Дневник изменщицы

Глава 1

— Михаил Владимирович, вы же придете на корпоратив? — спросила моя помощница Ксюша.

— Корпоратив? — Я поднял на нее рассеянный взгляд, оторвавшись от бумаг, которые она принесла мне на подпись. — Какой еще корпоратив?

— Ну как же? — Она изумленно хлопнула длинными ресницами. — Двадцать пятого числа будет новогодний корпоратив.

— Новогодний?

— Да. Вы что, забыли про Новый год? — В ее голосе прозвучало осуждение.

— Мне не до этого.

— Значит… Значит, не придете?

— Нет, Ксюш, не приду.

— Ясно. — В голосе девушки послышалось разочарование.

Вскоре она ушла, забрав документы, а я, поставив локти на стол, сложил руки в замок и уставился в одну точку перед собой.

Новый год, значит, совсем скоро… У людей праздник. Счастье, улыбки, суета. А я словно замер в каком-то безвременье, и вот уже два года в нем живу. Почти два года.

Завтра будет ровно два. С тех пор, как не стало Вероники. С тех пор, как моя жизнь остановилась. Да и жизнь ли это, без нее?

Мы прожили с женой вместе почти шесть лет. И это были самые лучшие шесть лет в моей жизни. Пожалуй, я по праву мог назвать себя самым счастливым мужчиной на земле. У нас были безоблачные, практически идеальные отношения. Год отношений до свадьбы и шесть лет в браке… За этот срок наши с Вероникой ссоры можно было по пальцам пересчитать. Иногда она обижалась на меня из-за того, что много работал. Мы могли поскандалить, а наутро ни она, ни я уже не помнили этого. Я утопал в ее любви и носил жену на руках. До Вероники я не отличался постоянством. Менял женщин часто, но с ее появлением все изменилось. Мне никто, кроме нее, был не нужен. Идеальная во всех смыслах женщина, с которой мы дополняли друг друга, понимали с полуслова, были, что называется, на одной волне. Для полного счастья нам не хватало лишь детей, но и это был вопрос времени. Вероника наконец-то забеременела, и я с ума сходил от счастья. Когда твоя любимая женщина носит под сердцем твоего ребенка… Нет, словами этого чувства не описать.

А потом раздался звонок, разделивший жизнь на до и после. Семнадцатого декабря Вероники не стало. Ее сбил поезд. Как мне сообщили, жена переходила железнодорожные пути в неположенном месте, не увидела приближающуюся электричку и угодила под нее. Это было странно. Как можно не заметить поезда? Вероника в тот день поехала к родителям, за город. Поехала на машине. И каким образом она оказалась на железнодорожных путях, я до сих пор не понимал. Не стало ни жены, ни ребенка, которого она носила. В одночасье у меня отняли самое дорогое. Я даже обнять ее не смог, потому что от Вероники не осталось ничего, и то, что мы положили в закрытый гроб, уже не было ею. Может быть, именно потому, что я не видел ее в гробу, мне до сих пор казалось, что Вероника не умерла. Она просто исчезла. Зачем-то ушла из моей жизни.

Два года прошло, а я все еще жил в том дне, когда моей любимой не стало. Друзья и родные наперебой твердили, что пора отпустить и двигаться дальше. А как, если у тебя отняли частичку души? Как сделать вид, что все пережито и забыто? Душа до сих пор ноет.

Выключив компьютер, я погасил свет в кабинете и вышел.

— До свидания, Михаил Владимирович, — долетел до меня голос Ксюши.

— До завтра, — кивнул я и замер. — Нет, завтра меня не будет. До послезавтра.

— А почему?

Я не ответил и пошел к лифту. Ксюша работала у меня чуть меньше года и еще не знала, что завтра — день, которого не должно быть в календаре. День, когда не стало Вероники.

Уже когда двери лифта стали съезжаться, я перехватил взволнованный и полный тоски взгляд Ксюши. Я понимал, что моя помощница мне симпатизирует. Да что там — девочка, кажется, была в меня влюблена. Как бы я ни притворялся, что не замечаю этого, я все прекрасно видел. Видел и знал: стоит поманить, и она будет больше, чем помощница. Но я не мог. Вообще ничего не мог.

Говорят, мужчине тяжело обходиться без физической близости с женщиной. Это простая физиология. С моей, видимо, что-то было не так. После Вероники я ничего и никого не хотел. Даже возбуждения не чувствовал. Наверное, все мои желания умерли вместе со мной.

Я вернулся в пустую холодную квартиру, где мы столько лет прожили с женой и где все осталось точно так, как при ней. Бросил пиджак на кресло. Плеснул в стакан виски и уселся на диван, не включая света.

Завтра мне предстоит пойти на кладбище. Я закрыл глаза, пытаясь воскресить перед мысленным взором лицо жены. Но образ был размыт. Почему-то мне виделось лицо Ксюши, с ее большими теплыми глазами, ямочками на щеках и милой улыбкой. Я помотал головой, заставляя себя представить Веронику. У нее был острый подбородок, четко очерченный контур губ, пышные ресницы, взгляд с поволокой… Я все это знал, но больше не видел. Забыл? Нет, так не бывает.

Я вскочил, врубил свет и полез в столик под телевизором, где хранилась какая-то ерунда. Я помнил, что здесь должен быть альбом. Наш свадебный альбом… Я перерыл все, вытащил вещи, раскидав их по полу, но так и не нашел ни одной фотокарточки. Конечно, снимки Вероники есть в телефоне и на компьютере. Их целая уйма, но это все не то. Я хотел взять в руки что-то более реальное, живое…

Пройдя в спальню, я залез в тумбочку, но и в ней было пусто. Точно! Кажется, Вероника хранила снимки в прикроватном столике со своей стороны.