Дитя четырёх кровей

Глава 6

Иннис собрала сумки ещё до рассвета.

Она достаточно хорошо знала родителей, чтобы не обманываться: вчерашняя вспышка не возымеет никакого эффекта. Отец ясно дал понять, что договор уже заключен, и её «не хочу выходить замуж» уж никак не является уважительной причиной для его расторжения. Но насильно под венец её не затащат, пусть и не мечтают! В конце концов, в Романдиторе хоть ещё и сохранилась традиция договорных браков, нерушима она лишь в случае, когда новобрачные слишком юны, чтобы перечить родителям.

Сумки с вещами она пока спрятала под кровать ― не зачем вызывать лишние вопросы и создавать поводы для ссор, их в последнее время и без поводов предостаточно! И когда дело было сделано, легла на кровать, и пролежала так несколько часов, периодически то засыпая, то просыпаясь.

Сквозь открытое окно она слышала, как к дому подъезжали экипажи с пациентами, их жалобы и всхлипы, а потом ― счастливый лепет и благодарности за подаренное время. В детстве это вызывало в ней бурный восторг, в подростковом возрасте ― ещё не угасшую надежду, что однажды подобное будут говорить и ей самой. Этим же утром Иннис впервые пожелала затворить окно! Она представляла доброжелательные лица своих родителей в тот самый момент, когда их благодарят, и это вызывало в ней неистовое раздражение!

Выходит, кому-то они дарят право на жизнь, и эти люди проживут её по своему усмотрению, а ей, значит, такое право не полагается?!

Когда послышался звук очередной подъехавшей кареты, Иннис страдальчески вздохнула и встала с кровати. Невыносимо больше слушать это, нужно срочно что-то делать! Она дёрнулась было к окну, чтобы закрыть его, но потом, секунду поколебавшись, двинулась к двери. Нужно проскользнуть незамеченной, пока родители принимают очередного пациента! Выйдя в коридор, она, бесшумно ступая по ковру, прижимаясь к стене, подошла к лестнице. Улучив момент, когда матушка, поприветствовав пожилую пару, провожала их в отцовский кабинет, девушка, перемахивая через две ступеньки, спустилась с лестницы. Дело оставалось за малым. Помолившись Владычице, она навалилась всем телом на дверь и, крепко удерживая её за ручку, приоткрыла совсем чуть-чуть и прошмыгнула наружу, после чего так же осторожно прикрыла её, дабы никто не услышал…

― Миэйра Иннис.

Девушка подскочила и едва не закричала! Развернувшись, она увидела перед собой совсем уж неожиданного гостя! Перед ней стоял её «жених»... но это сейчас не имело никакого значения!..

― Что Вы тут голосите, Вы меня выдадите, ― прошипела она, опасливо оглянувшись на дверь.

― Не слишком радушный приём.

― А чего Вы, спрашивается, ожидали?.. ― нет, здесь беседу вести нельзя, больно велик риск быть пойманной … ― Что Вы здесь делаете? Если Вы к моим родителям…

― Нет-нет, я пришёл поговорить с Вами. Но вижу, время неудачное…

― И место тоже. Так… идёмте отсюда! И пошевеливайтесь!

Иннис, не церемонясь, схватила несчастного гостя под локоть и потащила прочь со двора. И с каждым шагом дышать становилось всё легче, а с плеч словно осыпался тот груз дурных вестей, что свалился на неё вчера. И лишь один человек её ко дну. А точнее ― она сама его тянула…

― Позвольте спросить, как долго нам ещё идти? ― миролюбиво поинтересовался мужчина, впрочем, и не пытаясь вырваться. Иннис уже успокоилась и понимала, что ведёт себя некрасиво, однако останавливаться нельзя ― будет неловко, а ведь неизвестно, в каком ключе пойдёт разговор.

― Как только уйдём подальше и скроемся от любопытных взоров, миэйр, я сразу же Вас вызволю, ― притворно проворковала она.

― Тогда позвольте подсказать укромное местечко, где нам точно никто не помешает, разговор предстоит тяжёлый. Только сперва, ― мужчина ловко перехватил её руку и подцепил её своим локтём, ― так-то лучше. Теперь в глазах окружающих мы смотримся благопристойно и так, как полагается паре.

― Вы приняли слова моего отца слишком близко к сердцу.

― Как бы то ни было, незачем давать окружающим повод для пересудов, миэйра. Весть о нашей скорой помолвке разойдётся быстро, так пусть люди видят приличную пару, а не женщину, волоком тянущую жениха вдоль улицы.

В здравомыслии ему не откажешь.

Иннис подула на лицо. День выдался жарким, как, впрочем, как и всегда летом, что переносилось ею труднее, чем большинству жителей города ― единственный недостаток родства с дриадами. Извечная жажда, потливость, недостаток свежего воздуха ― всё это вынуждало девушку надевать чуть менее приличные наряды, чем было заведено в их королевстве. Впрочем, укороченная юбка была едва выше щиколоток, а блуза без рукавов из тончайшего материала прикрывала весь стыд, так что…. Насколько Иннис было известно, о ней не ходила слава блудницы, и на том спасибо. А недовольные везде отыщутся.

Они спускались вниз по улице, мимо торговых рядов. Зычные голоса продавцов зазывали покупателей, горожане толпились вокруг них, как копошащиеся насекомые, пространство наполняли ароматы специй, свежих фруктов, жареного мяса. Иннис очень некстати вспомнила, что не завтракала, и тут же ощутила приступ тошноты, вспомнив, почему. Причина этого сейчас шла рядом, рука об руку с ней, и выглядела, к недовольству Иннис, уж слишком свежо и расслабленно…

Внезапно они свернули в проулок ― такой узкий, что им пришлось, наконец, расцепить руки и пойти поодиночке. Тропа из разбитых камней уводила вниз, и девушке, шедшей позади, всё казалось, что они вот-вот сорвутся и покатятся кубарем. Здания остались позади, спуск стал ещё более крутым ― благо, хотя бы о короткую юбку не споткнётся! И тут, в просвете среди веток густо растущих деревьев, Иннис увидела реку, почувствовала запах свежей воды! Шедший впереди Фэллан спрыгнул с каменистого склона и подал ей руку, помогая безопасно спуститься, что, к своему недовольству, Иннис сделала не слишком изящно.