Дитя трёх стихий. Щит Истинной любви.

Глава 8. Алекса

– Госпожа, – будит меня тихий голос Алиты.

Глаза не открываются. Я хочу спать. Отстаньте все от меня.

– Почему так рано, – бормочу, пытаясь разлепить тяжёлые веки, но в них словно песка насыпали.

– Так не рано уже, завтрак прошёл, – оправдывается Алита. – Ваш муж просил дать вам поспать подольше, сказал, что вы долго не могли уснуть с вечера.

Я не могла уснуть? О чём она говорит? Мысли путаются. Что вчера было? Ужин у Вихо, после которого муж отвёл меня домой.

Судя по тяжести в голове, я вообще сегодня не спала, ну разве на пять минут прилегла.

– Госпожа, – жалобно зовёт камеристка. – Марита уже приходила. Ваша сестра ждёт вас в саду. Если бы не госпожа Мира, я бы вас не потревожила.

Ханг побери. Мира ждёт. Я сажусь на постели, так и не открыв глаз. Мира… я обещала ей принести книгу… Как я могла забыть? Хотя при чём здесь я. Роу запер меня в спальне, я просто не могла сходить в библиотеку. Я лежала и думала о Шере, и вроде как он пришёл. То ли наяву, то ли во сне. В моей голове появляется смутный образ – Шер просачивается сквозь защитную завесу. Только видение почему-то двоится, а потом вообще расслаивается на башню и подземелье. Подземелье такое реальное. Могло ли оно мне присниться? Пальцы до сих пор помнят гладкий камень стен. Неужели всё было по-настоящему: обсидиановый лабиринт и дракон?

Да нет, слишком безумное ночное путешествие, чтобы быть реальным. Я бы не решилась. Да и разговор с драконом во сне происходит не первый раз, и это тоже подтверждает… подтверждает что?

Перед мысленным взором плотный мрак, в глубине которого, теперь я знаю точно, гнездо гурун-хара. Слова дракона о том, что мой сын – будущий повелитель этих жутких магических червей. Слишком много деталей, которые я не могла придумать вот так запросто. Встреча шамана Керуга и Стража Асвера. Сон? Откуда тогда тяжесть в ногах? И, кажется, я натёрла мозоль на правом мизинце. Асвер сказал: «У короля Хорнии две дочери». Осознание услышанного ночью заставило меня резко распахнуть глаза, но я тут же закрыла их, застонав от пронзившей голову боли.

– Что с вами, госпожа? – встревожилась Алита.

– Дай мне несколько минут, – пробормотала я.

Алита затихла в ожидании. А мне пришлось обратиться к своей воздушной стихии. Она откликнулась неохотно. Мне удалось направить поток в свою несчастную невыспавшуюся голову. Несколько дыхательных движений, и спазмы в висках начали растворяться. Через несколько минут у меня получилось осторожно открыть глаза. Боли уже не было, осталась только небольшая тяжесть в затылке.

– Может, вам не ходить никуда? – забеспокоилась Алита, сочувственно разглядывая меня. – Я сбегаю, скажу Марите, что вы приболели.

– Нет, я обещала Мире. Помоги мне быстрее собраться.

– Вам нужно позавтракать.

Есть совершенно не хотелось, но я кивнула, зная, что заботливая Алита не отвяжется:

– Принеси чего-нибудь, только немного.

– Всё уже здесь. Горячий отвар из ягод и ваш любимый сыр.

Это я, пожалуй, осилю.

– Хорошо, Алита, тогда помоги мне умыться и одеться, а пока я буду есть, сбегаешь к экономке. Пусть найдёт в библиотеке что-нибудь о путешествиях. Мне нужна пара книг для Миры. Лучше, если кто-нибудь отнесёт ей их сразу же и прямо в сад.

Мира ждала меня на том же месте. Она уже листала принесённые книги. Меня она не сразу заметила.

Я не спешила к ней подходить. Сестра улыбалась и выглядела почти счастливой. А я подумала, что человек способен привыкнуть почти к любым условиям. Да, у нее нет любви, но Вихо не обращает на неё внимание, то есть она предоставлена сама себе. А часто ли в браках бывает любовь? Большинство знатных семей, заключивших браки по расчету, живут без неё. Чего они лишены? Счастья? Их сердца не бьются чаще при виде любимого, но и не сжимаются от болезненной ревности. Мира едва ли будет переживать так, как я, когда начнутся летние рейды чампов по границам соседних государств. Ей нечего терять. Она родит сына и посвятит всю себя ему. И, возможно, её ждёт такое же спокойное, ровное счастье, как у Леры. Интересно, любила ли Лера отца Роу? Почему-то я ни разу об этом не спросила, а сама она не говорила. Счастлива ли Лера сейчас?

– Лис, спасибо, – Мира заметила меня и оторвалась от книги, заложив пальчик между страницами. – Если бы ты знала, как я соскучилась по чтению. Здесь такие однообразные дни. Ты ведь больше никуда не уедешь?

Я молча мотнула головой, боясь, что, если отвечу, голос дрогнет. А Мира продолжала, и взгляд её стал рассеянным:

– Книги и встречи с тобой, а скоро и с Алексой. Это будет почти как дома.

Я судорожно сглотнула, на мгновение представив жизнь без Роу, без его прикосновений, без ярких вспышек удовольствия, которое я получала каждую ночь. Смогла бы я быть счастлива, живя такой скудной жизнью? Нет, теперь уже нет. Но ведь Мира и не знает, чего лишена.

– А ты не могла бы поискать книги ещё и о стражах?

– Что? – не сразу поняла, что она снова обращается ко мне.

– О стражах. Нам никогда о них не рассказывали.

– Ну почему? У нас их просто называли по–другому. Помнишь, Алия говорила о воинах Асхара, охраняющих равновесие мира.

– Так это же легенды, а я о реальных людях. Кто они такие? Я не могу понять, что в них особенного, в них совсем нет магии, но не как в обычных людях. Её настолько нет, что они как будто переполнены пустотой.

– Ты тоже почувствовала?

– А как это можно не почувствовать? Когда мне представили Асвера, и он коснулся моей руки поцелуем, моя стихия рванулась к нему. Я ощутила вибрирующую затягивающую пустоту. Казалось, ещё немного, и моя магия сбежит к нему. Но, страха не было. Мне даже хотелось отдать часть своей силы. Удивительное ощущение.

Щёки Миры раскраснелись, дыхание участилось. Что-то не помню у себя такой реакции. Пустоту я тоже почувствовала, но вот чтобы отдать ему часть своей стихии… Шеру, пожалуйста, но там при первой встрече возникли, скорее, материнские чувства, хотелось покормить малыша. А Асвер ничего подобного не вызвал. В нём чувствовалась некая скрытая в пустоте силища.