Дневник писательницы Анны Туисовой

О водяном

О водяном. Ужасный человек, я вам скажу. Вот так поговоришь с таким, как стоячее болото, — ни пути, ни мелодии, отрывки какой-то бесконечной надуманной шумной праздности.
Теперь вот за столом разговариваю с головой Давида Микеланджело. У которого статус карандашницы. Смотрит на меня нахмурившись и молчит.

Бледные веки мои как бабочки — дымчатые и странные. На фоне опрометчивых метелей все странно. У водяного лживо, у меня - честно.
"И впрыгнула она на спину оленя который умчал её...." Только надобно спасаться не от водяных прототипов, а от глупости их зародившейся когда-то да неисчерпанной.

Сидит под водой в своем болоте, наводящим жуть и смотрится в осколок чужого закинутого сюда кем-то и когда-то зеркала.

Я и стены — родные. Ковровый мякиш, обволакивающий теплом, террактово-гречиховым блаженством, точно благословение. Вот так отвадила водяного, дабы за черты собственно-болотные не заходил и вспоминается первая строчка Олеси Александра Куприна

"Мой слуга, повар и спутник по охоте – полесовщик Ярмола вошел в комнату, согнувшись под вязанкой дров, сбросил ее с грохотом на пол и подышал на замерзшие пальцы."

У каждого свои дрова для тепла, а у водяного сплошные водоросли и слизни — то на носу, то на пятах.

Люблю Куприна, Куприна и свою обезьянку.

Анна Туисова, "Дневник писательницы"



Отредактировано: 02.12.2024





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять