Дневник Джонатана Гэлуея или Любовь и война

Звуки войны

Оглушительный взрыв потревожил немую гармонию полевого госпиталя. Несущие балки рухнули, накрыв брезентовым полотном всех, кто лежал на койках. Раздались множественные крики. Снаряд упал в метре от сооружения, каким-то чудом не задев людей, что располагались внутри.

София очнулась на полу, безвозвратно потеряв из виду столь захватывавшее её чтиво. На долю секунды она провалилась в первобытный страх и потому не смогла сразу сориентироваться в пространстве. Прежде та не попадала под обстрел, разве что слышала прилёты вдали, и вот почувствовала этот удар на себе. В ушах стоял звон, в глазах всё плыло – нет, она не была ранена, это была преимущественно паническая реакция. Впрочем, она была не из слабых и смогла вовремя взять себя в руки – да в чрезвычайно подходящий момент, так как неподалёку вновь разорвался очередной снаряд.

Вот раздалась и первая автоматная очередь.

Заревели моторы машин.

Повсюду грохотали страшные звуки войны.

Враг стремительно наступал, взяв врасплох всех, кто находился в маленьком лагере. Тешить себя надеждой на благоразумнее и пощаду людей, что не побоялись открыть огонь по лазарету не имело под собой никакого основания. Очевидно, что они шли с одной целью – убить всех. И беспорядочная бомбёжка тому подтверждение. Нужно было действовать сейчас же.

Веснушчатая девушка без капли сомнений ринулась помогать пострадавшим бойцам. Весь персонал госпиталя принимал участие по обеспечению безопасности солдат, весь – как крепкие мужчины, так и хрупкие женщины. Первое, что они сделали: подняли несколько сложившихся конструкций, чтобы создать коридор и провести эвакуацию. Это заняло длительные (по меркам жертв бомбардировки) десять минут, но всё же было реализовано – первый человек покинул место происшествия, затем второй и так далее. Артиллеристские уколы продолжались, но существенно сместившись в сторону окопов, откуда вёлся встречный огонь. Противник оставил искалеченных людей без внимания, и те, кто, разумеется, был способен бежать, бросились врассыпную. Многие раненные солдаты по итогу скрылись в близлежащем лесу, но кое-кто остался, чтобы помочь немощным; нашлись и единицы, что даже приняли участие в обороне базы. Всё бы ничего, но проблема заключалась в недееспособных гражданах – каждого из них приходилось поочередно выводить, поддерживая под лопатки или вовсе тащить волоком. На это ушло действительно много времени.

Юная медсестра, выполнив свой долг, замешкалась, тем самым озадачив своих коллег. «София, уходим! Быстрее!» – кричали ей. Она, безусловно – глупо, рискнула вернуться в поваленную взрывом палатку, дабы отыскать потерянный дневник. Хранительница гигиены не думала о нём до часа, когда стало необходимым отступать, тем не менее, расстаться с ним она не была готова – не столько из-за личной потребности, сколько по причине заботы о молчаливом бойце (хозяине дневника). Она посчитала, что обязана была так поступить ради этого человека.

– Вот он! – радостно воскликнула девушка, обнаружив и подняв тетрадь из сизой пыли.

И тут снова упал снаряд. Снова близко. Помощь уже потребовалась Софии.

Тяжёлая балка придавила тоненькие ноги бедняжки, поднять которую пострадавшая сама бы не сумела. Словно лисица в капкане та крутилась из стороны сторону, стараясь выискать какой-нибудь предмет, что мог быть использован как рычаг, но не находила поблизости ничего подходящего. Вдобавок ей ничего не оставалось, кроме как осуществлять поиск исключительно наощупь, ведь брезент вновь покрывал всё вокруг. Лисица была не только обездвижена – она была слепа.

Придут ли на помощь? – кричала мысль в её голове. Да и есть ли кому идти? Взрыв прозвучал со стороны леса. А значит, убегавших заметили и поразили прицельным выстрелом из гаубицы. Уцелели ли они? Что произойдёт дальше? Медсестра поникла духом и обессиленно легла на спину.

– Зачем ты вернулась?! – раздался голос вдали. Шатровое полотно резко взмыло вверх. – Ты что, сдурела?! – это был тот самый воин, чья личность так манила молодую особу. К её счастью, он видел куда та бежала и в нужную минуту оказался рядом, соответственно отдалившись от места прилёта последнего снаряда. Её безрассудный поступок сохранил жизнь им обоим.

Мужчина поднял тяжёлую конструкцию, за счёт чего Софии удалось высунуть придавленные ноги. Опёршись на плечо спасителя, она аккуратно встала. Её кости не были сломаны, женщину лишь прижало к земле. Она отделалась ушибами.

– Большое спасибо! Господи, как я рада!

– Нет времени на благодарность, – строго послышалось в ответ. – С минуту на минуту от этого лагеря не останется и камня на камне.

Они устремились в сторону густой чащи соснового бора, что была дальше других потенциальных укрытий, но все-таки являлась куда более безопасным вариантом, так как приземистая чащоба полностью скрывала за собой фигуры людей. Теперь они, уже оба пострадавшие в результате войны, поддерживая друг друга, стремглав мчались прочь от злополучного стана, гонимые раскатами искусственного грома. Впереди их ждала неизвестность и, по жестокой иронии, новые страшные испытания.