Диссертация ведьмы

Глава 11

Проводив Микентия, я вышла на крылечко, задумчиво озирая бочку вина. Эх, здоровая! В дом не затащишь, а возле дома стоит как-то уж слишком вызывающе. И тара явно неудобная, как из нее наливать-то?

Выручил вампир, который вполне себе быстро ожил после отбытия старосты. Сандер ловко взгромоздился на пенек, вскрыл крышку бочки и зачерпнул кружкой вина.

- Что-то твое вино брагой попахивает, - подозрительно принюхавшись, сообщил вампир.

Я обиделась.

- Не нравится – не пей, мне больше достанется!

Сандер что-то проворчал про начинающих алкоголиц, которые берут мзду низкосортным пойлом, но вино попробовал и, кажется, остался доволен.

- Ты, друг, не напивайся, - посоветовала ему я. – У нас еще вечером по плану диверсия!

Сандер не возражал, по-моему, ему вообще было без разницы, чем заниматься, лишь бы не работать.

Ближе к вечеру, прихватив необходимый инвентарь, мы отправились на берег озера. Ленты с кустов уже исчезли, и я удовлетворенно хмыкнула, оглядываясь по сторонам.

- Что мы ищем? – шепотом спросил Сандер.

- Подходящее дерево. О, а вот и оно!

Недалеко от воды стояла раскидистая зеленая ива, в ветви которой были причудливо вплетены все десять атласных лент.

- Это что – качели? – удивился Сандер.

- Ага, - согласилась я, оглядываясь по сторонам. Главное, чтобы русалки сейчас не заметили наших приготовлений.

- Видишь ли, - пояснила другу я, - русалки живут в воде, но лунными ночами превращаются в дев и выходят на берег, чтобы покачаться на деревьях. Русалки, сидящие на ветвях… Красиво же? Но просто так им качаться неудобно, вот они и плетут себе качели из лент и тканей… или из того, что еще сопрут у доверчивого населения.

Поняв, что русалки сейчас заняты чем-то другим, я дала команду другу, и мы подкрались к иве. Работали слаженно: Сандер раскидывал вокруг ивы сухое душистое сено, а я поверх сена щедро сыпала соли. Получился этакий соляной полукруг, не замкнутый со стороны озера.

Солнце как раз окончательно опустилось за горизонт, когда мы закончили приготовления и залегли в кусты у воды.

- Эл, а русалки красивые? – спросил меня друг.

- Очень. Русалками становятся утопленницы. И обычно в качестве русалок они намного красивее, чем при жизни. Правда, это только при лунном свете – потому они и выходят на берег лишь ночью.

Я замолчала, потому что камыши зашуршали, и на берегу появилась прекрасная девушка – с бледной кожей и роскошными длинными волосами ниже пояса. Одета она была в неподпоясанную белую рубаху, на голове – венок из цветов и трав.

Девушка прошла к иве и села на качели. Покачиваясь на ветвях, она стала расчесывать гребнем свои длинные волосы и что-то напевать нежным приятным голосом.

Отвлекшись на наблюдение, мы не сразу заметили, что на берег стали выходить и другие русалки. Всего их было восемь. Да, небольшая тут популяция, впрочем, и озеро не особо вместительное.

Я схватила кулек с остатками соли и на четвереньках поползла вдоль берега озера, замыкая соляной круг. Действовала очень тихо, чтобы не привлечь внимание.

Когда последние крупицы соли из кулька оказались на своем месте, я выпрямилась во весь рост и встала перед девушками:

- Эй, русалки! Кто будет первым извиняться?

Девушки, чей покой оказался так бесцеремонно нарушен, взвились как раненые звери. Зашипели, оголяя длинные острые зубы, прекрасные лица исказились в страшные морды. Они бросились на меня, но врезались в преграду из соли и с яростью отскочили обратно.

Я усмехнулась, зажигая в ладони магический огонь. Русалки искали малейшую щель в круге, чтобы выбраться наружу, но я не волновалась – соли я насыпала от души, не улизнут.

- Ну, так что, извиняться будем? – повторила я, когда мои противницы убедились, что попали в ловушку. – Нет? Жаль.

Магический огонек в моей руке загорелся ярче, а я задумчиво посмотрела на сухое сено, которое было в изобилии насыпано внутри соляного круга.

- Как думаете, - спросила я у русалок. – Сено хорошо горит? И выживают ли русалки в пожаре? Особенно, когда путь в озеро перекрыт?

Мавки зашипели еще сильнее, но я уже почувствовала их страх. Я прицелилась, намереваясь запустить огненного мотылька прямо под качели из лент, туда, где сена было накидано больше всего.

- Не нужно огня, - вдруг раздался уверенный спокойный голос. – Если ты хочешь, мы извинимся.

Девушка с венком на голове встала с качелей и подошла к соляной преграде. Она смотрела уверенно и прямо. Вот кто у них, оказывается, за главную.

- А я передумала, не хочу извинений, - покачала головой я.

- Чего же ты хочешь?

- Я хочу, чтобы ты назвала свое имя!

Русалки зашептались. Даже главная мавка на секунду изменилась в лице. Имя магического существа обладает огромной силой. Тот, кто его знает – имеет власть над носителем имени.

- У меня нет имени, - хрипло произнесла русалка.