Дневники московской Бриджит Джонс

Глава 13

Вот это поворот, я щщитаю! Это что ж такое делается-то, а? Пока я там с Андрюхой своим бодалась да сердце рвала на части, Васька мой бывший не терял времени даром. Надо же, какой прыткий выискался, а? И ведь главное - на голубом, так сказать, глазу. Припёрся, понимаешь, на ночь глядя, да еще и с предложением руки и сердца. Охренеть теперь, дожили, приплыли.

Стою как дура, рот разинув. И чего сказать - ума не приложу, хоть убей. Вроде и послать бы надо, для порядку. Мол, ты чего это, Вась, белены объелся? Какая свадьба, милый друг, о чем ты? У тебя ж и своих делов по горло - семья там, дети опять же. Куда ж тебе еще и меня на шею вешать, непутевую?

Но с другой стороны, если уж совсем честно - а почему, собственно, и нет? Ну а чего? Васька - он мужик хоть куда. Свой в доску, родной до печенок. Это ж не то что Андрюха-прохвост, туда-сюда шастает, на стороне погуливает. Васенька - он весь такой правильный да положительный. Опять же, из наших, местных. Стало быть, и с маман моей управится на раз-два, ежели что.

А насчет семьи да детишек - так это ж вообще сказка просто. Может, оно мне того и надо? Взять и круто так изменить свою жизнь, с нуля начать. Плюнуть на эти Москвы-Андрюхи, в родные пенаты податься. Глядишь, еще и в люди выбьюсь, карьеру сделаю. Васенька-то у меня, поди, в передовиках ходит. Так что не пропадем, справимся как-нибудь.

Смотрю на Ваську, глазами хлопаю. А он возьми и опустись на одно колено, руку к сердцу прижал. Прям как в лучших домах Парижу и Лондону, ей-богу! Это ж надо - и где только выучился, паразит лохматый? Небось, покуда вокруг меня вертухался, всяких приемчиков нахватался. Ну-ну, посмотрим, чего ты там удумал, жених ненаглядный.

- Машка, - гудит Васька, заглядывая мне в глаза. - Ты это, не молчи, а? Скажи уже что-нибудь, не томи. Хошь, вообще молчи, просто кивни. Но ты пойми - я ж от всей души прошу. По-честному, без дураков.

И смотрит так, что аж сердце екает. Господи, да разве ж против такого устоишь? Тут и каменная баба растает, не то что я, дура старая. Вот ведь как оно, значит, обернулось-то. Сама судьба велит хвататься за шанс обеими руками. Пока Васенька мой не сдриснул или еще чего не удумал.

Эх, была не была! Подумаешь, замуж в сорок лет. Да я ж теперь - ого-го, самый сок. Вон и стать, и красота природная. И ума, опять же, палата. Чем не жена, спрашивается? Тем более для такого вот, своего в доску мужика. Он ведь мне еще спасибо сказать должен, что снизошла, дала добро. Другая бы на моем месте и послала куда подальше, ей-богу.

- А и правда, Вась, - киваю, расплываясь в улыбке. - Правда, давай поженимся, чего уж там. Ты мне всю плешь проел своими подкатами, смотреть тошно уже. Так и быть уж, так и быть. Согласная я, в общем. Но ты это, особо губу не раскатывай. Детей там заводить да дома строить - это мы еще посмотрим. Сперва надо на людей посмотреть да себя показать. Ну, ты понял.

Васька чуть не подпрыгнул от радости, кинулся обниматься. Ну вот, опять двадцать пять! Только б меня сейчас в охапку не сгреб да через порог не потащил. Знаю я этих кавалеров - им только волю дай, так живо невесту охомутают, мама не горюй. А там уж, как водится - и детишки пойдут, и быт семейный закрутит. Только держись, Машенька, крепче за юбку хватайся.

Короче, минут через ...дцать мы уже чинно сидим на кухне, пьем чай с плюшками. Васька трещит без умолку - и чего он удумал, и как все сладится. Я киваю, поддакиваю. А сама думаю - вот ведь как оно, значит, в жизни бывает. Только что страдала по Андрюшеньке своему непутевому, сопли на кулак мотала. А тут - бац, и судьба разворот на сто восемьдесят. Хошь-не хошь, а прыгай в последний вагон, покуда гудок не прогудел.

Опять же, маман-то как обрадуется! Она ж меня всю жизнь пилила - мол, пора тебе, дочка, о замужестве подумать. А то все по мужикам скачешь, в девках старых ходишь. Смотри, Машка, так и засохнешь в своей Москве, ни семьи тебе, ни детушек. А с Васенькой-то, глядишь, и жизнь наладится, и мечты сбудутся. Одним махом всех зайцев поубиваем, ха!

Ладно, чего уж там. Чай допивать пора, да и спать уже охота - умаялась за день, сил нет. Сворачиваю лавочку, подталкиваю Ваську к дверям. Мол, давай-давай, родной. До встречи, все дела. Завтра созвонимся, порешаем, что дальше делать будем. А пока - адью, покедова, до новых встреч, короче.

Захлопываю дверь, прислоняюсь к ней спиной. Фу-у-ух! Кажись, пронесло. Нет, вы только представьте - полчаса назад страдала тут в одиночку, на Андрюшку бочку катила. А теперь, вишь, какой поворот в судьбе - замуж собралась, понимаешь. И ведь, главное, даже не за абы кого - за Ваську своего, друга закадычного. Ну не сказка ли, а?

Эх, Машка-Машка, горе ты мое луковое! И когда ж ты только за ум-то возьмешься, дура старая? Ладно уж, проехали. Чего теперь локти-то кусать - сама кашу заварила, сама и расхлебывай. Перед фактом, так сказать, не попрешь. Тем более что факт этот такой, аж в носу свербит. Того гляди, каблуками сейчас застучу от счастья.

Со всеми этими бурными переживаниями плетусь к себе, сваливаюсь на кровать. Все, амба! Сил моих больше нет, глаза слипаются. Сейчас только отрублюсь по-быстрому - а завтра уж, как проснусь, по полной программе отметим. Перемывать косточки буду своему ненаглядному, новоявленному, так сказать, жениху. Чтоб ему, значит, неповадно было!

С такими бодрыми мыслями закрываю глаза, проваливаюсь в сон. И снится мне - то ли свадьба пышная, с цветами-подарками, то ли развод скандальный, с руганью и битьем посуды. Поди пойми, к чему бы это. Спросонья особо не разберешь, че к чему. Ну и ладно, и хрен с ним. Утро вечера мудренее, как грится. Разберемся еще, не маленькие.

Аминь, короче. На том и порешим. Спокойной ночи, тетя Маша. Спокойной ночи, Андрюша-предатель, спокойной ночи, Васенька-жених ненаглядный. Встретимся завтра, глядишь - еще чего удумаем. А пока не кантовать - баиньки пора! Не мешайте спать усталому человеку, изверги.