Дисгардиум. Угроза А-класса

Глава 17. Ганкеры и «дементоры»

Мириады звезд освещали пустырь за городской стеной. Нелегальные торговцы ушли, и никого, кто мог бы прийти на помощь, я не заметил.

Если Утес думал, что мое согласие отдать редкий Пояс из искаженной чешуи автоматически значило, что я погибну от его рук без сопротивления, то он заблуждался. Более того, теперь полностью пропал смысл вообще что-либо ему отдавать.

Не захотел по-хорошему, будем по-плохому. Все эти мысли пронеслись в одно мгновение, пока я тянулся взглядом к активации Жуткого воя. Одновременно я сместился в сторону Висты, уклоняясь от рассекающего воздух меча Утеса. Волчий вой огласил окрестности от городских стен до опушки леса, но был он, мягко говоря, невнушающим.

Утес вздрогнул, у Рашидоса недоуменно отвисла челюсть, и только на Висту навык подействовал как надо. Девчонка завизжала и в панике рванула с места, открывая мне путь. Я дал деру…

…но не учел, что противник — воин. Он сделал Рывок мне наперерез. Мощное тело в доспехах врезалось в меня, откидывая на несколько метров и снимая четверть жизни. Кувырком я откатился в сторону и вскочил на ноги. На меня уже летел, замахнувшись палицей, Рашидос. Но за миг до удара я успел покрыться Каменной кожей и выставить руку, защищаясь. Другой — нанес удар Кулаком-молотом.

Вы нанесли урон игроку Рашидосу (Олег Дмитрик): 61.

Навык проигнорировал часть его показателя брони, в кольчуге парня появилась вмятина, а сам он пошатнулся. К сожалению, отнялось у него меньше 10% — мне стоило срочно начать наращивать силу. Я воспользовался заминкой и рванул по дуге к городским воротам.

Полусекундный всхлип разрезаемого воздуха стал предвестником нового Рывка. Еще минус четверть жизни — и я снова валяюсь на земле. Вопли Висты отдалились, но пара других ганкеров оказалась рядом, стоило мне подняться на ноги. Один сзади, другой прямо передо мной.

— Ты достал! Стой ровно! — приказал воин, готовясь к атаке. — Я тебя штрафую…

— Ты его не тронешь, — к нам приблизился Краулер. Его эпический красный плащ красиво развевался, хотя было безветренно. — Он с нами.

Мы все трое — я, Утес и Рашидос — удивленно повернули головы к Эду. За ним стояли остальные «дементоры»: Ханг скалился, Малик демонстративно ушел в незаметность, Тисса хмурилась и грела в руке световой пучок Длани Нергала.

— Какого хрена, Краулер? С каких пор ты стал принимать в «Дементоры» нубов?

— С тех самых, как мы выкинули из клана всех придурков, придурок, — сказала Тисса.

— Что-то по нему не видно, что он «дементор», — недоверчиво хмыкнул Утес. — Вы что, даже приодеть его не могли? И значка клана нет…

— Значка клана нет, потому что он скрыл вывод этой информации, дебил! — скалясь, сказал Ханг. — Возомнил себя большим и сильным? Как насчет дуэли? Воин на воина, все справедливо!

В ответ на мой недоуменный взгляд Тисса что-то шикнула. Я еле заметно кивнул — разберемся потом. В десятке шагов замерла Виста. Она чего-то стеснялась и не подходила. «Исчезни!» — одними губами бросила ей жрица Нергала, и девчонки и след простыл. Она вообще вышла из Диса.

— Нашел дурака, — проворчал Утес. — Ты на три уровня выше, у тебя уже Сокрушение есть стопудово. И экипировка лучше!

— Бездна, что за идиот? — воскликнула Тисса. — А то, что Алекс — 4-го и вообще голый, тебя не смущало?

— А что такого? — не понял ганкер. — Он же нуб и жертва, таких надо доить. Вернее, был… — поправился он. — Но он по-любому торчит мне синьку! Этот уговор был еще до того, как вы его взяли!

— Что еще за синька? — насторожился Инфект, чей голос раздался из-за плеча Рашидоса, хотя сам он скрывался в незаметности. — С чего бы он просто так решил отдать ее тебе, если у самого даже хлама нет и рассекает он по Дису строго в труселях?

— Скиф? — поднял бровь Краулер.

— У меня был выбор: не высовывать носа из города, сдохнуть или отдать редкую шмотку. Я ее получил в подвале храма с Проклятого лича. Мне ее пока рано носить, хотел приберечь до срока, но этот вот, — я кивнул в сторону Утеса, — заметил и пристал, требуя продать. Я отказал, и тогда они грохнули меня в лесу, пока я там кулинарку прокачивал. Ну и сейчас вот встретили, пришлось уступить.

— Это от них ты убегал? Когда в реку упал? — Эд чуть не поймал меня на нестыковке.

— Нет, от других.

— Все понятно. Тогда так: все предметы качеством выше необычного переходят в собственность клана, — объявил Краулер ганкерам. — Судьбу шмотки мы решим сами. Свободны, дегенераты!

— Не понял? — Утес сделал шаг вперед, но к нему подступил Бомбовоз, на голову выше и мощнее.

— Вопросы? — Ханг сплюнул под ноги Тобиаса, стукнул латным кулаком в ладонь, а потом лбом в лоб. Раздался глухой лязг металла. Утес отступил, и Бомбовоз пожал плечами: — Нет вопросов.

— Это не по понятиям, пацаны, — сказал Рашидос. — Так не делается! У вас будут большие…

Его перебил лязг взрезающих кольчугу кинжалов, он задергался. Изо рта ганкера высунулось кривое лезвие клинка разбойника, а из тени проявилась рука с другим кинжалом и провела под подбородком. Напарник Утеса рухнул и отправился на перерождение. Инфект спрятал оружие, посмотрел на Краулера, кивнул и заграбастал весь лут.

— Да что за беспредел? — заныл Утес и нервно заозирался. — Шмотки хотя бы верните! Я все понял, претензий нет! Ни к Скифу, ни к вам, ни по синьке.

— Хорошо, — легко согласился Эд. — Хоть раз косо в его сторону посмотришь — ты или твои друзья-неудачники — всех внесем в КОС-лист[1]. Ты знаешь, нас поддержит половина кланов песочницы — таких шакалов надо сливать до нуля. Хочешь этого?

— Нет, — еле слышно прошептал Утес.

— Все, свали с глаз. Тисса, пульни в него Дланью, если через пять секунд он еще будет в радиусе действия абилки…

Шумно топая, воин побежал в город. У ворот его встретил и что-то сказал стражник. Утес спрятал меч — видимо, у него тоже плохая репутация с Тристадом.