Дизайн в серых тонах

Глава 6. Блеск сейчас, нищета в перспективе

Топот быстро утих, но ночной посетитель никуда не делся. По-прежнему слышалось его рычащее дыхание, угадывались очертания силуэта. Хотя какой там силуэт? Просто нагромождение неумело обтесанных камней. Однако Дориан прекрасно различал землистый цвет морды, слегка повислые уши с неровными, будто обстрелянными дробью, краями и торчащие из пасти клыки. Отличное зрение в темноте было единственной привилегией, доставшейся от предков, и оно же стало личным проклятьем, наградив в качестве платы за дар дальтонизмом. Впрочем, грезы о дизайне меньше всего волнуют, когда оказываешься лицом к лицу с троллем.

Тролль замер, понадеявшись, что эльф, как любой порядочный представитель рода, не ориентируется в полумраке и плохо видит в тусклом свете пары небольших ламп под потолком. Он хотел слиться с манекенами, но угловатая и бугристая фигура резко выделялась на фоне стройных изгибов дорогих вешалок. Огромная лапа медленно тянулась к плащам.

— Магазин не работает, приходите завтра, гражданин тролль, — чужим высоким голосом пискнул Дориан и вмиг смутился из-за не мужественного фальцета. На самом деле стыдиться тут нечего. Удивительно, что он вообще сумел выдавить из себя хоть какие-то слова. Тело била дрожь, а горло перехватило от страха. Он один в запертом бутике, без оружия, а напротив не заурядный воришка, а настоящее чудовище.

Тролль не ответил. Всё еще притворялся манекеном. Он хлопал маленькими блестящими глазами и на ощупь искал нужный предмет гардероба. Конечно, ни один плащ не соответствовал размерам огромного монстра, и, значит, он брал вещь не для себя. Точно не припозднившийся клиент, а грабитель.

Последняя мысль отмела всякие сомнения в том, что с троллем можно договориться. В душе колыхнулась волна протеста: долг поспорил с паникой и победил. Дориан не просто случайно запертый в магазине эльф. Он — охранник, страж порядка, борец с преступностью! Стоимость украденного вычтут из зарплаты! Представив жуткие последствия, Дориан прочистил горло.

— Лапы прочь от брендовых тряпок! — крикнул он твердым, как самому показалось, голосом. Хорошо, что директор не слышал его нелестного высказывания, а иначе уволил бы за неуважение к уникальным произведениям искусства. К счастью, если камеры наблюдения работали, то звук не воспроизводили.

Тролль утробно зарычал, насупился и зафыркал, как бык, готовый кинуться к тореадору и поднять маленького человека на рога. Если нападет, Дориану придется несладко из-за банальной разницы в весовой категории. Нужно оружие. Срочно. Он лихорадочно соображал и озирался, не забывая следить за троллем, чтобы не упустить момент атаки.

Похолодевшие пальцы коснулись рации на поясе. Нет, слишком мелкая и легкая коробочка — тролль не почувствует, даже если бить со всей силы. Манекен? Нет, тролль успеет пристукнуть Дориана, пока тот замахивается. Кассовый аппарат? Весомо, но удовольствие не из дешевых и, прямо сказать, неудобное — с какой стороны ухватиться, не ясно. Швабра?..

Взгляд упал на забытую уборщицей щетку на длинной деревянной палке, сиротливо прикорнувшую в углу. Легкая, позволит держать противника на расстоянии и изящная — идеально по всем параметрам. Дориан метнулся к швабре. Тролль сгреб в охапку все пальто и плащи и кинулся в противоположную сторону, к центральному выходу.

— Закрыто, тупоголовый! — со злорадством выкрикнул Дориан.

Он схватил швабру. Спасительное древко удобно легло в руки, вдоль тела прокатилось подобие уверенности и удовлетворения — он вооружен и... не то чтобы очень опасен, но и не беспомощен. Тролль развернулся и, прижимая украденные сокровища к могучей, каменной груди, угрожающе оскалил потемневшие от времени и отсутствия гигиены зубы. Наверняка он даже не владел человеческой речью, и доступны ему оставались лишь инстинкты. В рычании Дориану послышалась насмешка и пренебрежение: как жалкий тощенький эльф выйдет на смертный бой, вооружившись палкой?

— Я несу ответственность за вещи в «Лунном Шелке», — почти без дрожи в голосе произнес Дориан, стараясь придать тону торжественности, дабы запугать ночного грабителя. Он очертил круг концом швабры, словно рисуя пассы древнего заклинания. Если тролль невежественен и суеверен, то непременно испугается, а после, быть может, бросит плащи и убежит, проломив стены.

— Я несу справедливость, гармонию и равновесие, — грозно водя шваброй, продолжил Дориан.

«Что за чушь я несу?!» — в ужасе от самого себя подумал он, но, похоже, на глупого тролля речь произвела впечатление. Тот сжал плащи еще крепче, выпучил мелкие глазки, а кончики висячих ушей затряслись. Бежать, однако, сломя голову и стены он не планировал. Таращился на эльфа и комкал драгоценные ткани, как сминает благородная дама свой носовой платочек в порыве чувств. Тролль ждал. Он, как истинный ценитель прекрасного, мог пожертвовать собой ради дизайнерских нарядов, пасть жертвой великого колдовства.

Дориан понял, что не дождется бегства вора и придется идти на крайние меры. Он вздохнул, пряча отчаяние под хмурой маской. Прищурился, сосредоточился, по-прежнему не упуская из вида противника. Крошечный запас внутренней энергии слабо откликнулся в глубине сердца, в солнечном сплетении родилась щемящая боль и потекла по венам, сначала к ладоням, а затем по пальцам. Несколько долгих секунд ничего не происходило, и Дориан уже испугался, что выжжет магию понапрасну, заработав лишь головокружение, но тут вспомнил напутствие преподавателя по чарам.

Это было в начальной подготовительной школе для эльфов. Не все, вопреки природному потенциалу и родительским ожиданиям, умели призывать силу одинаково хорошо, и, чтобы дело двигалось успешнее, на специальных курсах маленьких детей учили помогать себе вербально, то есть активировать волшебство незамысловатыми фразами. Дориан, естественно, уроки прогуливал, но кое-что оттуда усвоил. Настала пора применить знания на практике.

Он очертил еще один круг шваброй перед собой, мысленно направляя энергию на тролля, и хриплым от волнения голосом пробормотал: