Дневник с октября 2024 года

с 1 янв по 6 янв.

Новогодние игрушки вокруг милые, наверно думают я одна из них. Дуса права. это потому что я произносила слово <люблю>, <любимое> и подобное. Они обрадовались и теперь я барабан или большеглазая зайка.

1 я 25

иногда я волнуюсь. наверно я — и волна и огонь одновременно. н з почему. видимо родилась такой. если писать письмо звездам это выглядело бы так:

"Милые колючие звезды, ваши подзорные трубы сияют там на небесах, когда вы смотрите на мою жизнь. вы создали меня такой и я вам благодарна. но за такую сверхчувствительность и бесконечную нежность разве я могу поблагодарить ваш Бирюзовый Домик? может вы и рядом но только я наверно ближе. ведь у вас столько забот.
Вы звезды и пересматриваете столько фильмов оттуда сверху, что я любимицей вашей, как правило должна вечно бороться сама. к этому я почти привыкла.

правда сейчас есть то что немножко меняется. и это как жить под волшебной водой, где можно дышать. кто-то другой будто сильнее вас, сделал эту воду такой.

наверно вы злитесь. а я чуточку на вас — вы, предоставив талант, дар любить исключениям из правил, иногда кидаетесь огромными серыми сомами оттуда сверху.

только начинаешь понимать, даже больше того что нам людям дано.

только хочется произносить снова и снова то что чувствуешь, то что чувствует тебя... как оттуда из звездных далей метафоричные серые сомы.

и потом вот так до шести утра сомневаешься а так ли как думала, думаешь. и чувствуешь себя в сравнении с сомиком привидением, которое только кошка и видит".

1 я 25

там, мимо усов, любопытных глаз, озорных хвостов и следов лапок я понимаю что среди своих.
как котенок я непослушная. не подчиняюсь. как человек тоже. Если мне хочется писать я птица. Плавать — дельфин. Делать повседневные дела — бусинка или горошинка. но чем тверже скорлупа тем мягче внутри. если я орешек то твердый. Только есть более могучие орешки чем я.

1 я 25

а я такое л. И повсюду где тени придумываю своё. люди наверно глядят на меня странно, я не видела потому что смотрю во что превращаются руки, пальчики, их удлиненные души.

1 я 25

так замело мои окошки. чердак соседнего дома похож на часы с кукушкой. Теперь у меня есть свои часы и они огромнее всех. Им нужна только я через звонкие стеклышки. С такими окнами это как жить за метелью. Будто метель тебя спрятала и ты далеко-далеко где-то там, за трущобным занесенным наполовину окном.

1 я 25

Вчера искала календарь. Нашла много разных. а потом Пикассо. Там нет девочки на шаре но есть другая картина. Надо ее в музее отыскать и посмотреть какие цвета на самом деле. Это великолепная картина. Правда, остроугольная или где-то чересчур округлая. но это Пикассо, ему можно что угодно остроуголить и закруглять.
В группе я попыталась загадать желание и добавила эту картину почти в полночь для конкретного человека, а потом ( думаю он не успел прочитать), удалила. Это слишком откровенно вот так писать, загадывая. К тому же у всех своё, только я с дверью нараспашку и в длинной рубашке с ленточками.
чем меня поразила картина? Правдой. наверно только я это вижу. Каждый видит свое. А мне нравится некоторое единство. За окном так дуло. У меня окно наполовину в снегу а я слушаю, слушаю безсолнечный вихрь — один, другой, какого-то волшебства ожидая... и смотрю на картину Пикассо. Он так любил. Он так рисовал. как бы изобразил меня? Не думаю что с острыми углами. Разве только как символ борьбы и неги.
Как девочку на шаре или Шар и Девочка. Только в нежном. Какой самый нежный оттенок у Пикассо?

Новогодние игрушки вокруг милые, наверно думают я одна из них. Дуса права. это потому что я произносила слово <люблю>, <любимое> и подобное. Они обрадовались и теперь я барабан или большеглазая зайка.

вот так замело мои окошки. чердак соседнего дома похож на часы с кукушкой. Теперь у меня есть свои часы и они огромнее всех. Им нужна только я через звонкие стеклышки. С такими окнами это как жить за метелью. Будто метель тебя спрятала и ты далеко-далеко где-то там, за трущобным занесенным наполовину окном.

Я слушаю метель. Она туманна
В бледнелом платье иней в небеса
А для меня шторма ничуть не странны
Они вплывают чудом в чудеса.

Бежит луна с огромною подушкой,
И звезды все за ней в волшебный ряд,
А я пишу стихи в своей избушке,
И строчки колокольчиком звенят.

Метель так воет кружевом стеная!
Метель грозит ведь пуще гроз она!
А я гляжу лишь шепотом желая,
Чтоб танцевала белая зима.

1 я 25

Зима

Я слушаю метель. Она туманна
В бледнелом платье иней в небеса
А для меня шторма ничуть не странны
Они вплывают чудом в чудеса.

Бежит луна с огромною подушкой,
И звезды все за ней в волшебный ряд,
А я пишу стихи в своей избушке,
И строчки колокольчиком звенят.

Метель так воет кружевом стеная!
Метель грозит ведь пуще гроз она!
А я гляжу лишь шепотом желая,
Чтоб танцевала белая зима.

1 я 25

В эту вазу подошел бы тот очаровательный нежный цветок в голубоватом платье и с крупными лепестками. я его сразу приметила. а он меня. теперь мы оба немножко цветковые. Цветок будто говорит: я твой цветок. Мне приятно быть твоим цветком. А с вами цветы "говорят"? В смысле сердцем. Цветы всегда говорят сердцем.

1 я 25

Назову цветок: Небо на земле.

Самый могущественный великан однажды протянул руку к небу и достал цветок с небесных лугов для своей любимой. Рассердился Гром на такую дерзость великана и сделал его любовь за это бесконечной. Только Гром живет оч высоко и даже не представляет что вовсе не отомстил а принес небывалое до этого на земле счастье. Много разных существ с тех пор стараются добыть волшебные цветы с высоких лугов чтобы отобрать у великана любимую, но только ни один из них так превзойти великана и не смог.