Дневник юного детектива

Глава 9: Дело о Сторожевом камне и голосе из прошлого

Досье №8.1
Дата:8 октября. Время: 14:50.
Место:Пустырь на окраине промзоны. Ровно там, где по старой карте должен был быть «Сторожевой камень». Теперь – заросли бурьяна выше пояса, кучи строительного мусора, вдали грохочут бульдозеры.
Состояние:Полевое, оперативное. Повышенная бдительность.

Команда: Я и Макс. Лена – на связи через наушники-петлички. Она отслеживает нашу геопозицию и качает в уши информацию: «По описанию, камень был базальтовый, тёмный, примерно два метра в высоту. Если его не вывезли, он мог уйти в землю или его засыпали.»

Мы пробираемся через сухую колючую траву. Ветер свистит в проводах. Место безлюдное и гнетущее.

Макс (осматриваясь): «Два шага на восток от «сердца». Но где его сердце, если камня нет?»
Я: «Нужно найти хоть какой-то ориентир. Фундамент? Остатки барака?»

Мы раскидываемся. Ищем любые следы старых построек. И находим – груду битого кирпича и куски ржавой арматуры, торчащие из земли. Возможно, это и есть остатки того самого лабораторного барака.

Лена в наушниках: «Если встать лицом к тому месту, где был вход в барак (по плану), то восток будет… вот там, в сторону той одинокой берёзы.»

Идём к берёзе. От неё отсчитываем два больших шага на восток. Под ногами – утоптанная земля, перемешанная с щебнем. Ничего особенного.

Макс опускается на колени, начинает ворошить землю руками в рабочих перчатках. «Тут что-то твёрдое… не просто камень.»

Я подключаюсь. Расчищаем площадку метр на метр. И под слоем грунта и мусора показывается… железная дверь. Небольшая, квадратная, как люк. Сильно проржавевшая. Петли заклинены. Посредине – кольцо-ручка.

Сердцевина. «Сердце камня» было не у валуна, а под ним. Это технический люк, который, возможно, когда-то и был прикрыт тем самым Сторожевым камнем. Камень убрали, люк засыпали.

Адреналин бьёт в виски. Мы нашли.

Макс пробует дёрнуть за кольцо. Дверь не поддаётся. «Нужен лом. Или…»
Он оглядывается, находит среди мусора толстый металлический прут. Всовывает его в щель между дверью и рамой, используя как рычаг. Раздаётся скрежет ржавого металла.

Я (Лене): «Мы нашли люк. Пытаемся открыть.»
Лена: «Будьте осторожны! Там может быть всё что угодно! Газ, обвал!»

С последним усилием Макс дёргает. Люк с противным визгом отрывается. Под ним – чёрная дыра. Идущий вниз узкий бетонный лаз. Запах сырости, плесени и… машинного масла.

Мы смотрим друг на друга. Это оно. «Вглубь, а не ввысь».

Макс первым включает налобный фонарь. «Я первый. Держись за мой ремень, если ступеньки скользкие.»

Я киваю, цепляюсь за его пояс. Лена в наушниках тяжело дышит – мы слышим друг друга.

Спускаемся. 12 ступенек. Внизу – небольшое прямоугольное помещение. Похоже на старый бункер или подсобку. Вдоль стен – полки, заставленные пыльными банками, старыми приборами. И в центре – стол. На столе, под стеклянным колпаком, покрытым слоем пыли, лежит папка.

Мы подходим. Макс стирает пыль с колпака. Под ним – чертежи. Тщательные, детальные. И надпись на титульном листе: «Проект «Феникс». Очистные сооружения нового поколения. Автор: Г.С. Мельников. 1987 г.»

Мы нашли. Чертежи, которые должны были всё изменить.

И вдруг – сверху, снаружи, доносится скрип. Шаги по щебню. Не наши.

Мы замираем. Лена в наушниках шепчет: «Кто-то подошёл к люку! Я вижу на карте ещё одну точку!»

Макс гасит фонарь. Мы прячемся за полкой в дальнем углу. Темнота становится абсолютной, кроме узкой полоски света из открытого люка.

В полоске света появляются тени. Кто-то спускается. Не один. Двое.

Досье №8.2
Дата:8 октября. Время: 15:20.
Место:Подземная комната. Темнота, пахнущая страхом.
Состояние:Затаившееся. Сердце бьётся так громко, что кажется, его слышно.

Включается фонарь. Он выхватывает из темноты… Марка. И Викторию. У неё в руках – не телефон, а старый, увесистый фотоаппарат, как у Марка.

Они стоят у стола, смотрят на чертежи под стеклом. Виктория что-то шепчет, полная благоговения. Марк кладёт руку на стекло, будто здоровается с призраком.

Марк (голос звучит глухо в каменном мешке): «Вот он. «Феникс». Идея, которая могла спасти завод. И реку. Они убили её. Как и его.»
Виктория: «Мы нашли. Мы действительно нашли. Теперь… что? Мы вынесем это? Покажем всем?»

Макс сжимает мою руку в темноте. Сигнал: «Ждём.»

Марк: «Нет. Нельзя просто вынести. Нужно… инсценировка. Перформанс. Чтобы мир увидел не просто бумаги. Чтобы мир увидел воскрешение. Мы привезём сюда людей. Прессу. Осветим это место. И тогда… тогда правда вырвется на свободу со светом софитов.»

Он говорит с фанатичным блеском в глазах. Он уже не просто художник. Он – режиссёр грядущего спектакля.

Виктория (неуверенно): «А Катя? Она должна быть здесь. Это её наследие.»
Марк: «Катя боится. Она не готова к величию момента. Она хочет тихо отдать это в полицию, где всё снова похоронят в архивах. Нет. Мы сделаем иначе.»

Они начинают обсуждать детали: кого позвать, как осветить подземелье. Они не замечают нас.

И тут у меня в наушниках раздаётся панический шёпот Лены: «Ещё кто-то! Большая машина подъехала! Из неё выходят… взрослые мужчины! Двое! Идут к люку!»

Марк и Виктория тоже слышат шаги сверху. Они замирают.

В луче света из люка появляются ноги в дорогих ботинках, а потом и всё тело. Мужчина лет пятидесяти, в строгом пальто. За ним – другой, помоложе, крепкого сложения.

Незнакомец (голос спокойный, властный): «Можно не прятаться, Марк. Давно слежу за твоими… художествами.»

Марк выходит из тени. Виктория, бледная, жмётся за его спиной.
Марк: «Кто вы?»
Незнакомец: «Человек, который не хочет, чтобы старые истории всплывали. Особенно в таком… театральном виде. Твой наставник, Сергеев, был глупцом. Ты – умнее, но столь же наивен.»
Он подходит к столу, смотрит на чертежи. ««Феникс»… Да. Глеб был гением. Но его идея стоила бы миллионы убытков тем, кто уже заключил контракты на старые технологии. Он не понимал бизнеса.»