Дно морское. Да здравствует принц!

Глава 18.

Не могу открыть глаза. Боги, как хочется пить. Из организма будто выкачали всю влагу, даже слюны нет во рту. Пошевелиться тоже не получается. Не могу согнуть даже пальцы, не говоря уже о более крупных конечностях - руках и ногах. Чувствую, что нахожусь в горизонтальном положении, лежу на чем-то мягком.

Всхлип. Кто-то плачет. Хочется спросить "кто здесь", но язык присох к небу, и не подчиняется моим желаниям.

- Эни, перестань, - узнаю тоскливый голос Ноя. Гаэна? Это она плачет? Почему?

- Я убью эту суку! - сквозь рыдания сдавленно произносит сестра. О ком это она? Ной тоже не понимает.

- Кого убьешь?

- Эоланту, - шепчет принцесса, и рыдания возобновляются. Да что, чёрт возьми, происходит? От её всхлипываний самому становится тоскливо. Может я погиб, а она оплакивает меня?

- При чем здесь Эоланта? - резкий, напряженный голос Леандра.

Очередной громкий всхлип и я слышу, как Эни громко вдыхает носом, видимо, пытаясь успокоиться.

​

- Это она притащила его в этот мир! - её крик, это крик птицы, которая попала в силки и понимает, что никогда больше не познает чувство полёта, - это она во всем виновата. Предательница! - какое-то время Гаэна молчит и тяжело дышит. Пока я судорожно пытаюсь понять, что случилось, она находит в себе силы продолжить, - он не должен был попадать в Эом. Он должен был прожить счастливую жизнь там! В его мире, с его друзьями, с его мамой!

Вновь рыдания.

-Принцесса Гаэна, я прошу вас успокоиться. Кристиан жив - это самое главное. Нужно подождать, когда он очнется. Конечно, произошедшее очень странное явление, но... - Амадейн не заканчивает предложение.

- Мы должны верить в лучшее, - тихий шёпот Кассиопеи.​

​

Меня радует, что я жив, но пугает, почему вокруг меня собралось столько народу. И почему я не могу открыть глаза, или подать знак, что я слышу, я в сознании.

- Ты не понимаешь, - вновь хрипит Гаэна, - Амадейн, ты не видел, каким он был в самом начале! Добрый, смешной, он радовался жизни. Он улыбался! Пел песни. А что теперь?! С каждым днём я вижу, как он чахнет в этом мире. Все время злой, растерянный. Я не знаю, как он отреагирует​ на произошедшее. Может с ума сойдёт, а может, возненавидит этот мир ещё больше!

От догадок, что со мной, начинает ломить виски.

- Я согласен с принцессой, - вновь подключается к разговору Леан, - Кристиан очень сильно изменился. И я бы не сказал, что в лучшую сторону, - после этой фразы я вспоминаю, как в лесу схватил Леандра за горло, и мне становится горько и противно от самого себя.

Сознание вновь ускользает, и как я ни стараюсь, не могу воспротивиться тьме, поглощающей меня.

***

​

- Кристиан, - ласковое прикосновение к щеке от ладони сестры, дарит ощущение покоя, - прошло уже два месяца, как ты не приходишь в себя, - горячие слёзы обжигают губы, - я прошу тебя, я тебя умоляю, вернись ко мне.

Два месяца?! Я сплю два месяца?! Липкий, противный страх подступает к горлу. Шевельнул пальцем, получилось! У меня получилось! Надежда заставляет меня не останавливаться и продолжать движения. Чуть подвинул руку, так, а теперь ногу.

- Кристиан! - взволнованный крик Гаэны, - Кристиан, ты слышишь меня?

Делаю мощное усилие, и мои глаза распахиваются.​

​

- Кристиан! - принцесса бросается на меня с объятиями, заставив меня сдавленно охнуть, - Крис, ты очнулся, - вновь рыдает сестра.

Сестра продолжает сжимать меня в объятиях и всхлипывать на каждом вздохе. Мне это не нравится, я вообще не привык, чтобы Гаэна плакала. Неуклюже похлопываю её по спине и осторожно отступаю.

- Сколько я был в отключке? - лелею надежду, что мне померещились её слова о двух месяцах.

- Ох, Крис, - принцесса тоже отступает, шмыгает красным от слез носом и вновь заключает меня в объятия.

Решаю дать ей потискать меня некоторое время, уж очень она несчастной выглядит. Сам, тем временем, пытаюсь осознать, что меня тревожит. Какое-то странное ощущение неправильности не покидает меня с того момента, как открыл глаза. За окном сумерки. В моих покоях идеальный порядок. Но что-то определённо не так.

Наконец сестра успокаивается:

- Крис, ты спал два месяца, - она смотрит на меня так, будто не верит, что я очнулся, может она и действительно уже не верила в моё пробуждение, - нам так о многом нужно поговорить. Столько всего случилось. Но прежде, - ты голоден?

Прислушиваюсь к своим ощущениям, нет, как это ни странно, я абсолютно не голоден. Но Гаэна с таким беспокойством и заботой всматривается в моё лицо, что я решаю не огорчать её отказом.

- Я бы выпил кофе и ... Может, маринованных устриц?

Она счастливо кивает головой и вызывает прислугу.

Худенькая женщина лет сорока таращится на меня, как на оживший призрак. Впрочем, это не так далеко от истины.

- Владыке нужен кофе, салат из морских гребешков и устрицы маринованные в остром соусе, - диктует Гаэна.

Женщина кивает, но не успевает выскользнуть за дверь, как принцесса довольно сильно хватает её за руку:

- Ни одна живая душа не должна узнать, что владыка очнулся. Ты поняла меня? - Гаэна даже не пытается скрыть угрозу в своём голосе.

Служанка испуганно открывает рот, тут же его захлопывает и начинает интенсивно кивать головой.

​

Мы вновь остаёмся одни и, впервые с минуты моего пробуждения, сестра улыбается.

- Почему ты не хочешь сообщить, что я снова в строю?

- Ничего противозаконного, Кристиан. Просто, как только все узнают, сразу слетятся, как те чёрные птицы, и не дадут поговорить нам. А я считаю, что лучше, чтобы я тебе обо всем рассказала.

- Тогда приступай сразу к делу. На меня кто-то напал? Может меня прокляли?

- Нет, - Гаэна смешно морщит нос и усаживается на кровать, - это всё твоя метка. Она блокировала твою истинную сущность. Ты же у нас тритон лишь наполовину. Профессор Льебо считает, что всё это время в тебе накапливалась сила, доставшаяся от твоего отца, а метка её блокировала. И когда её сняли, тебя едва не разорвало от тонны магии, свалившейся на твою голову. И, видимо, поэтому твоему организму пришлось так долго восстанавливаться. Но имей в виду, все это лишь теория.