До тех пор, пока не растает тьма

Глава 2

Элизабет, озираясь по сторонам, медленно лавируя между рядами парт, будто стесняясь окружавших ее ребят, прошла по всему классу и уселась за парту, рядом с Адамом.

Все это время мальчик внимательно наблюдал за каждым ее движением. Он видел как нежно и осторожно, она достаёт из своего портфеля, учебники, будто у них были чувства, словно они могли ощущать боль. Видел как аккуратно она раскладывает их на потрепанной парте, расползается в улыбке и медленно поворачивает, немного наклонив, свою голову. Ее золотистые, рыжие локоны, повисают в воздухе, открывая маленькое, словно эльфийское левое ухо. Ее глаза замирают на лице Адама, а улыбка становится чуть сдержанней.

– Где-то глубоко в душе я надеялась на это, – Прошептала девочка сверкнув своими зелеными глазами.

В этот момент, мистер Эмброуз начал урок. До мальчика доносились лишь еле различимые обрывки, отголоски бурной речи, ведь сейчас он думал только о ней, о том, как так получилось? Как та, кого он встретил на улице, еще и в своем тайном месте, попала именно в его класс и села именно рядом с ним?

– Скажи честно, ты меня преследуешь? Шпионишь за мной? – Оторвав свой взгляд от сияющего лица девочки, уставившись куда-то за нее прошептал Адам.

Элизабет встрепенулась, на ее лице проступили маленькие крапинки смущения. Фыркнув себе под нос она открыла учебник и стала яро изучать буквы, образующиеся в связные, а иногда и не очень связные предложения.

В открытые окна, пролетая по всему классу, подул тёплый осенний ветер. Раскачиваясь из стороны в сторону, зашумели длинные жалюзи, яркий солнечный свет стал пробиваться сквозь образовывающиеся щели.

В миг, словно под спокойно, тихо звучащую музыку, в оранжевых лучах, заплясала в медленном танце пыль. Она облетела яркие лучи света по кругу, закружила по классу, задевая склоненные головы сонных детей и остановилась над мальчиком, продолжая свой медленный танец.

Адам замер. В его голове зазвучала та самая музыка, под которую плясала пыль - тихий вальс. Он уже ничего не слышал, ни голос учителя, ни шелест тетрадей, ни скрип парт, он погрузился в себя, куда-то глубоко, в поблескивающую даль.

За окном трепетали деревья, сбрасывая со своих ветвей, пожелтевшие листья. Все вокруг, наполнялось морозной пеленой. По небу плыли большие, но редкие белоснежные облака. Казалось, только дотронься до них, и рука сразу, провалится во что-то мягкое и влажное, словно в намоченную, ледяную вату. Приближалась зима и все вокруг это ощущало.

– Ничего я за тобой не шпионю. – Мысли мальчика треснули, словно кто-то протянул к нему свою руку, схватил за шкирку и вытянул его обратно на поверхность из его вязкого как смола разума. Не отрываясь от учебника, больше не смотря на Адама, девочка добавила. – Если бы я действительно шпионила, то ты бы об этом никогда не узнал, уж поверь мне. И больно мне надо за тобой шпионить, мы встретились буквально десять минут назад. Кто ты такой, чтобы я за тобой шпионила? А?!

В одну секунду Адаму захотелось расхохотаться, упасть на пол и забиться в непонятных конвульсиях, но все что он смог из себя выдавить, была лишь скупая, черствая, натянутая улыбка. За минувший год, Адам перестал доверять людям, научился сдерживать свои эмоции и лишний раз не выделяться. Он перестал общаться со своими друзьям и даже родным теперь было сложно выудить из него хоть слово о нынешней жизни. Он стал настороженным, нелюдимым изгоем, местной сумасшедшей бабкой к которой все боялись подойти, но за спиной обсмеивали и травили про нее очень красочные байки. Вот и сейчас, как бы Адам не хотел показаться Элизабет дружелюбным и классным парнем, все что он мог, это лишь лживо улыбаться.

После неизбежной паузы, когда мальчик вновь уткнулся в свою тетрадь, Элизабет прошептала:

– Возможно, мои надежды о том, что мы окажемся в одном классе, были не так уж и глубоко в моей душе, как я об этом говорила. Как никак, ты первый с кем мне удалось познакомиться за всё время пребывания в этом городе. Ну как познакомиться… Я до сих пор не знаю твоего имени, таинственный незнакомец из ямы, спрятанной за зелеными ветвями.

Элизабет расползлась в улыбке, чуть-чуть наклонилась в сторону Адама и протянула ему свою худенькую ручку. Немного колеблясь, посмотрев на руку, а потом и на обладателя этой руки, Адам протянул свою в ответ.

«Это всего лишь добрый тон, я просто не хочу показаться невоспитанным и грубым, тем более, после того как она меня узнает поближе, произойдет то что произошло уже со всеми – она потеряет ко мне интерес и перестанет докучать своей болтовней».

– Адам, – Отогнав свои назойливые мысли, прошептал мальчик не сильно сжав руку Элизабет. Ее ладонь была маленькой и светло-розоватой, будто она принадлежала не живому человеку, а была старательно, линия за линией, нарисована старым, умелым мастером. – Адам Кровен.

– Очень приятно, – Улыбнувшись, девочка с силой начала потряхивать руку парня, которая в свою очередь отдалась слабым покалыванием. – Элизабет Кроуч, к вашим услугам.

Лицо девочки светилось, как только что взошедшее солнце, своими лучами пробивающееся сквозь пыльные окна. Она отпустила руку Адама и будто самый прилежный ученик, снова ровно уселась за свою парту.

Урок тек своим чередом, мистер Эмброуз, все еще что-то рассказывал о ДаркВуде, как и весь прошлый месяц. Ручки скреблись об листы тетрадей. Ветер раскачивал из стороны в сторону открытые жалюзи, по классу распространялся приятный жар, отголосок, недавно минувшего лета, нагретый солнцем осенний зной.