Дневник невзрачной девы

18 октября. Очередная проверка?

Однажды вечером Диана возвращалась домой от подруги. Из темноты на перекрестке возникла знакомая фигура Димы Злодеева.

- Добрый вечер.

Он все-таки вежливый юноша, этого у него не отнять.

- Привет.

«До сего момента вечер, действительно, был добрым» - подумала она.

Он шел рядом и говорил о том, о сем. «Что, и этот решил проводить? С чего бы это? Новая проверка? Как я себя поведу? И что скажу?»

Дойдя до дома, Димон предложил:

- Не торопишься домой? Может, на лавочке посидим?

- Зачем это?

- А почему бы и не посидеть с хорошей девочкой?

- С каких это пор я хорошей стала?

- Лично, я никогда не считал тебя плохой. Ты всегда мне нравилась.

«Что? И Димону тоже всегда нравилась, прямо везет мне в последнее время». Она взглянула на него удивленно, словно впервые увидела. Пижон, весь из себя, модный, самовлюбленный, интеллигентный, не то, что Гордей – балабол и клоун.

- А ты целоваться умеешь? – спросил он.

- Нет, конечно – хмыкнула в ответ. Иначе как, девочка она хорошая, и даже не целованная.

- Хочешь, научу?

- Спасибо, обойдусь без учителей – сказала она и попыталась пройти мимо, но не тут-то было.

Димка проворно схватил ее в охапку и впился губами в ее губы, попытка оттолкнуть нежданного учителя успехом не увенчалась, он держал ее крепко и целовал долго и нудно. С поцелуями Елисея не сравнится, тот был нежен и внимателен. А этот… просто хотел продемонстрировать свои умения. Зачем, спрашивается? Это кому-то здесь нужно?

Наконец, хватка ослабла, урок, видимо, окончен. Диана, оттолкнувшись от него, замахнулась, пытаясь залепить пощечину, но он вовремя перехватил ее руку. Нагло усмехнулся.

- Тебе не понравилось?

Это в кино красиво получается. Поцелуй и последующая за ним звонкая пощечина, а в жизни тренировка нужна. Диана не умела бить людей, даже если они этого и заслуживали. Еще один недостаток в копилку ее комплексов.

- Может, все-таки отпустишь меня, учитель? Больно вообще-то – проговорила она, пытаясь высвободить руку из его крепкого захвата.

- Отпущу, если драться не будешь – ухмыльнулся он.

- Не буду – буркнула она.

Он отпустил ее руку и отступил на шаг, на всякий случай, а то вдруг опять кинется в бой, кто ее знает.

- Вот и умница. Чего крыльями махать? Не хочешь целоваться, и не надо. Мое дело предложить, твое – отказаться – хмыкнул он.

Она сжала челюсти, чтобы не ляпнуть чего-нибудь грубого, и молча прошла к своим воротам.

- До свидания, Диана – услышала она вслед.

Диана вошла в свою комнату, присела на диван и злобно ударила подушку несколько раз, представляя перед собой самодовольное Злодеевское лицо. «Гад… Интересно, что он расскажет об этом случае своему дружку Гордею? Они все ему докладывают?»

Заметила, что на столе лежало письмо. Второе письмо от Елисея. Диана выкинула глупую выходку Злодея из головы, и раскрыла конверт.

«Здравствуй, Диана!

Письмо от тебя получил, за что тебе большое спасибо!

Начну с твоей просьбы о моей фотографии. У меня пока нет ее, но я уже сфотографировался, и в следующем письме обязательно вышлю. Хорошо?!

В армию должен пойти этой осенью, но пока меня в военкомат не вызывали, однако, жду повестку. Я согласен идти служить. Чем быстрее уйдешь, тем быстрее придешь. Только жаль двух лет, они так долго будут тянуться.

Хорошо отпраздновали день конституции. Пировали у Лады Кулеминой. Она передает тебе большой привет. Она пополнела изрядно, говорит: «Какая-то я жирная стала. Отъелась на колхозных харчах». Их же в колхоз посылали.

Живу я нормально. Сегодня отработал последний день трудовой недели и буду отдыхать два дня от работы… Правда, не знаю, что делать в выходные. Скучно у нас, но ничего, что-нибудь придумаем…

Пиши и не забывай о моей просьбе о фотографии твоей, Диана. До свидания.

Елисей»

«Не было, не было, не было встречи иной.

Нежностью, нежностью, нежностью прошлой живу.

Чуткие, чуткие, чуткие слышу шаги.

Чудится, чудится, чудится – ты под окном.

ты под окном, ты…»