Дневник Лизы

Глава 16

Прошло полгода с тех пор, как Ева окончательно переехала в Зеленогорск. Жизнь наладилась — интересная работа, уютная квартира, и самое главное — отношения с Сергеем, которые развивались естественно и гармонично.

Ева возвращалась домой после романтического ужина с Сергеем, когда зазвонил телефон. На экране высветилось имя Лизы.

— Ева, — голос Лизы дрожал, — прости. Знаю, что не имею права после всего...

— Лиза? Что случилось? — Ева остановилась на пороге своего дома.

— Ева, я... я больше не могу, — голос подруги срывался. — Я схожу с ума. Буквально схожу с ума.

— Что происходит?

— Я не спала нормально уже месяц! — Лиза говорила сквозь слезы. — София постоянно просыпается по ночам, плачет, я к ней бегу, успокаиваю, а через час все заново. Виктор злится, что я ее балую, но что мне делать? Слушать, как она кричит?

Ева услышала в трубке приглушенный детский плач и голос Виктора: "Лиза, опять эти разговоры по телефону! Займись дочерью!"

— Прости, — шепнула Лиза. — Мне нужно к Софии.

Через полчаса Лиза перезвонила.

— Ева, ты еще здесь? — голос звучал надломленно.

— Здесь. Что с Софией?

— Уснула наконец. Виктор ушел в спальню, хлопнув дверью. Сказал, что устал от истерик, — Лиза горько рассмеялась. — Он думает, что я истерю специально.

— А врачи что говорят?

— Врачи говорят, что это нормально, что пройдет. Легко сказать! А мне что делать? Ева, я забыла, какого это — выспаться. Забыла, как это — принять душ спокойно. Я даже в туалет не могу сходить, не взяв ее с собой!

Ева слышала, как Лиза плачет, и сердце сжималось от сочувствия.

— А помощь? Родители?

— Родители? — Лиза всхлипнула. — Моя мама приезжает раз в месяц на пару часов. Сидит, пьет чай, говорит, какая София красивая, и уезжает. Когда я прошу взять ее погулять, говорит: "Лизонька, я уже старая, мне тяжело". А мама Виктора вообще живет своей жизнью. Приезжает с подарками, поиграет полчаса и все — у нее театр, встречи с подругами.

— А няня?

— Виктор против! — голос Лизы сорвался. — Говорит, что чужим людям нельзя доверять ребенка. Что мать должна сама воспитывать дочь. А я... я же не железная, Ева! А знаешь, о чем я мечтаю сейчас? Просто полежать в ванне полчаса. Одна. В тишине.

Ева представила Лизу — всегда ухоженную, следящую за собой — и почувствовала острую жалость.

— А с Виктором как дела?

— Виктор... — Лиза замолчала, потом тихо продолжила. — Мы больше не разговариваем. То есть разговариваем только о бытовых вещах. "Купи молока", "София покакала", "Счета пришли". Мы не целуемся, не обнимаемся. Он приходит с работы, ужинает, немного играет с Софией и идет в гостиную смотреть новости.

— А романтика? Время вдвоем?

— Какая романтика? — голос Лизы стал горьким. — София спит с нами в кровати, потому что иначе орет всю ночь. Мы с Виктором лежим по краям, а между нами ребенок. Когда мы последний раз были близки... даже не помню.

Ева закрыла глаза, представляя эту картину.

— Ева, я боюсь, — прошептала Лиза. — Боюсь, что мой брак разваливается. Вчера Виктор сказал, что я стала другой. Что превратилась в нервную, плаксивую женщину. А я ему кричала, что стала такой, потому что не сплю! Потому что никто мне не помогает!

— И что он ответил?

— Что его мать справлялась с двумя детьми и не жаловалась. Что современные женщины избалованы, — Лиза рыдала открыто. — Ева, я так боюсь, что он уйдет. Что София будет расти без отца. Я хочу, чтобы у нее была полная семья, понимаешь?

— Понимаю, — тихо сказала Ева.

— Я пытаюсь держаться, но у меня не получается. Я срываюсь на него из-за любой мелочи. Вчера устроила скандал, потому что он оставил грязную тарелку на столе. Представляешь? Из-за тарелки! А я кричала на него, как ненормальная.

Ева почувствовала, как у нее самой наворачиваются слезы.

— Ева, знаешь, что самое страшное? — тихо сказала Лиза. — Иногда я смотрю на Софию и думаю... думаю, что моя жизнь кончилась. И мне становится так страшно и стыдно за эти мысли.

— Лиза, это нормально...

— Нет, не нормально! — перебила Лиза. — Виктор прав — я стала ужасной. И если он уйдет, то будет прав. Кому нужна такая жена?

— Лиза, остановись, — твердо сказала Ева. — Ты измученная женщина, которой нужна помощь. Это не делает тебя плохой матерью или женой.

— Ева, — прошептала Лиза, — прости меня за все. За то, как я с тобой поступила. Я понимаю, что не имею права просить, но... но мне больше некому позвонить. У меня больше никого нет.

— Лиза...

— Я не прошу тебя приехать или помочь. Просто... просто спасибо, что выслушала. Мне стало хоть немного легче.

В трубке снова послышался детский плач.

— Мне нужно идти, — устало сказала Лиза. — София проснулась. До свидания, Ева. Береги себя. И спасибо за то, что ответила на звонок.

После того как Лиза повесила трубку, Ева долго стояла у двери, не в силах прийти в себя. В груди что-то болело — не старая обида, а живое сочувствие к женщине, которая тонула в материнстве и одиночестве.

Она вошла в квартиру и села на диван. Через полчаса позвонил Сергей.

— Привет. Я уже скучаю. — его голос был таким теплым и заботливым.

— Сережа, — тихо начала Ева, — мне звонила Лиза.

— Та самая подруга из Москвы? — голос Сергея стал серьезнее. — Что ей было нужно?

— Она... она плакала, — Ева закрыла глаза, все еще слыша отчаянный голос Лизы. — Говорила, что больше не может. Что у нее нет сил.

— Рассказывай, — мягко сказал Сергей.

Ева подробно пересказала весь разговор. Сергей слушал молча, изредка задавая уточняющие вопросы.

— И что ты сейчас чувствуешь? — спросил он, когда она закончила.

— Не знаю, — честно призналась Ева. — Жалость, наверное. И... и желание помочь. Хотя понимаю, что это может показаться странным после всего, что между нами было.

— Почему странным?

— Ну, она же использовала меня. А я сижу и думаю о том, как ей помочь, — Ева нервно засмеялась. — Может, я просто дура?