Дневник травницы

Глава 20

Наскоро зачесав и пригладив распушившиеся волосы и наскоро дожевав остатки пирожка, Есения схватила сферу на подставке и поспешила вглубь дома, на склад. Не забыв подвесить на стену небольшой световой огонёк на стену, села за стол и коснулась аккуратно ладонью шара. Внутри всё покрылось дымкой, а после на её месте оказалось морщинистое серьёзное лицо Томиры.

- Ох, детка! – воскликнула она, едва увидев девушку. – Что с тобой приключилось? Выглядишь хуже покойницы.

- В метель вчера попала, еле выбралась живой, - честно ответила ей Есения, незачем лгать было. – Завтра буду уже как огурчик.

- Ох, детка, совсем себя не щадишь! – покачала головой совсем уж грустно Томира и начала поучать Есению: – Ты молодая и такая безрассудная…

- Томира, что случилось? – резко пресекла её нотации девушка, понимая, что ради этого бы с ней не связывались. – Вы бы не стали звонить просто, чтобы поболтать.

- Тебя не проведёшь, - натянуто улыбнулась ей Томира, а после, поправив чуть сползшие на кончик носа, заговорила уже официальным тоном: - Совет гильдии решил направить к следующей весне в вашу деревню ещё одного целителя. Ваш поп сообщил о небывалом приросте населения за последние десять дней. Сколько младенцев ты приняла за эти дни?

- Порядка четырёх десятков. И ожидаются ещё, осталось три женщины, дохаживающие свой срок, - отчиталась Есения и поняла, что это действительно огромное количество детей даже для их деревни. – Мы действительно быстро растём…

- До весны продержишься одна? – с беспокойством спросила женщина, явно понимая, что в поселении, где родившихся больше, чем умирающих, целителю со столь небольшим запасом магии будет очень тяжело.

- А у меня есть выбор? – с горьким вздохом девушка натянуто и невесело улыбнулась. – Всеми силами постараюсь продержаться. И для дома выберу хорошую землю, попрошу главу деревни её никому не отдавать.

- Спасибо, дорогая, - Томира что-то записала себе и после снова обратилась к Есении. – С тобой хочет поговорить царь. Поэтому соединяю тебя с ним.

- Что? Сейчас?!

Но её уже не услышали, шар заполнился дымкой, а сама девушка начала паниковать и суетиться на месте. Ни с кем выше Мудрейших она ни разу не контактировала, отчего совсем не знала, как себя вести. Отчего, когда дымка начала развеиваться, Есения состроила спокойное и крайне дружелюбное выражение лица, пусть её нога и нервно дёргалась под столом.

В шаре отобразилось лицо порядком уставшего, вечно нагруженного и далеко немолодого мужчины, чья голова и борода были уже совсем седые. Есения не знала точного возраста царя, поэтому лишь предположила, что тому чуть за шестьдесят, может и значительно больше, настолько плохо он выглядел со своими синяками под глазами и излишне бледным лицом. Впрочем, это могло быть не только признаком усталости, но и тяжёлой болезни. Эта очень плохая мысль поселилась в голове Есении, но она постаралась её отогнать.

- Здравствуй, Есения, - откашливая мокроту, поздоровался царь Владислав, вежливо улыбнувшись ей.

- Добрый день! – как-то излишне громко сказала девушка и тут же осеклась, понизив резко тон и почему-то начав слегка заикаться. – Прошу п-прощения… З-зачем вы захотели со мной поговорить? Я-я отправила отчёт и счёт уже очень давно через гильдию…

- Как там мой балбес? – прервал её чёткой фразой мужчина.

- Б-балбес?..

Есения как дурочка принялась хлопать глазами и лишь спустя несколько секунд до неё дошло: он спрашивал про своего сына. Она расслаблено улыбнулась. Даже самые великие люди могут быть заботливыми родителями.

- К месяцу Последних морозов уже встанет, будет потихоньку ходить, пока с тростью. Дай Бог, к месяцу Первой капели вернётся в прежнюю форму и сможет сесть на коня.

Девушка заметила, как царь устало откинулся назад, на своём высоком стуле и устало потёр переносицу, когда она начала говорить о месяцах выздоровления. Она сжала под столом порядком вспотевшие от напряжения ладони и тяжело выдохнула. Всё равно ничего сделать не сможет, Яромиру нужно восстановление хорошее, а не стремглав бросаться обратно, к отцу.

- Раньше никак? – в ответ ему было лишь качание головы. – Плохо, плохо…

Дальше всё погрузилось в молчание. Есения неотрывно смотрела за реакцией царя, а тот поглаживал пушистую бороду, словно раздумывая. Этим жестом он напоминал старика Хоттабыча из старого советского фильма, что заставило непроизвольно улыбнуться.

- Он не говорил, зачем в ваши края приехал? – снова в ответ царю было покачивание. – Хм… То, что я тебе сейчас скажу – государственная тайна. Не сдержишь язык – умрёшь тот же час.

- Никому не слова, клянусь!

- Умница, девочка, - по-доброму улыбнулся Владислав. – Уж долго я мучаюсь от болезни одной. Спать не могу, сил нет да и болит всё от головы до пят. Целители всё руками разводили, говорили, что лекарства не знают. Кроме одного, особо умного, что рассказал о яблочках одних, целебных. Говорят, что даже молодят, оттого и зовутся молодильными. Маленькие, жёлтые, растут на ветках колючих. Знаешь такие?

Есения крепко задумалась. Местные флора и фауна не сильно отличались от тех, что были по всему царству, но всё же уникальные растения были. И спустя небольшое время её осенило, что это такое. Для наставницы и всех пожилых людей, страдающие болезнями сердца в виду возраста, Есения по ранней осени собирала… боярышник. В их краях он был не красный, как это было привычно, а жёлтый. И больше размером, округлый, по форме больше походящий на маленькие яблочки. И на удачу, с осени у неё осталось очень много засушенного боярышника, почти целый мешок.

- Знаю, знаю. Для наших стариков каждый год по осени собираю и засушиваю.

При этих словах царь буквально расцвёл на глазах. Казавшийся до этого тусклым взгляд посветлел, а сам мужчина приосанился.

- Проси, что хочешь, лишь только пришли эти яблочки к царскому двору!

- Мне ничего не надо. Лишь оплатите как обычное лекарство и выздоравливайте. Ваше здоровье дороже всех денег.