Дни со вкусом арбузной жвачки

Глава 5, тогда. Калининские

В один из жарких солнечных дней они, расположившись вокруг лавочки у Настиного подъезда, играли в сотки. И удача была на Сашиной стороне. Она как раз заполучила превосходную тяжелую Темину биту (вкупе с остальными его фишками), с помощью которой планировала сорвать большой куш, когда с криком «Владика бьют!» прибежала Аринка.

Лицо ее было таким серьезным, что все тут же покидали всё как есть и кинулись за ней.

— Кто бьёт? — заорала Саша на бегу.

— Калининские! — задыхаясь, выкрикнула Арина. — У водостока!

Услышав это, ребята, не сбавляя скорости, принялись на ходу подбирать камни.

Саша резко свернула.

— Ты куда?

— За старшими!

— Давай! — обрадовалась Аринка. — Скажи, что калинских там пять!

Саша услышала только, как Тёма за ее спиной риторически вопрошает: «А на кой черт тогда мы туда бежим? Совсем самоубийцы, что ли?», а потом все звуки заглушила бешеная пульсация крови в ушах.

Пролетев между двумя лавочками, на которых собрались все наседки двора, она ввалилась в подъезд Саши Большого и, перепрыгивая через три ступеньки за раз, взмыла на нужный этаж.

Растеряв всю робость — не та ситуация — Саша вдавила кнопку звонка до упора и не убирала палец, пока по ту сторону двери не раздалось: «Ну кому там неймется? Саш, иди открой! Не слышишь, что ли? Это дружки твои пришли. Кто еще может так трезвонить?»

Саша испытала секундную гордость за то, что ее зачислили в список «дружков» Саши Большого, но тут же вспомнила о том, что привело ее сюда, и снова вдавила кнопку звонка.

— Иду! — это был уже недовольный голос самого Саши Большого.

Саша Маленькая нетерпеливо топталась на месте. Ей стало казаться, что, возможно, внутри его квартиры скрыт какой-то парадокс, подобно тем, что встречаются в «Алисе» Кэррола, и Саша Большой бесконечно долго все идет и идет к двери — она ведь слышала его шаги! — но так и не сдвигается с места.

Оставалось надеяться, что у Владика в запасе тоже есть своя бесконечность, чтобы дождаться спасения.

Заведенная этой мыслью, Саша заколотила в дверь. Точнее, попыталась заколотить, потому что дверь как раз открылась и вместо обитой вагонкой в ромбик поверхности под Сашины кулаки попала широкая грудь Саши Большого.

— Ой! Извини! — Саша быстро отступила и затараторила, спеша выдать информацию, пока Саша Большой не захлопнул дверь прямо перед ее носом: — Там калининские Владика бьют! У водостока! Пятеро на одного!

Саше Большому понадобилась лишь пара секунд, чтобы сориентироваться, но Саша Маленькая словно в замедленной съемке наблюдала, как недоумение на его лице сменяется решимостью и злостью.

— Где Серый живет, знаешь? — спросил он.

Саша кивнула.

— Беги за ним, но сама к водостоку не ходи.

Конечно.

Они вместе выскочили из подъезда и помчались вперед, не обращая внимания на возмущенные возгласы с лавочек.

— Ты смотри, спешат как на пожар! Совсем ходить разучились! — неслось вслед.

У проезжей части их пути разошлись.

Саша Маленькая обернулась и, притормозив на мгновение, крикнула:

— Саш!

— Что? — Саша Большой остановился.

— Будь там осторожен, — попросила она.

Он кивнул. И напомнил:

— Не ходи к водостоку.

Саша Маленькая ничего не ответила, потому что не собиралась врать. И не собиралась быть единственной, кто остается в стороне, когда все остальные уже у водостока. Она отвернулась и поспешила к дому Серёжи Баркова.

Несмотря на всю тревожность ситуации она ощущала приятное тепло в груди. И не от того, что было жарко, а она неслась во весь дух, а потому что это был странный момент, который они с Сашей Большим разделили.

Будто они были друзьями. Будто знали друг друга настолько хорошо, что Саша Маленькая каждый день забегала в этот подъезд, звонила в эту дверь, и у них всегда находилось занятие, которое их объединяло. И самое главное, будто она всегда называла его Сашей, а он откликался как ни в чем не бывало. Как будто это обычное дело.

Но дело было необычным. И Саша знала, что скоро мир придет в норму, чем бы эта норма не была. И снова она будет лишь молча краснеть при виде Саши Большого, а он забудет, как ее зовут (если уже не забыл, вообще-то), а потом ее лицо и вовсе сольется для него с однородной массой лиц таких же «мелких», и все их кажущееся единение растворится как мираж. Потому что это и есть мираж.

Всего лишь еще одна Сашина фантазия.

По пути к Серёже Саша миновала место, которое они так спешно покинули после появления Арины, и отметила мимоходом, что сотки всё ещё лежат там, где их оставили, нетронутые, как и забытая кем-то бейсболка вместе с недопитой банкой газировки.

Останавливаться и собирать всё это не было времени, и Саша лишь понадеялась, что на их «сокровища» и дальше никто не позарится. В конце концов, фишки она выиграла действительно хорошие. Жалко будет их потерять.

Серёжу она заметила издали. Он лениво обозревал окрестности, наполовину высунувшись из окна. Окно было на первом этаже, но всё равно располагалось довольно высоко от земли. Так что, когда Саша закричала, Серёжа даже не обратил внимания, глядя поверх неё и как бы невзначай поигрывая мускулами голого торса, выделываясь перед девушками, хихикающими у подъезда. Саша подавила рвотный позыв, вызванный подобным зрелищем, и, подбегая, закричала еще громче:

— ТАМ ВЛАДИКА БЬЮТ!

Если подумать, от бедняги уже, наверное, ничего не осталось, но, к счастью, думать Саше было некогда.

Серёжа, стоило отдать ему должное, быстро сориентировался и всего на секунду исчез во мраке квартиры, а затем лихо перемахнул через подоконник, приземлившись возле Саши.

— Труба зовет, — заметил он, будто бы ни к кому конкретно не обращаясь, но многозначительно поглядывая в сторону девушек.

— То есть это я труба, что ли? — пробормотала Саша себе под нос.

— Веди, малая!

— Они у водостока! — воскликнула Саша и первая помчалась в нужном направлении, но Серёжа Барков почти сразу обогнал её и скрылся за домами.