Диссертация ведьмы

Глава 4

Спустя три дня я уже проходила порталом из особняка Службы Содружества в закрытый Мир Преданий. Не особо дружелюбная девушка на входе забрала все мои командировочные документы (по выражению ее лица я поняла, что они бесславно сгинут в кургане макулатуры под каким-нибудь уродливым пресс-папье типа моей горгульи). Но меня это волновало мало. За моей спиной в заплечном мешке лежала подготовленная рукопись диссертации и запас еды на первое время. Ну, еще брошюра о Мире Преданий, которую мне сунули в руки практически у самого портала. Устные инструкции ограничились сухим «выдавать себя за местную, о Содружестве не упоминать, магию применять можно». Мою едкую реплику о том, что я тронута их заботой, пришлось говорить в пустоту – портал мигнул, и я обнаружила, что нахожусь в дупле огромного дерева в каком-то дремучем лесу.

В лесу???

Я выбралась из дупла и поняла, что дороги или хотя бы какой-то цивилизации рядом нет, куда идти я не знаю, а моя удобная одежда (свитер, хлопковые брюки, мягкая обувь) с тихим шипением растворились, меняясь на моих глазах. Теперь я щеголяла в льняной рубахе до пят, шерстяной запоне, перетянутой на талии поясом, на груди – бусы, на голове – расшитый бисером венец, на рукавах – браслеты-обручья, на ногах… О нет, это что? Онучи и лапти???

«Трансформация остаточной магии портала в простейшие маскирующие чары», - всплыла в моей голове ненужная академическая информация. Я могла бы разложить по потокам и формулам нюансы магического преобразования, но вот что делать с проблемой транспортировки до моего научного руководителя – понятия не имела.

Я попыталась шагнуть, но лапти заскользили по гладкой траве, и я брякнулась оземь, прямо на мой заплечный мешок. Внутри что-то жалобно звякнуло и хрустнуло. Я, не стесняясь, выругалась, потирая ушибленный локоть. Почему меня никто не предупредил, что в лаптях так неудобно ходить?

За моей спиной раздался топот копыт, и я обернулась, поправляя сбившийся набок венец. А мне повезло, оказывается, не совсем уж в глухом лесу меня выбросило порталом – сквозь просвет между деревьями я видела вдалеке движущийся силуэт.

- Эй, кто вы там есть! – заорала я, взвалив на плечи мешок и, проскальзывая, побежала к всаднику. – Подождите!

Топот становился ближе. С хрустом, спотыкаясь и чертыхаясь, я вывалилась из подлеска наперерез всаднику, прямо на утоптанную лесную дорогу. Передо мной верхом на мохноногой кобылке сидел здоровый детина с косой и топором. Завидев меня, он сотворил руками какой-то непонятный жест и мрачно спросил:

- Кто ты есть, дубравница-травница или лешачка злобная?

Хотелось съязвить, что я пострадавшая ведьма, но кто их знает, местных с их менталитетом? Вдруг возьмет да сожжет меня на костре на всякий случай?

- Да какая ж я лешачка, мил человек? – как можно задушевнее начала я. – Девушка я обычная, скромная, только в лесу потерялась немножко.

Подумала и добавила:

- Меня Эллин зовут.

- Елень? – переспросил детина, разглаживая усы и бороду. Кажется, я ему приглянулась, вон как подбоченился. – А я Демьян Голопузый, могучий богатырь! Неужто не слыхала? Да молва обо мне за сто верст идет, я в одну минуту три тысячи богатырей избить могу, а мелкой силы и сметы нет!

- А чем избиваешь? Косой? Или топором? – невинно уточнила я.

Демьян потряс над головой своей клячи здоровым, с мою голову, кулаком:

- А вот этими самыми руками!

- А почему Голопузый? – решила прояснить еще один неясный момент я.

- Так имя это, с рождения данное! Бедняк я. Сын крестьянский, до усов дома сидел, не пахал, не косил, сил набирался. Выкормили меня родители, богатыря, взял я коня верного, да косу с топором и пошел за славой воинской! Вот, на Змея Горыныча иду, сражаться с ним буду!

- Амбициозно, - согласилась я, про себя подумав, что в сельском хозяйстве от парня было бы больше проку, чем на ниве подвигов. Да и родители, наверное, вряд ли были в восторге от того, что вырастили детину, а он вместо помощи по хозяйству скачет по лесам с героическими намерениями. Еще и коня от кобылы отличить не может. – А я вот иду к Пучай-реке на Колун-гору, - назвала я адрес своего научного руководителя. – Только названия деревни не знаю, к сожалению.

Демьян Голопузый озадаченно почесал затылок:

- Так нет там никакой деревни, и отродясь не было. Только Змей на Колун-горе и живет, а кто к Змею под бок жить пойдет? Дураков нету.

Припомнив, что мой научный руководитель происходит из мира драконов, и тема его докторской диссертации «Исследование магии драконидов вне естественной среды ее существования (на примере Мира Преданий)», я сложила два и два и радостно закивала:

- Ну так к Змею Горынычу мне и нужно! Нам же по пути, да? Проводишь?

Демьян сильно задумался. Мне казалось, что извилины в его голове с непривычки жалобно поскрипывают:

- Так зачем тебе к Змею-то? Он девок ворует, а своей охотой к нему никто не ходит.

Девок ворует? Однако! Мой научный руководитель, пользуясь служебным положением, устроил себе гарем? И имею ли я этическое право возмущаться этим фактом?

Демьян испытующе смотрел на меня, и пришлось импровизировать.

- Так я дочка купеческая. Прилетел Змей в наш город, стал дань требовать человечьим голосом, раз в год девку красивую, - я подбоченилась, а что я, некрасивая что ли? Очень даже красивая, от себя в зеркале не шарахаюсь! – В тот год меня в путь и снарядили, вот, иду теперь сама к Змею, отцу-матери слово дала, что не сбегу, долг свой до конца выполню…