Дневник невзрачной девы-5

22 апреля. Мечты о несостоявшейся свадьбе

«Счастье, что оно, та же птица

Упустишь и не поймаешь.

А в клетке ему томиться

Тоже ведь не годится.

Трудно с ним, понимаешь?»

Промчался воскресный день, вечером подруги снова в Дом Культуры отправились. Но дискотеку отменили. Молодежь толпилась на улице, кучками. Вася тут же присутствовал. На этот раз он «невесту» сразу признал, подошел и приобнял за плечи.

- Привет.

Диана заметила негодующий взгляд «Художницы», они с Эльвирой многозначительно переглянулись. Алена подсела на лавочку к Дине Крутой, поговорить о том о сем.

- Пойдем, невестушка, прогуляемся – предложил Вася.

- Давай – согласилась Диана, не стоять же на одном месте под прицелом глаз Берты и Эльвиры.

Жених и невеста под руку пошли в сторону проспекта.

- Как это понимать? Обещала на свидание прийти, и не пришла – укорил Диану Вася.

- А ты и расстроился? – ухмыльнулась Диана.

- Конечно, ждал, волновался.

- Ты умеешь волноваться? – удивилась Диана.

Если честно, Вася в ее представлении, человеком не был, а так, робот без чувств и эмоций. Она посмотрела на него внимательно.

- Хотя, нет, вижу. Переживал! Похудел. Не побрился даже.

- Бороду отращиваю.

- Зачем? Или твоей любимой девушке нравятся бородатые?

- Думал, невесте понравиться.

- С бородой? Не смеши. Сбрей. Как старый дед…

Они прогулялись по проспекту и вернулись обратно к Дому Культуры. Там на лавочке сидела небольшая компания: Алена, Дина Крутая, Эльвира, Берта, с ними Сережа Ласточкин. И как вишенка на торте - Оболенский развлекал публику смешными рассказами.

Вася и Диана подошли к компании, все взоры обратились на них.

- Товарищи! – обратился к народу Вася.

- А некоторые товарищи нам совсем не товарищи – бойко ответила Эльвира.

На ее высказывание Вася внимания не обратил, а продолжил свою речь:

- Если кто не в курсе, сообщаю, что Диана – моя невеста.

- С чем вас и поздравляем! – подговорилась Алена.

Берта криво усмехнулась, а Диана ответила:

- Спасибо, Алена, деньги на свадьбу копи. Будешь подругой семьи… А можно мне присесть? Устала что-то невеста.

Сергей Ласточкин услужливо место уступил с краю лавочки. Диана села, а Оболенский, приблизившись к ней, сказал тихо:

- Ну, ты даешь.

- А что такое? – спросила Диана недоуменно.

- Да ничего. Все правильно. Я давно уже понял, что верить нельзя никому. Но ты молодец, не теряешься – сказал он.

- А ты думал, что после того, как ты меня дважды сдал, я растеряюсь. Не дождешься, Оболенский – хмыкнула она и отвернулась, не желая продолжать разговор.

Алена, тем временем, пыталась привлечь к себе внимание Васи. Только бесполезно, Вася незаметно смылся. Тогда Алена переключилась на Оболенского. Эльвира и Берта, потеряв интерес к этому обществу, ушли. Дина Крутая позвала Ласточкина домой, они жили по соседству. Компания распалась, Оболенский остался с Аленой и Дианой.

- А жених-то твой ушел – заметил он ехидно.

- Слился жених… А ты, Оболенский, остался. Вот и объясни мне свое поведение. Зачем стучишь на меня? С какой целью?

- Обидно мне стало за друга моего, Андрюху. Я ведь сразу-то не поверил, что любит он тебя, думал шутка, прикол. А потом, когда в Москву ехали, выпили мы коньяку, Кольский на полку залег и уснул. А мы с Андреем беседовали, говорили за жизнь. Тогда и признался он мне, что влюбился по-настоящему. Диана, говорил он, не такая, как все. Хватит с меня этих… блядей. Устал. С Дианой у нас будет семья, дети. Ну, думаю, если уж Наумов влюбился, значит, есть она, любовь настоящая. Он ведь планировал на лето свадьбу, меня свидетелем попросил быть – рассказывал Оболенский.

- Какая тебе высокая честь была оказана, Саша, – вмешалась в его откровения Алена – а я свидетельницей была бы. Эх, какая свадьба сорвалась.

- И вот вдруг, что я вижу? Диана с Никиткой. Он друг моего детства, хороший парень. А как же Наумов? Я, честно, не хотел ничего говорить, но… не сдержался. На следующий день встретил Никиту в магазине… случайно, разговорились и вот… Правда, я не со зла – оправдывался парень.

- А Наумову тоже по доброте душевной рассказал? – спросила Диана.

- Но не мог же я, лучшего друга обманывать.

- Все понятно, ты не корнет Оболенский. Ты – барон Мюнхгаузен. Только тот сказки про себя любимого рассказывал, а ты про других сочиняешь – заметила Диана.

- Я же не сочинял!

- Думаешь, ты сказал правду? Диана такая коварная. Бросила Наумку, охмурила Никитку, а теперь еще и Вася – жених… А правда выглядит иначе. И ты сам знаешь, что Наумову я не нужна. У него таких «любимых» вагон и маленькая тележка. А Вася этот называет меня невестой, чтобы у Берты ревность вызвать. В результате, с Никитой я поссорилась из-за тебя, у Наумки - очередная баба, а Вася, вообще, тут ни при чем. Как видишь, роковая Диана одна осталась. Мировое зло наказано. Ты можешь собой гордиться, Оболенский.

Парень, в задумчивости, пригладил свои длинные кудрявые волосы.

- Значит, я виноват?

- Саша, виноват ты во всем, виноват ты кругом, еще хочешь себя оправдать – заявила Алена - Наумов и Диана с прошлого года влюблены. И сколько за это время у него подруг было? Не счесть! А Диана в кои-то веки в ресторан сходила, и все. Прощай, мечта о свадьбе. Представляешь, Саша. Диана в белом, Наумов в черном, и я рядом с ним, такая свидетельница красивая. Я даже придумала, какое платье закажу. А ты все мои планы нарушил!

Оболенский загрустил.

- Похоже, нет мне прощения. Хотите, я поговорю с Наумовым, расскажу, что все не так понял. Я должен все исправить.

- Нет уж, Оболенский, хватит слов. Не говори того, чего не знаешь, и не лезь туда, куда не просят. Пойдем домой, Алена.

Диана поднялась с лавочки.

- Пойдем. А ты, Саша, как порядочный юноша должен нас проводить – заявила Алена.