Дневники теней. Книга вторая

Заброшенный город.

- Надеюсь, ты не обижен на то, что мы не стали догонять эту старую развратницу? - спросила Стэла, когда мы отдалились от злосчастного леса.

- Чтобы я тряс своим обнажённым естеством, бегая по лесу за озабоченный старухой, и этим доставил тебе ещё большее удовольствие? Да уж, была бы та ещё картина.

- Это точно. А-ха-хах.

- Ты знала сразу же кто это, почему не сказала?

- Чтобы ты не петушился так передо мной. Сработало?

- Угу… Ещё как, - ответил я, смутившись.

- А ты знал, что их колдовство не действует на женщин?

- То есть ты не видела туман?

- Видела. Но он для меня был низким и полупрозрачным, - ответила Стэла улыбаясь и не скрывая своего превосходства в сложившейся ситуации.

- Значит, я предстал перед тобой во всей красе… Что же, теперь ты обязана выйти за меня замуж.

- Самоирония - хорошее качество для мужчины, особенно с твоим даром.

- То есть ты позволила ей меня раздеть, чтобы оценить мой дар? Судя по всему, тебе он понравился, - сказал я, улыбаясь, чувствуя, что подловил Стэлу.

- Эмм…

Стэла покраснела буквально на секунду, а затем выдала:

- Так я поэтому и сказала, что самоирония для тебя хорошее качество. А-ха-ха.

Теперь уже пришла моя пора краснеть. Я опустил глаза в землю, едва сдерживая приступ обиды и, когда поднял их снова, увидел взгляд полный нежного сочувствия, который присущ только женщинам, желающим поддержать близкого им человека. Она посмотрела мне в глаза, а затем улыбнулась. Я улыбнулся ей в ответ. Эмоции одержали над нами верх, и мы согнулись в приступе безудержного смеха.

День близился к закату, когда на горизонте появился небольшой город под названием Штриндск. Неровная песчаная дорога, испещренная ямами, залитыми грязной дождевой водой, хаотичной змейкой убегала в сторону первых домов. Стены встречавших нас деревянных построек, сооруженных из покрытых трещинами прогнивших бревен, изрядно заросли мхом и плющом. Рамы окон были ветхи, а стёкла разбиты. Некогда роскошные сады, полные плодоносящих кустов малины, крыжовника и смородины, украшенные цветущими кронами яблонь и обвивающими постройки лозами винограда и хмеля, предстали перед нами в удручающем виде. Высокая трава заполонила их, удушая всю прелесть деревенских огородов и искореняя сладостные вкусы спелых ягод, заменяя их гнилью умершей древесины. Роскошная сирень, наполнявшая всё вокруг своим дурманящим сладким ароматом, влекущая своею фиолетовой красотой, теперь стояла вся иссохшая и изуродованная, не помилованная временем и несправедливым стечением обстоятельств. Город был мёртв, причём давно.

- Что здесь произошло? - озадаченно спросила Стэла.

- Не знаю. Остановиться на ночлег здесь точно не получится, - получила она мой разочарованный ответ.

- Посмотрим, может быть и получится. Надо осмотреться. Или ты боишься?

- После русалки мне уже ничего не страшно, - иронично парировал я.

- Хах, это точно.

На удивление, пригодный для ночёвки дом все-таки нашёлся. В самом центре города, скрытый за сетью умерших деревьев, расположилось небольшое одноэтажное жилище. Стены его, истерзанные годами, на вид могли ещё держать тепло. Внутри было сухо. Потолок не пропускал воду, что было ещё одним очевидным преимуществом. Уютной принявшую нас обитель назвать было нельзя, однако две кровати, ладно сложенная печь и все необходимые для кашеварения принадлежности могли скрасить жизнь путника ни один долгий вечер.

Продукты мы принесли с собой. Кролик, пойманный двумя часами ранее, пшенная крупа, а также пара ржаных лепешек расположились на столе и источали запах, заставляющий наши животы урчать.

- Куда направимся дальше? - поинтересовалась Стэла, обгладывая косточку кролика, оказавшегося достаточно мясистым.

- Не знаю. Поищем людей, послушаем слухи.

- Ты так и находишь чудовищ?

- Да. Причём основной массой чудовищ оказываются люди.

- Не удивительно. Почему ты решил охотиться на монстров?

- Я должен был что-то делать со своей силой.

- Логично. И среди всей массы возможных выборов ты решил подвергать свою жизнь опасности и бороться с различными тварями?

- Да. А главной моей целью является та тень, которая вынудила меня принять силы и лишила всего, что я имел.

- Ты расстроен тем, что лишился всего этого?

- А ты расстроена, что теперь такая кто ты есть, Стэла?

Ответ я не узнал. Странный звук, похожий на хриплое дыхание тяжело больного человека, раздался со всех сторон. Повеяло холодом, пробирающим до костей. Стекла задрожали, поддерживая своим дребезжанием царившие вокруг хрипы.

- Выходи, - раздался осипший протяжный загробный голос.

Ничего не оставалось, кроме как выйти из избы и посмотреть на того, кто прервал нашу милую беседу.

На улице оказалось холодно. Слегка накрапывающий дождь раздражающе подстегивал наши нервы. Несмотря на то, что мы не боялись встретиться лицом к лицу с неприятелем, мурашки покрыли наши тела, заставляя волосы приподняться. Сипящий хрип усилился, и ощущение того, что он разносится отовсюду, не позволяло усомниться в том, что мы окружены.

Прошла лишь секунда с тех пор, как мы вышли на улицу, прежде чем пред нами предстала волнующая, бередящая память картина. Сотни бесформенных фигур, парящих в воздухе, окружали нас. Окутанные в бесконечное множество лоскутов серой ткани, развивающейся на ветру, они неподвижно ожидали чего-то ведомого только им. Руки и ноги их были спрятаны, если вообще они были. Единственное, что придавало им очеловеченный вид - это капюшон, накинутый на скрытую в его тени голову. Однако, вместо лица была видна лишь лицевая сторона черепа, свободного от кожи и плоти.