Диск Белонце - Книга вторая - Орёл парит над бездной

Глава девятая

Лондон встретил Памелу промозглым туманом, хмурыми лицами на улицах и напряжением, царившим в воздухе. Тяжёлое предчувствие не обмануло шпионку: когда она передала золотую табличку специалисту в Ми-6, тот сразу признал в ней фальшивку. Ещё бы, ведь копию сделали работники агентства в Каире.

Чувство стыда поочередно сменялось гневом и жаждой мщения. Памелу не просто облапошили, а провели как маленькую девочку, у которой стащили конфету из-под носа. Она знала, чья это работа, но не могла понять, как ему это удалось! Клаус Хоффман и на километр к ней не приближался…

«Мальчишка! – возникла мысль в голосе девушки. – Тот оборванец, что выпрашивал шиллинг. Я отвлеклась от вещей, и немец подменил артефакты!»

Предстояло держать ответ перед начальством. Но всё оказалось гораздо хуже банального нагоняя и отправки в отпуск за свой счёт. На следующий день её вызвал сам Уинстон Черчилль.

Конечно же, раньше она виделась с ним, но личная встреча пугала до чёртиков. Неужели её выгонят с работы?

Черчилль несколько лет был вне политики, по крайней мере так считали в Парламенте. На самом деле он активно готовился к предстоящей войне, благодаря своим связям добился влияния на английскую разведку. Он ненавидел коммунистов, но угроза со стороны Третьего Рейха внушала ему ужас. Не удивительно, что он интересовался безумием Гитлера и его способами добиться мирового господства.

Сама Памела не верила в инопланетян и древние цивилизации атлантов. С детства она увлекалась наукой, изучала физические законы природы, вместо того, чем должна заниматься истинная леди – заботиться о своём внешнем виде и успешным замужеством. Рационализм и пренебрежение суевериями помогало в жизни, когда неожиданно ей предложили место в Ми-6.

С другой стороны, если пришельцы и существовали, то подобные технологии могли изменить облик мира. Попав в руки Гитлера эти знания уничтожили бы свободные народы щелчком пальцев. Так что Памела понимала, чего боится Черчилль.

Встреча должна была состояться в одном из лондонских отелей. Черчилль не хотел пересекаться в собственном доме, опасаясь, что кто-то прознает про его связь с Ми-6. Журналисты либо его же оппоненты в Парламенте.

Поэтому, когда Памела пересекла порог гостиницы, внутри у неё скребли кошки. Всё это напоминало сюжет глупого рассказа про изменщика. Когда она прошла мимо стойки регистрации, показав менеджеру визитку Черчилля, тот мерзко ухмыльнулся. Похоже, в голове у мужчины возникла одна картина.

«Плевать, - подумала Честертон, взбираясь по лестнице, - пусть считает меня любовницей или шлюхой. Черчилль заткнёт глотку ему быстро, лишние слухи ни к чему!»

На третьем этаже она пересекла уютный коридор с мягким ковром на полу и множеством ламп на потолке. Возле номера 45 дежурил мрачного вида телохранитель, одетый как денди – строгий чёрный костюм с галстуком-бабочкой, а на голове котелок. Памела за пять секунд определила, где у него располагалась кобура с пистолетом, выпиравшая под пиджаком на груди.

-Я Памела Честертон, - проговорила она, протягивая мужчине визитную карточку. – Немного опоздала.

-Женщина, которая приходит вовремя – либо сумасшедшая, либо переодетый шпион, - хмыкнул телохранитель, осматривая Памелу с ног до головы пронизывающим взглядом.

Памела и не вздрогнула. Она не боялась мужчин, умела ими управлять, словно опытный водитель гоночным автомобилем, зная слабые места машины. Да и выглядела потрясающе – в коричневой юбке, элегантных сапожках, а дорогое кашемировое пальто с меховым воротником придавало ей шарма. Небольшая шляпка лишь оттеняла рыжие волосы и прелесть симпатичного личика.

-Мистер Черчилль ожидает вас, мэм, - с полупоклоном отвечал мужчина, постучавшись в дверь и открывая её для Памелы.

Номер отеля оказался роскошным люксом: громадная гостиная, с турецким ковром на полу, хрустальной лампой на потолке. Окна открывали вид на Темзу, где-то вдалеке виднелись башни Тауэра. Меблированная комната, в центре которой располагался стол. Памела сделала несколько шагов к двери, ведущей в спальню. Оттуда повеяло ароматом сигар, приторным, почти сладким. Она вспомнила как в детстве отец выкуривал по пять штук в день. Это в итоге и свело его в могилу…

-Мисс Честертон? – послышался громкий голос. – Подождите минутку, я заканчиваю. Осталась пара мазков…

Памела с любопытством просунула голову в дверной проём. Яркий свет лился из раскрытого окна. Она видела приземистую фигуру Черчилля, который был в одной рубашке. Мольберт с рисунком отражал какой-то натюрморт. Уинстон Черчилль баловался творчеством, вырисовывая кисточкой тропический фрукт.

-Что нравится? – хмыкнул Черчилль, кладя краски на тумбочку рядом. – Пытаюсь достичь вершин Ван Гога, но зачем себя обманывать?

-Ходили слухи, что вы рисуете, сэр, - сказала Честертон. – Но как-то не верилось, чтобы Первый лорд Адмиралтейства баловался красками.

Черчилль рассмеялся, в то время как новые клубы сизого дыма окутали его голову. Памела отступила назад в гостиную, ощущая себя неловко, словно подсмотрела чьи-то интимные секреты.

Спустя полминуты появился сам Уинстон Черчилль. Выглядел он лощённым, надев на рубашку дорогой пиджак. Низкое и полное тело выдавало в нём любителя удовольствий. Одутловатое лицо светилось торжеством, крупные глаза осматривали девушку пристально, будто пытаясь проникнуть в глубину души. Сигара торчала между зубов. Он не стеснялся курить в помещении, даже, если рядом присутствовала дама.

-Адольф Гитлер тоже хотел стать художником, - произнёс Черчилль, присаживаясь в кресло и знаком приглашая девушку присоединиться. – Надеюсь, это единственное общее между мной и этим психопатом.

-Есть ещё одна деталь, - улыбнулась Памела, занимая соседнее кресло и кладя ногу на ногу. – Люди восторгаются и слушают как Гитлера, так и вас, сэр. Но в отличие от нацистского вождя, вы не врёте англичанам.

-Хитра! – рассмеялся Черчилль. – Знаешь, как подмазать старика. Но проблема в том, что я уже прочёл отчёты о миссии в Каир. Тебя обвели вокруг пальца, Памела?