Диверсия "Эрлика"

Глава четвертая

Глава четвертая. Тревожное утро или "Вот мы и дома".

   Небо над кратером светлело, темнота сменялась предрассветной мглой, и зеленое свечение кристалла блекло. Над озером стлался дымок от затухающих сторожевых костров, но никто из ночных дежурных не спешил домой отсыпаться.

Несмотря на ранний час, община гудела, как растревоженный улей. На нижней террасе толпились охотники, между ними сновали женщины, торопливо раздавая кружки с молоком и лепешки с копченой козлятиной.

Едва забрезжил рассвет, Матвеич тоже был на ногах. Да и о каком сне могла идти речь после случившегося.

 "Вот и поруководил, старый пень, — терзал себя седой ученый, оставленный Владимиром вместо себя, — что родителям скажешь? " Предположим, техники вместе с Марией застряли на МОНИК не по его вине, но пропажа Славки — целиком его промах.  Казалось бы, чего проще: после задержки техников в подводном комплексе и отказа конфедератов выходить на связь, установи наблюдение за пляжем, людям запрети без нужды покидать горный склон, особенно детям. Надо было не спускать с девчонки глаз, а не потакать её вылазкам на природу. И что, по надеялся на котов?

Вечером, за ужином, переполох подняла Зинаида, не найдя Славку ни у костров, ни в хижине, ни на берегу озера. Хватаясь за сердце, она вспомнила, что ещё в обед отпустила девочку собирать травы и с тех пор её никто не видел. Быстро поев, общинники при свете факелов обыскали все доступные уголки грота, громко зовя пропавшую. Увы, голоса людей потонули в эхе галерей без ответного отклика.

В рубахе мокрой от пота, осипшая от крика Иванцова потребовала немедленно открыть ворота, чтобы искать Славку на склоне. Пыхтя, как локомотив под парами, она грудью вперед пошла на таран охраны. Хорошо с микрошприцом подоспел Милош Новак - единственный из врачей – конфедератов, уцелевший на берегу, и вколол сзади ей в плечо дозу успокоительного. Ветеринар резко отмахнулась и едва не смела интеллигентного диетолога с карниза – хорошо он успел отскочить в сторону. Здесь силы оставили женщину, и Зинаида грузно осела на валун с выпученными глазами, забирая ртом воздух, как рыба. Но отконвоировать себя в хижину, она позволила только после того как, в нарушение всех правил, с десяток общинников с факелами покинули грот. Матвеич велел им дальше террас с огородами не ходить и строго запретил соваться в чернильный мрак ущелий и сумрачные дебри джунглей с ночными охотниками.

Увы, спасатели вернулись ни с чем, и поиски Славки отложили до рассвета.

   Утром для прочесывания местности мужчины собирались быстро, не тратя времени на лишние разговоры. Небольшая группа отправилась на берег в очередной раз связаться с МОНИК.

Грот оглушил людей, леденившими кровь, воплями Васьки, похоже готового без разбору разорвать на кусочки любого. Посланцы связываться с взбешенным котом не рискнули и вернулись за советом в пещеру. Вокруг них на нижней террасе тут же собрался народ.

   — Тьфу ты, только этого не хватало, — всплеснула руками Зина, протолкнувшись сквозь толпу женщин и детей, — уверены, что это Васька?

   — Да, мы как-то уточнять не стали. Слышала бы, как он вопит, - возмутились следопыты.

   — Один? – Не отставала Иванцова.

   — Вроде, по голосу — один.

   — Будь чужой, наш бы точно уже на разборку явился, — озаботилась ветеринар, поправив наспех повязанный платок, — вообще-то коты — не любители по пещерам отсиживаться, если только. ..

  Иванцова запнулась, выгнув бровь, и медленно обвела всех мрачным взглядом.

   — Васька недавно с котенком угощаться приходил. Не случилось бы с ним, что.

   — Думаешь, конфедераты? — уловил мысль Зины Матвеич, заражаясь её беспокойством в довесок к своей тревоге.

   — Они несколько раз мраморный молодняк заказывали, -  припомнили охотники, — злились, что мы не выполняем.

   — Местность вокруг подводного грота осмотрели? — жестко спросил у следопытов Матюшин.

   — У входа вроде ничего нет, — неуверенно оправдались мужчины.

   — А вверх по гряде? – Сердито насел Матвеич.

   — Не успели ещё, — повинились посланцы.

   Немедленно все поисковики отправились обратно к морю, чтобы обшарить прибрежную полосу.

  На берегу люди разделились: одна часть осталась обследовать пляж и устье реки, другая отправилась к мысу. На хорошо утоптанном клочке у входа береговой пещеры ничего толком обнаружить не удалось. Внимательно осмотрев каждый камень, каждую ветку, следопыты полезли наверх по склону.

- Смотрите! – Окликнул всех один из охотников, указывая на примятую траву, пробивавшуюся сквозь камни.

   — Линька котенка, — определил Пашка Скоров, присев над былинками, за которые зацепились клочки серо- черного пуха.

 — А это Васькины отметины, - провел он пальцами по царапинам взрослых кошачьих лап, глубоко пропахавшим землю, - кажется, здорово нервничал.

   Все переглянулись и помрачнели. Опасения Зины начинали подтверждаться.

   — Что ж он так за малышней не досмотрел? — Гневно упрекнули кота.

   — Главное, почему родитель сейчас в гроте? — Поправил Пашка, поднимаясь во весь рост.