Дневник его жены

Глава 11. Бесцветная весна

Солёные капли рисуют узоры рваные

И стоны гагары венчают прощальный аккорд.

Живут ли на свете с такими глубокими ранами?

Забавно узнать, даже если душой уже мёртв.

— Привет, Риточка!

— Привет, Паша.

— Откуда же ты так поздно возвращаешься, красавица? — на лице парня блуждала ехидная усмешка.

— Я… мы… у меня сессия и готовились мы у…

— У подружки, — закончил за меня друг детства и все ребята, что стояли рядом с ним весело загоготали.

— У однокурсника.

— Ребят, у вас какие-то проблемы? — Вадим сделал шаг вперёд настоятельно загораживая меня.

— А ты, парень, помолчи. Не видишь, мы с Ритулей общаемся. Понадобишься ты и до тебя дело дойдёт. Не торопись.

— Вадим, спасибо, что подвёз. Ты езжай. Мы тут сами разберёмся. Правда. Спасибо, — я пыталась выпроводить поскорее Вадима, параллельно проигрывая в голове диалог с приятелями Романа.

— Как же я уеду? Я тебя одну не оставлю, — пытался возразить Вадим включая на полную катушку джентльмена.

— Всё нормально. Это мои друзья. Мы с детства знакомы и меня тут никто не обидит. Езжай спокойно.

— Ну хорошо. Как скажешь.

Медленным шагом он дошёл до своей машины и ещё какое-то время в ней сидел, наблюдая за тем, как я решаю навалившиеся — нежданно-негаданно — проблемы. Уж можете быть уверены, переволновалась я тогда славно. Кто же думал поздно вечером в холодный зимний день, встретить друзей Ромы. Да не просто встретить, а будучи сопровождаемой другим парнем. Вот какие мне надо было тогда придумать аргументы? И я предпочла правду. Обычную правду, как она есть.

— Что же ты, Ритуля, пока Ромс в армии, замену ему подобрала? — скрежетал зубами Вася. Который знает меня лучше других, потому что мы с ним не только в одной компании тусили, но и много лет в одном классе учились. Девчонки болтали, что он даже влюблён в меня какое-то время был.

— Вась, это просто мой однокурсник. Он мне записи свои давал по… Да что я тут перед вами оправдываюсь, — пробурчала я злобно. — Можно подумать, было бы лучше, если бы я одна домой возвращалась. Человек любезно согласился меня проводить.

— Однокурсник говоришь? — ощерился Илья. — Какое красивое прикрытие. Можно подумать однокурсники вне конкуренции. И виды на тебя иметь он не может.

— Ага. У него к тебе чисто дружеское отношение, — поддакнул Паша. — Охотно верим.

— Мы правда просто друзья, — пыталась оправдаться я, скорее не перед ними, а перед самой собой.

— Хорош дружок! — опять дружно загоготали парни. — Увидел бы вас Ромка. Он бы быстро твоему дружку шею «намылил».

— Слушайте, ну какие у вас основания меня в чём-то обвинять? Мы не делали ничего предосудительного.

— Ритуль, — не унимался Паша. — Ты как наивный ребёнок. Да у него на роже написано, что ему от тебя надо.

— Паш, ну зачем ты так? — на мои глаза начали наворачиваться слёзы.

— А как, Ритуль? Как? Мне за Ромку-братана обидно. Пока он там службу честно и с совестью несёт, ты тут с одноклассниками гуляешь.

Не желая больше раздувать и без того накалившуюся беседу, я поспешила свернуться. Мало ли. Ляпну что-то такое, о чём потом очень сильно пожалею. Я это умею.

— Это моё дело! Ясно, Паша? И нечего на меня тут наезжать! Дайте пройти! — фыркнула я злобно и направилась к своему подъезду, как водится, с гордо поднятой головой. Вот только значительно позже я поняла, что дружба бывает разная. И я не про нас с Вадимом. Я в целом про приятельские отношения между: парнем и парнем, девушкой и девушкой, ну и парнем и девушкой. Вот только, когда в отношения вплетаются обиды, злопамятным отголоском терзающие душу, их уже ничем не заглушишь.

Едва я успела переступить порог своей квартиры, как мне позвонил Вадим.

— Ты в порядке?

— Ага, — голос дрогнул. — А ты? Уже добрался до дома? Ветер усилился и пурга метёт.

— Неужели ты думаешь, что я сразу уехал? Я отъехал для виду, вышел из машины и наблюдал за вами до тех пор, пока ты не вошла в подъезд.

— Спасибо тебе! Но правда не стоило беспокоиться. Это всё ребята, с которыми мы с детства дружим.

— У тебя голос взволнованный, Рита. Значит это не радостная встреча давних друзей.

— Вадим, я тебе очень благодарна: и за конспекты, и за то что подвёз до дома, и за заботу, но… я взрослая девочка и точно смогу за себя постоять. Тем более, что я на своей территории.

Повисла пауза, нарушил которую Вадим коротким согласием:

— Доброй ночи, Рит.

— И тебе тоже.

Ночь доброй не была. Не сложилось. Она превратилась в саднящую от боли муку. Я крутилась с одного бока на другой, мучимая сомнениями. А как иначе, когда заранее знаешь последствия случившегося инциндента. Понятно, что если не Паша, то Вася, а если не Вася, то Илья, расскажут об увиденном сегодня Ромке. А вот дальше… дальше уже решать самому Роману. Казнить меня или помиловать.

И последствия не заставили себя ждать.

Прошла неделя, другая… Рома мне не писал. Без всяких стеснений, я отправила ему несколько писем — искренних и откровенных — он не ответил ни на одно. Я не находила себе места. Мир вокруг в миг стал бесцветным. И дело вовсе не в унылом пейзаже за окном и серости зимних будней. Короткий день и такая длинная, отравленная одиночеством, ночь. Я думала о нём и только о нём. Ведь можно играть внешнее благополучие на публику, но себя не обманешь. Рома единственный человек, который был мне нужен. Нужен как воздух. Когда без него не только нечем дышать, но и не хочется жить.

Юношеский максимализм? Пусть так. Говорите и думайте что угодно. Меня поймёт лишь тот, кто по настоящему любил. Все планы и мечты связаны с ним одним. А когда понимаешь, что ты осталась одна, эти мечты теряют свою актуальность. Зачем они мне одной? Даже в Раю — наедине с собой — счастья не будет. Какой смысл наслаждаться этим миром в одиночестве?