Дневник гейши

Эпизод 12. Помост

Днями в доме никого не было. Мэй отправилась на базар за продуктами. По пути назад, встретила пожилую женщину. Было заметно, что она живёт бедно.

— Госпожа, возьми. – Мэй протянула корзину с овощами женщине.

— Сколько?

— Так бери, платить не нужно.

Женщина взяла корзину, но попросила Мэй не уходить. Зашла в дом, а когда вышла, Мэй увидела в её руках веер. Мэй приняла подарок.

— Выглядит дорого. Ты могла продать его.

— Это подарок мужа. Он уже умер. И я старая. Жалко продавать. Зачем, чтобы эта вещь лежала без дела? Пусть тебе послужит.

— Спасибо.

Мэй подумала, что возвращаться домой без еды будет  не удобно, и вызовет много вопросов. Поэтому девушка вернулась на базар, снова купив овощей, и пошла домой.

Сатоши и Кадзу практически не показывались в доме. А когда наведывались, то ели и отправлялись отдыхать. Не было похоже, что Масамунэ проникся симпатией к ниндзя, однако недоверия или неприязни не проявлял. Днями пропадал за городом вместе с Кирин. Собраться вновь, как в первый раз, так и не удалось.

Ночевать под одной крышей с тремя мужчинами Мэй было неловко, но куда больше пугала мысль об отсутствии приватности в предстоящем путешествии. «Когда спутник один, проще… - подумала Мэй. – И можно уличить время. Теперь они втроём будут ждать, пока я… умру от стыда.» Повинуясь привычкам гейши, она старалась не проявлять ни своей тревоги, ни озабоченности будущим и поменьше попадаться им на глаза.

А потом Кадзу сказал, что дела сделаны, и все четверо собрались в путь. Загримированный Сатоши, ожидая, когда Масамунэ выведет из сарая осёдланную Кирин, проворчал:

— Что ни говори, связаться с этим ронином и вернуться сюда было глупостью, Мэй.

         Ронин приблизился.

 — Ваши лошади где?

— С Кадзу на постоялом дворе, по пути к воротам. – ответил Сатоши.

         Девушка украдкой посмотрела по сторонам. На узкой улице было пусто. Когда встретились с Кадзу, Сатоши спросил:

— Лошадь для Мэй на выезде возьмём?

— Да.

— Она гейша. – сказал Масамунэ.

— И?

— Их не учат верховой езде.

— Ей придётся.

— Сейчас, на незнакомой лошади? Лучше возьму её к себе на седло.

         Кадзу глянул на молча стоявшую Мэй:

— Решай сама.

         Она с сомнением посмотрела на нетерпеливо перебирающих ногами животных. «Почему Кадзу не предложил взять к себе на коня?»

— Думаешь, я справлюсь?

— Захочешь – получится. Буду держаться рядом. Перестрахую.

         Мэй коротко шепнула – так, чтобы услышал только он:

— Я знаю.

         В злых колких глазах мелькнула улыбка.

         Мэй не разбиралась в лошадях, потому доверилась мужчинам. Те, осмотрев верховых животных, остановили выбор на гнедой кобылке.

— Жеребцы строптивее. Часто. – сказал Кадзу.

— От характера и породи тоже много зависит. Однако для первого опыта, полагаю, она подойдёт лучше. – подтвердил Масамунэ.

— Спокойная, как надо.

— Мэй, позволишь, я помогу? – спросил ронин. Кадзу остановил его:

— Пусть сама пробует. – проигнорировав недовольство Масамунэ, продолжил: - Смелая, не дёргай её. Ногу сюда. Не эту… Да, так. Тут хватайся крепко. Отталкивайся.

         Оказавшись в седле, девушка инстинктивно натянула поводья. Лошадь резко развернулась.

— Она упадёт! – скрикнул ронин.

         Кадзу не попытался придержать танцующую под неопытной наездницей кобылу. Он был рядом и готов поймать Мэй, но не вмешивался, давая ей возможность самой подчинить животное. Ровно, словно ничего не происходило, проговорил:

— Не суетись. Отпусти. Ты не упадёшь.

         Мэй выдохнула, погладила кобылу по гарячей шее.

— Прелесть. Едем? – спросил до того молчавший Сатоши.

         Мэй подстроилась под ритмику движения животного.

         У ворот синоби начали переговариваться, изображая из себя чиновников.

— Ты мою печать не забыл? – спросил Сатоши, изображая чиновника выше по рангу.

— Нет, лежит в сумке. – ответил Кадзу, играя помощника чиновника.