Длинные тени грехов прошлых жизней. Тайны прошлых жизней 1

Глава 11

Мы расположились на полу рядом, её правая рука была в моей руке, ей так будет легче. Проведя несколько дыхательных упражнений, пустились в путь. Очутились на краю поляны, окруженной лесом, а тропинка у наших ног вела к небольшому дому. Солнце клонилось к закату, тишину вечера нарушала только трель цикад.

Мы шли по тропинке, запоминая каждый свой шаг, ведь нам еще возвращаться по ней назад, домой. Запоминали, какие цветы попадались нам, Ира видела землянику. Так мы подошли к крыльцу с резными перилами и увитому диким виноградом. Войдя в дом, мы сразу попали в большую гостиную, кругом были цветы, много букетов цветов в керамических вазах, в камине горел огонь, а слева от него дверь, чуть приоткрытая. Мы вошли в ту комнату, она вся была освещена ярким светом. Хранитель подвел нас к столу, на котором лежала большая книга.

Ира, назвав свои данные и данные этого мужчины, задала банальные вопросы, а я не стал её поправлять, как говорится «и опыт, сын ошибок трудных…» – в каких отношениях в последнем воплощении мы были с этим человеком, и, если расстались, то по какой причине.

Марина (Ирина) – 1913 г.р. г. Варшава, скончалась 1958, г. Ницца.

Эсмеральда (Татьяна Вахрушева)– мать Марины, 1895 г.р., г. Вильно, Российская Империя, скончалась 1922 г. г. Чита.

Лемешевский Феликс (Алексей Коптев) – отец Марины, 1890 г.р. С.-Петербург, скончался 1950 г., г. Париж.

Отто Фридман банкир (Коптев Александр) – приемный отец Марины, 1888 г.р., г. Берлин, скончался 1949 г, г. Ницца.

Эсмеральду подростком приняли в семью графа Лемешевского, дальнего родственника её отца, барона Зенецкого, благородного и древнего семейства. Семья обеднела вследствие неудачных спекуляций главы семейства, затем окончательно разорилась. Барон застрелился, оставив жену и дочь с долгами. Мать Эсмеральды отчаянно пыталась сохранить имение, но переживания вызвали болезнь, приковавшую её к постели на несколько месяцев, а затем и её смерть. Эсмеральде было пятнадцать лет, когда родственники приняли девушку в свою семью.

Граф сразу потребовал от домочадцев обращаться с сиротой, как с членом семьи, и домашние графа Лемешевского: его жена Юлия и два сына, Феликс и Карл, снисходительно приняли сироту. Неуклюжая девочка, с угловатыми чертами лица, выросшая в глухой провинции близ города Вильно Российской империи, долго вела себя как дикарка, что вызвало некоторую натянутость в отношениях с принявшей её семьей. Несмотря на свою угрюмость и скрытность, Эсмеральда обладала добротой и гордостью.

Сам граф не обращал на неё внимания, графиня изображала снисходительную покровительственность. Это вызывало в Эсмеральде антипатию к графине, а младшего сына графа, Карла, она ненавидела. Тот постоянно её щипал, дразнил крестьянкою, уродиной с совиными глазами, и смотрел на девочку надменным взглядом своих черных глаз. К слову сказать, глаза у Эсмеральды были красивыми и совсем не похожи на совиные.

Худенькая девочка с глазами испуганной лани вызывала некоторую жалость у старшего сына, Феликса. Он дружелюбно разговаривал с Эсмеральдой, но тоже мало обращал на неё внимания, и тоже не отказывал себе в удовольствии дразнить и мучать её как маленькую собачонку. От злости девочка стискивала руки до белых костяшек, но странно терпела от Феликса его колкости и мучения, никогда не плакала, и по первому его знаку готова была броситься к нему, словно преданная собака. Особенно Эсмеральду смущало слышать комплименты от Феликса.

– У вас глаза лани, Эсмеральда. Ей-богу, вы недурны собой – говорил он, дергая её за косу и смеясь над смущением девушки.

– Вы всегда смеётесь надо мной. Я уродина, крестьянка, и ваш брат сегодня снова мне это сказал.

Феликс замолчал, да, он слышал, как брат безжалостно травил девчонку, и ему бывало жаль её.

– Тебя пора определить в пансион, ты приобретешь там порядочные манеры.

Эсмеральда пожала плечами, и убежала в свою комнату. Когда старый граф объявил ей о пансионе, она была только рада: – хотя бы редко буду бывать в этом доме и испытывать издевательства. Со следующей недели, девушка начала жить в пансионе, жизнь стала другой хоть и неспокойной. На занятиях обнаружились её недюжинные способности к музыке и пению, и учитель пения уговорил графа отдать девочку в консерваторию. Там Эсмеральду прослушал профессор и выразил большой восторг её редким голосом. Эсмеральда решила, что в будущем непременно поступит на сцену. Несмотря на сопротивление семейства, вскоре она уехала с семьей профессора в Италию, где провела два года. А Лемешевские уехали в Петербург, в свою большую квартиру на Морской.

Через два года Эсмеральда вернулась из Рима. Они сильно изменилась и стала настоящей красавицей с роскошными русыми волосами и матовым лицом. Её большие глаза , обрамленные густыми ресницами, излучали чарующий блеск, а движения были полны изящества и грации.

– Как давно мы не виделись – сказала она Карлу мягким голосом, протягивая ему свою маленькую ручку.

Карл пожимал эту изящную ручку, не спуская с Эсмеральды восхищенных глаз.

А она отвечала на многочисленные вопросы общества просто и непринужденно. Вскоре гости заговорили о предстоящей помолвке Феликса с троюродной сестрой, Элеонорой, их знакомство состоялось еще в Париже. Эсмеральду эти разговоры жестоко ранили, это был удар, поразивший её в самое сердце, извинившись, она тотчас удалилась в свои комнаты. Там, справившись с волнением, она решила как можно скорее уехать, поступить на сцену, и поклялась себе ни одним словом, ни одним жестом не выдать уже давно поселившейся в её сердце любви к молодому человеку.

Через несколько недель был назначен обед, на него пригласили ту самую троюродную сестру и молодого банкира из Берлина Фридмана. Эсмеральде захотелось позлить соперницу, она выбрала платье изумрудного цвета, в котором была неотразима. Девушка никогда не видела Нору, и решила, что в сравнении с ней, Эсмеральдой, та должна быть некрасива и бесцветна. Окончив одеваться, Эсмеральда вышла в столовую. Рядом с Норой она увидела красивого молодого брюнета, банкира Фридмана. Он обернулся в сторону Эсмеральды и замолчал на полуслове. Нора, увидев девушку, широко открыла глаза и уязвленно закусила губу.