Дитя Мораны. Книга 1

Глава 3

Кот в бадье настороженно повел ушами, когда я двинулась на выход, замер и затих. Я с опаской толкнула дверь на крыльцо. Шмыга-домовой стоял на пороге и покачивался из стороны в сторону, периодически выглядывая из-за занавески. Я, признаться, уже ожидала увидеть кого угодно, вплоть до лично явившегося под наши очи Чернобога, но ждало меня совсем иное.

Передо мной оказалась маленькая девочка в простеньком сарафанчике до колен и больших, явно не по размеру лаптях. В ее огромных глазах, с красивой черной радужкой, стояли слезы, круглое неестественно бледное лицо сплошь шло красными пятнами. Девчушка нервно теребила тонкую, почти крысиную косу.

— Баб Яга дома? — тихим голоском спросила она, сильно стесняясь, тоненькое тело ее чуть подрагивало.

— Нет, она ушла… — не нашла, что сказать еще, босая я ступила на крыльцо к малышке и присела на корточки, чтоб поймать ее вечно блуждающий, явно напуганный взгляд.

— А когда будет?

— Через пару дней обещалась, — ответила я и неловко положила ладонь на плечо девочки, оно было совсем холодным. — Ты замерзла, наверное, заблудилась?

— Нет-нет, — тихо проговорила девочка, — я из Котловки, тут совсем близко.

Я посмотрела на уходящую вдаль единственную тропу. В прошлый раз она довела меня до озера русалок. Сейчас она клонилась в другую сторону. У Василия уже успела разузнать, что это волшебная тропа, хорошую нежить, добрую, она отведет туда, куда надо, даже если ты не знал, что надо. А вот с плохими намерениями только и будешь плутать вокруг, никогда близко к Избе не пустит. Так Леший колдует. Только вот я так и не поняла с какой такой битвы за Зеленодол это произошло…

— Я приду позже, — вновь начала плакать девочка и развернулась, намереваясь уходить. Я снова остановила ее, слишком уж у нее вид был трогательный.

Ничего не смогла с собой поделать, спросила:

— А что случилось? Может, я помочь смогу?

— Да? А вы ученица колдовки?

— Ну почти, — замялась я, как таковых уроков Яга мне еще не давала, не успела, а вот самостоятельно я ее труды уже начала изучать. — Случилось-то у тебя что?

— А меня Алей зовут, — невпопад ответила девочка и протянула холодную, мокрую ладонь, глядя на меня с живым интересом, правда исподлобья. — Батя запил, ничем охоту отбить не могем. Пойдемте со мной, я вас провожу.

Слезы мгновенно высохли в детских глазах. А я будто завороженная взяла малышку за протянутую руку и пошла следом. Как была, босая, в потрепанном сарафане. Внутри черепа билось что-то похожее на мой голос. Он повторял что-то, но слышно его было как из-под воды. Девочка вела меня по лесу. Над головой неспешно накатывались очередные сумерки.

Как вдруг раздался дикий мяв. За мной и девочкой по тропинке бежал мокрый еще Васька.

— Кудой ты пострекала за шишигой-то? — кричал он еще издалека, потрясая вилами в три раза больше него самого.

— Ш… шишигой? — я нашла в себе силы остановиться. Голос из глубины сознания, все это время тоже вопивший дурниной, прорвался и стал на разный лад поносить мою невнимательность. Это же прям очевидно не девочка. Глаза эти бездонные, руки холодные…

А я-то думала, что это нормально все, получается отводила мне глаза тварь... Что, кстати, за?..

Я обернулась. Сгорбленное существо, покрытое на вид лягушачьей кожей сплошь в коричневых уродливых пятнах, под мерзкое хихиканье терялось в густой еловой кроне. Шурша, образина взбиралась по стволу на ветку, ее искривленные под разными углами руки мелькали то тут, то там, а после вытянутая морда, поросшая грибовидными бородавками высунулась в просвете меж иголок, глядя на меня и догнавшего нас взымленного Ваську.

Кот в очередной раз потряс вилами. И начал меня распекать.

— Ты что, оголтелая? Это ж как надо было шишигу не признать? Она же воняет мертвечиной да болотиной за три версты! Ополоумела совсем?

— Я не принюхивалась, — честно призналась, растерянно оглядываясь. Опавшая желтая хвоя колола стопы, а торчащие тут и там корни устроили моим ногам сеанс акупунктурного массажа.

— По что других казнишь? — спросила с ветки шишига. — А сколько раз тебе надобно было, чтоб и ты меня признавать стал? А девочка сопротивлялась и без тебя бы догадалась обо всем.

— Когда? Уже в болоте по пояс? — смутился Василий, но гонору не убавил.

— Ну ты же из болота сам вылез, а ростом невелик. И она бы справилась, на что дочь чародея?

— Помню я твои шутки, мало от Ядвиги получала, паскуда?

— Что получала, то забыла уже, — игриво повела плечами шишига, закатывая жуткие, чуть выпученные глаза темно-зеленого цвета. — А тебе знать следует. Я бы с Дарьяной ничего не сделала, в конце концов она… — страхолюдина стала морщить вытянутую морду, свесила язык, и ловким его движением почесала одну из бородавок. Та взяла, да отпала нам под ноги, взрываясь маленьким коричневым облачком. Перед глазами сразу возникла аналогичная картина с грибами-дождевиками, только конкретно у этой биологической бомбы с тела твари было еще и действие массового поражение, она источала немыслимый смрад. Шишига, как ни в чем не бывало, подняла вверх ручку-веточку, но закончить не успела.

— Молчи! — крикнул на нее кот, зажимая чувствительный нос. — Не знаешь, что мелешь, оторва, попустись маленько, сколько можно проказничать? Портить всем вокруг существование.

— Это ты про тот случай, когда я тебя на ветке подвесила за хвост? Ну извините, ты так славно вопил, я не могла удержаться. Жаль, что Леший тебя не съел, пожалел, наверное, больно ты тощий.

— Да ты!.. — внезапно задохнулся от злости Василий.

По всему видно, что отношения у этой парочки были давние.

— Прекратите! — собралась наконец я, когда вонь чуть поутихла, разнесенная по сторонам свежим вечерним ветерком. Тут же перестала бестолково переводить взгляд то на кота под ногами, то на тварь на елке, чуть встряхнул головой. — Шишига – это кто?

Уточнила у кота, но ответила сама виновница сыр-бора.