Дневники потерянной души

Глава 29 - Прощальный дар Эль-Ронта

Небольшая каюта под палубой была освещена лишь одним светильником, состоящим из каркаса в виде металлических прутьев, внутри которого был заключен мерцающий кристалл, похожий на те из смотровой комнаты, куда водил нас Эль-Регир. В каюте находились двое. Оранжевый свет падал на лицо моего хозяина, лежащего на узкой кровати у стены. Рядом с ним на стуле сидел правитель Карнин-гула.

Маура вдруг резко побледнел и попытался встать, хватаясь за край кровати. Одним молниеносным движением Эль-Ронт успел подставить медный тазик. Затем поднес стакан воды и промокнул лицо лежащего влажной тканью.

- Простите, - виновато пробормотал Маура. – Я не хотел доставлять вам столько хлопот.

- Все в порядке, - улыбнулся ему правитель. – Просто отдыхай, ни о чем не тревожься. – Он вышел из кабинки, вынося тазик, и быстро вернулся, высыпая в оставшуюся в стакане воду светлый порошок из небольшого пакетика.

- Выпей, это поможет.

Маура подчинился, осушив стакан и снова опускаясь на подушку.

- Меня никогда раньше так не укачивало... – устало произнес он через несколько минут.

- Здесь очень сильное волновое поле, - пояснил чужак. – Когда корабль наберет нужную скорость, отключится двигатель, и мы будем плыть по инерции. Тогда будет легче. Это с непривычки действует на всех, мне в первые несколько раз тоже было совсем не по себе.

- Понятно... а я подумал, что надо было мне все-таки дождаться, пока полностью поправлюсь.

Наступила долгая пауза.

- Я не поправлюсь, – полуутвердительно сказал мой хозяин, вглядевшись в лицо правителя.

- Ты серьезно болен, - ответил Эль-Ронт, не скрывая правды. – Это последствия облучения. Я надеялся, что они не проявятся так скоро, или минуют тебя вовсе. Мы попытаемся тебе помочь.

- Значит, я как раз вовремя уплыл, - сказал Маура с улыбкой. – До того, как стать обузой и остальным. Спасибо вам.

- Я уверен, что твои друзья заботились бы о тебе.

- Они заслуживают хорошей жизни, тар. После всего, что им пришлось перенести.

- Я буду с тобой, - пообещал Эль-Ронт. – И позабочусь обо всем.

- А... как там? На Сейе?

- Там очень красиво и спокойно, - ответил правитель. – Предки Эль-Орина основали Первую общину еще пятьсот лет назад. Теперь это центр производства и лечения. На остров не допускаются люди с материка, поэтому там мы можем свободно использовать любое секретное оборудование. Вторая община, Карнин-гул – центр обучения и исследований, Третья – связи и средств передвижения, Четвертая – оружейный центр. Мы сохранили традиции и правила с незапамятных времен. Был велик риск смешаться с коренным населением и растерять все былые знания и навыки. Хотя многое все равно бесследно утеряно. Четвертый центр окончательно нарушил закон о невмешательстве, который был для нас главным, начав похищать и использовать людей. Но теперь этому положен конец, и мы будем все делать для того, чтобы этого больше не повторилось. Чтобы ни одна жертва не оказалась напрасной... – добавил он, легко отводя волосы со лба лежащего.

* * *

- Если хочешь, можем выйти на палубу, - предложил Эль-Ронт ближе к ночи, когда Маура немного отдохнул и пришел в себя.

- Хочу, - мой хозяин сидел на кровати, обувая невысокие сапоги.

- На Сейе у тебя будут более подходящие вещи, - Эль-Ронт вернулся, принеся теплую белую кофту с высоким горлом. – А пока надень вот это.

Маура переоделся и со смехом помахал свисающими чересчур длинными рукавами:

- Это ваше?

- Мое, - улыбнувшись ему, Эль-Ронт ловко подвернул рукава так, чтобы они не мешали, затем обернул плечи сидящего широкой накидкой.

- Не надо, мне уже тепло.

- На палубе холодно, - возразил Эль-Ронт. – Ты в этом убедишься.

Сам правитель был теперь одет в такой же плотный темно-серый свитер.

- Готов?

- Да, - кивнул Маура, вставая.

- Пойдем.

Наверху уже полностью стемнело, и дул сильный, пронизывающий ветер.

- Какое оно, оказывается, огромное – море... – восхищенно сказал Маура, подходя к самому борту.

- Это называется кимéн [1], - пояснил Эль-Ронт. – Их на Земле несколько. Тот, по которому мы сейчас плывем – кимен Атла́нтэ. Посреди него еще примерно четыре тысячелетия назад был остров огромных размеров – Атла́н, который впоследствии целиком затонул.

- Из-за чего? – мой хозяин с любопытством повернулся к стоящему рядом.

- Из-за гордыни и алчности, - вздохнул Эль-Ронт. – Которые погубили очень многих во все времена. А точнее – из-за природных катаклизмов, возникших в результате злоупотребления изобретенным оружием. Трещина в земной коре расходилась все больше, землетрясения участились. Те, кто заранее понял, что катастрофа неизбежна, начали втайне строить морские корабли, чтобы перебраться на материк. Они спаслись и стали жить заново, основали новые общины. Некоторые из тех людей в былые времена тесно сотрудничали и дружили с эллир. Возможно, кто-то из нашего народа дал им слишком опасную информацию. Возможно, это были и другие.

- Другие... – задумчиво проговорил Маура. – Трагальд говорил о других... Сколько еще их было и будет, делящих между собой эту Землю?

- Это уже не твоя забота, - Эль-Ронт мягко опустил руку ему на плечо. – Ты сделал все, что в твоих силах, чтобы окончить нашу войну. Не взваливай на себя ответственность за судьбу всего мира.

Маура устало оперся о борт, и Эль-Ронт крепче приобнял его, заслоняя от ночного ветра. Так они стояли, глядя на сияющие в почерневшем небе алмазные искорки звезд.

* * *

- Думаю, тебе не составит труда овладеть этим умением.

- Вы же знаете, как я быстро учусь, - улыбнулся Маура.

На другой день они сидели на освещенной солнцем палубе, и Эль-Ронт делал набросок деревянного табурета, параллельно объясняя:

- ...Контур – общие очертания объекта – линии, форма. Масштаб – уменьшается до размера поверхности, на которой рисуешь, но важно сохранить соотношение, пропорции реального объекта. Трехмерность. Тень – черное. Свет – белое. Полутона – серое. Мы воспринимаем объем, на рисунке он передается с помощью правильного распределения света и тени в нужных местах. Сначала обозначаешь основную форму, затем прорисовываешь детали, от крупных к мелким. Попробуй, - он протянул тонкую светлую пластинку и несколько рисовальных палочек, на обратных концах которых были щеточки для стирания. – Нарисуй меня.