Дневник его жены

Глава 23. Любить грешно

Друг к другу тянет нас, но оба мы искусно,

Играем роли, как в плохом «немом» кино.

Возводим стены, замуровывая чувства,

Наивно веря, что любить грешно.

Вернувшись домой, я без всяких объяснений вошла в свою комнату, и, бросив: я учусь, закрыла за собой дверь.

Ночь была не из лёгких, но я собрала в кулак всю свою силу воли, привела себя в порядок, и, с высоко поднятой головой, направилась в институт.

Однокурсники толпились у входа в аудиторию. Обведя взглядом всех ребят, выцепила Вадима, который усердно вычитывал записи перед зачётом. Словно почувствовав, что я на него смотрю, он оторвался от тетради. Наши глаза на мгновение замерли друг на друге. Но лишь на мгновение, по истечении которого Вадим мне задорно подмигнул и вновь уткнулся носом в конспекты. Слегка с опозданием, я помахала ему рукой и вновь взглянула на своих согруппников. Странно, но меня не покидало ощущение будто я вижу их всех впервые. Представляете? Точно и не было этих лет совместной учёбы и даже торжественных выездов на мероприятия. Не было и всё. Неужели я на столько была поглощена своей собственной жизнью, что не замечала ничего и никого вокруг. Не смотря на достаточно жаркий солнечный день, по моей коже пробежал предательский холодок, словно от озноба. И не успели мои шальные мысли закрутить вихрем противоречивых эмоций, как рядом со мной послышался приветливый голосок моей однокурсницы:

— Чао, Рит, как с учёбой? Подготовилась к зачёту?

— Вроде ничего, — пожала неловко плечами, будто никогда раньше вообще с людьми не общалась. — А как у тебя?

— Знаешь, — милая голубоглазая брюнетка широко улыбнулась, — учиться-то я училась, но честно говоря в голове абсолютная пустота. Куда всё подевалось? Не пойму.

Девушка тряхнула густой каштановой копной и тоже уткнулась в записи.

— Наташ, я сейчас собираюсь заходить. Идём со мной, я тебе помогу.

— Ты серьёзно? — в глазах девушки засветились огоньки надежды на успешный для неё исход зачёта.

— Вполне, — мои губы растянулись в глуповатой усмешке. С чего меня потянуло на подобную благотворительность, я и сама не знаю. Но вот захотелось помочь однокурснице и всё.

— Спасибо, Рит, очень буду благодарна, — Наташа подошла к зеркалу, и, поправляя пышную копну густых волос, лукаво проворковала: — А я в долгу не останусь.

По окончании зачёта, который мы с Натой — к слову сказать — сдали на отлично, между нами состоялся диалог.

— Спасибо тебе, Ритуль, огромное. Очень тебе признательна. Времени на подготовку правда не было, а портить зачётку так не хотелось.

— Да перестань. Какие проблемы. Мне не сложно помочь хорошему человеку.

— А знаешь, Рита, я давно заметила, что ты всё как-то обособленно держишься. Как кошка, которая гуляет сама по себе. Одно время с Вадимом близко общались… — она выдержала паузу, но не получив ответной реакции, продолжила: — А ведь ты классная девчонка. Почему ты с девулями нашими не контачишь?

— Да не знаю, — я неопределённо дёрнула плечами. — Не хотела никому навязываться. У всех свои компании, образовавшиеся согласно интересам и увлечениям. Причем давно. Чего мне лезть.

— Да брось, Рит, — махнула рукой Наташа, — не говори ерунду. Какие там группы по интересам. Мы все взрослые люди и абсолютно разные. Общаемся на любые темы: от политики до банальных невинных шопинговых вылазок. Дружный коллектив у нас. И кстати, о тебе все очень хорошо отзываются.

— Так уж и все, — хмыкнула я, припоминая как меня ненавидит Рябцева. Судя по реакции Наты, весь курс тщательно бдит над отношениями в коллективе: как между парнями и девушками, так и только представительницами прекрасного пола. То бишь мной и Рябцевой.

— Ну, с Ольгой у вас особые отношения, потому как личная конкуренция. Вадим у нас парень видный, — произносила она с особой интонацией, при этом внимательно меня рассматривая. — За такого не грех и по-конкурировать: красив, умён и богат. Что ещё надо? Сейчас такие в дефиците. А кста-ати! — она неожиданно резко сменила тон голоса и уже с нескрываемым любопытством взглянула на собеседницу стоящую напротив: — Я слышала, что ты замуж выходишь! Это правда?

— Нет. Точнее да, собиралась, но… — я ощущала физически, как мне больно об этом вспоминать, — мы передумали.

— Как так? — Наташа даже не пыталась обуздать своё разыгравшееся воображение. Она — с чувством собственной значимости — сыпала и сыпала мне в лицо все имеющиеся причины расторгнутой помолвки. — Родители против… твои, нет — его родители? Ты встретила другого? Он полюбил другую? А-а, поняли, что деньжат маловато, чтобы сыграть пышную свадьбу?

— Да, поняли, — поспешила я остановить плещущийся поток Наташиных умозаключений, — причём вовремя. Что ещё не готовы к этому шагу.

— Или просто сделали шаг навстречу не к тому человеку, — уточнила Ната, а я почувствовала странное противоречивое волнение. А если она права и я ошиблась? Несколько лет пребывала в плену иллюзий и призрачных надежд на то, что Рома действительно мой человек. Тот, с кем нам суждено стать настоящей семьёй. Где будет достаток, взаимопонимание и уют. Тепло и уверенность, что тебя никогда не предадут и не отпустят.

«Неужели я ошиблась? Слепо и безрассудно любя не своего мужчину. Того, кто не готов меняться ради любви ко мне, во благо нашего общего счастья. Да и счастье ли это, когда нужно менять что-либо против воли человека? Может и он ошибся. Ему нужна совершенно другая девушка. Та, которая примет его со всеми достоинствами и недостатками. Даже от мысли, что он с другой — становится тяжело дышать. Не хочу отпускать, хоть и прогнала сама. Просто эта блондинка теперь навсегда между нами. Не смогу я простить. Не смогу. А если так, то правильнее будет расстаться окончательно. Ведь последующие упрёки отравят отношения».