки книг, с разноцветными корешками. На каждом из них красовались стрелки с названием выхода. На стульчике без спинки сидел скучающий яхмос, на бейдже красовалось лаконичное имя — Ян.

— Добро пожаловать на станцию «Сенция», сегодня нет вылетов и стыковок, поэтому вам предстоит посетить для ночлега планету.

— Я в библиотеку, — сказала ему и мило улыбнулась. Он никак не отреагировал. Только протянул мне электронный буклет на красном планшете.

— Заполните форму для открытия абонемента. Разрешенные секции выделены зелёным.

— У меня собеседование, — ответила я, но буклет взяла, приложила к коммуникатору, и Зоя скачала его к себе в память, на досуге посмотрю, чем привлекают читателей.

Ян тяжело вздохнул, немного наклонился и застучал по клавишам компьютера, спрятанного где-то под выступом стойки.

— Третий выход, синяя стрелка, — указал он пальцем вниз на корешки. — Транспортник вас ждёт.

— Спасибо, — отдала ему планшет, и поспешила в указанном направлении. Раз собеседование состоится и меня пустили на планету, значит, директор библиотеки уже на месте. У него был отдельный выход? Или он просто вышел самый первый, чтобы не привлекать внимание выходящих? Раздумывать смысла не было, лучше разберусь на месте.

В транспортнике из двадцати пассажирских мест, свободно было только одно. Прекрасно, все остальные ждали только меня. Я виновато всем улыбнулась, села и пристегнула ремни.

Пилот сообщил о старте и наши кресла как по команде пришли в лежачее положение и сверху появилось силовое поле. Оно снижало перегрузку при входе в атмосферу.

Несколько томительных минут неприятной тряски, непродолжительное головокружение, и я расслышала голос второго пилота, что мы в заданной точке и до приземления осталось пять минут. Начался обратный отсчет. По ощущениям для меня, снижение было как падающий камень с большой высоты. Я ни на что не могу повлиять. Организм в панике пытается подать сигналы телу за что-то схватиться или сгруппироваться, но ремни и силовое поле не позволяют. Когда содержимое желудка опасно подошло к критическому уровню, чтобы выплеснуться наружу, пилот резко затормозил. Я подвисла в нескольких миллиметрах над креслом. Сквозь вату в голове услышала приглушенный звук «бум», и тут же резко меня вдавило обратно. И это ещё один пункт, из-за которого у нас мало любителей покидать планету. Если взлет проходит терпимо, то вот приземление может вывести из строя на пару часов.

Для спасателей используют другие челноки, почти полностью способные снизить перегрузки на организм. И теперь, когда еле встала с пассажирского сидения транспортника, я очень им завидовала. Вышла на территорию космопорта, отошла на разрешенное для ожидания расстояние, вытянула руку и прижалась к переборке, выравнивая дыхание. Зоя тревожно запиликала, оповещая меня о необходимости взять гаджет в руки.

Я смахнула экран блокировки. Входящий звонок от отца. Я закусила губу, соображая, что сделать. Ответить или нет? Лучше уж после собеседования, и отклонила вызов, с сообщением «потом перезвоню».

Зашла в общественную туалетную комнату. Посмотрела на себя в зеркало — бледная, красные белки глаз. Всё же неаккуратно приземлился пилот. Я включила кран и помыла руки, пытаясь так себя освежить. Брызгать в лицо не стала, одноразовых полотенец не было, а я с собой их не взяла.

Несколько минут плутаний по космопорту, и я нашла нужный выход, где меня ждал автобус и пассажиры в нём. Опять я последняя. Ничего не поделать, мысленно проговорила я, сегодня вам не повезло с таким попутчиком, как я.

Примерно через два с половиной часа, именно столько шел фильм-новинка про супергероев в космосе, нас высадили около высокого здания.

Я оглядела центральный корпус библиотеки. Золотые трубы диаметром больше трех метров, разной высотой, с круглыми окнами. Здание очень напоминало связку из флейт, поставленных на землю концом вниз, а отверстием для вдувания воздуха вверх.

Мы вошли внутрь — по стенам голограммы с видами на библиотеки разных времён. На полу при каждом шаге появлялись надписи, вероятно, известные цитаты, не знаю. Книги я не читала. Возможно, какие-то сказки из детства вспомню, на этом мои познания в литературе заканчиваются. Главное, об этом не проболтаться на собеседовании.

За справочной стойкой сидели трое кумдаров в изящных болотного цвета накидках, с глубокими капюшонами, и почти невесомыми масками на лицах. Хоть и одежда была красивой, но она скрывала их полностью, только золотистые глаза и видно было.